Лоури фыркнул.
— Доводилось и не раз… причем я после этого зарекся когда-либо еще с ним работать! Если правительство предпочитает в своих заключениях основываться на фантастической мешанине абсолютно нереальных предположений, то тогда дедуцирующий компьютер, эта вычислительная машина, ему сильно поможет…
— Ну, не надо, — неодобрительно заметил Феррис Велдон, — правительство не слишком-то увлекается рекомендациями ДЕДКОМа, разумеется. Однако факт остается фактом: компьютер мыслит абсолютно логично, обладает энциклопедическими познаниями, и не испорчен здравым смыслом, что в совокупности иногда приводит к поразительным результатам. Ну, будет тебе кипятиться, Бен! Уверяю, я вовсе не шучу. Дело в том, что уже полтора десятка лет назад вопрос о том, что межпланетная колонизация становится жертвой чьего-то саботажа, поднимался довольно часто. Со стороны это выглядело именно так. Все, что только могло пойти плохо, шло хуже некуда. В процессе реализации Программы было допущено несусветное количество ошибок. Тем не менее, все свидетельства указывали на то, что никакого организованного противодействия не было. Имело место лишь шумное неодобрение Программы, иногда глупое и эгоистичное, иногда верное и правильное. Дело заключалось в том, что Программу преследовали бесконечные несчастные случаи по причине забывчивости, неверного расчета времени и обыкновенной человеческой глупости. По прошествии целого ряда фальстартов это по-прежнему выглядело как какое-то кошмарное недоразумение из-за элементарных и, по большей части, непреднамеренных ошибок. Однако они дорого обходились. Месяц шел за месяцем, и, наконец, сумма нанесенного ущерба достигла невероятной цифры в несколько сотен миллиардов. Затем наступил черед катастроф, уносивших людские жизни сотнями.
Полковник тяжело вздохнул.
— В этот момент даже самые стойкие поборники программы усомнились в правильности курса и начали менять свои приоритеты. Сейчас даже я не могу сказать, какой именно гений из Департамента Особых Поручений высказал идею о том, чтобы обсудить проблему колонизации с ДЕДКОМом. Как бы то ни было, ему скормили эту проблему, и после обычного в таких случаях медлительного переваривания колоссального объема информации ДЕДКОМом было решительно установлено, что мы имеем дело с саботажем. Более того, затем компьютер представил поразительно детальный психологический портрет того, кто это все устраивал…
Арлен Рольф перебила его:
— И это был одиночка?
— Да, одиночка, но хорошо знающий свое дело.
— Телепат-преступник? — спросил доктор Лоури.
— А кто же еще?
— В таком случае, если правительство располагает его портретом…
— …то почему он все еще на свободе? — перехватил инициативу Феррис Велдон с выражением мрачного веселья на лице. — Погодите, вы себе не представляете, как все это выглядело в то время, Бен! Приведу только несколько выдержек по памяти, как и Арлен. Вот и сравните. Фигурант, по выданной ДЕДКОМом рекомендации, являлся, во-первых, гипнотизирующим телепатом. Он мог работать со своими жертвами на расстоянии, понуждать их принимать решения и осуществлять действия по своему выбору, оставляя в неведении, что на их разум было оказано давление. Кроме того, он может имитировать других людей на уровне, превосходящем любое обычное значение этого слова. ДЕДКОМом было выяснено, что фигурант способен копировать внешность другого человека настолько точно, что даже самые близкие ничего не заметят. Последовательно применяя эти два своих дара, он за десять лет сумел практически развалить Программу колонизации. Нисколько не приукрашивая, замечу, что сообщение о подобном злонамеренном супермене, разгуливающем на свободе в нашем свободном обществе, повсюду приподняло бы завесу официальной секретности…
— А особенно, — вставила мисс Рольф, — над вашим Департаментом Особых Поручений?
— Да, особенно там, — согласился Велдон. — Тем не менее, благодаря деятельности нашего Департамента появление таких аномалий, которые могут кое-кого наверху заставить обеспокоиться, стало крайне маловероятным. Как бы то ни было, дедуцирующий компьютер закрепил свой успех, объявив, что проблемы, «следующие Программу Колонизации, являются не самым первым признаком появления преступника-телепата. Он выдал простирающийся в прошлое более чем на триста лет список сходных ситуаций и недвусмысленно дал понять, что в каждом из этих случаев повинен никто иной, как наш фигурант.
Велдон сделал паузу, чтобы понаблюдать за тем, как изменяются выражение лиц собеседников. Губы полковника тронула сардоническая усмешка.
— Ага, понятно, — буркнул доктор Лоури спустя несколько секунд, — а дабы это выглядело еще невероятнее, вы готовы объявить своего преступника бессмертным.
Велдон покачал головой.
— Я этого не говорил… так же, как этого не было сказано и ДЕДКОМом. Вопрос о продолжительности жизни этого человека, какова бы она ни была, не являлся предметом его расследования. Он лишь рекомендовал поинтересоваться, кто разными способами вмешивается в прогрессивную деятельность человечества вот уже три столетия подряд. Однако в добавление ко всему вышесказанному, даже этой рекомендации было вполне достаточно.
— Достаточно для чего?
— А вы как думаете? — спросил Велдон. — Рапорт прошел по всем инстанциям, был просмотрен, подшит в папку вместе с прочими шедеврами мысли, которые были ранее выданы ДЕДКОМом, и благополучно забыт. Пытаясь выяснить, отчего буксует Программа Колонизации, Департамент Особых Поручений продолжил расследовать это дело, применяя стандартные, более реалистичные следственные процедуры. Как вам известно, особых лавров на этой ниве они не сыскали, равно как и сама Программа.
— Последнее более чем очевидно, — с озадаченным видом заметил Лоури. — Однако тот факт, что вы провалили это расследование, еще не повод, чтобы вновь вернуться к бредовой теории о телепате-преступнике.
Велдон выдул голубоватый дым и глубокомысленно заметил:
— Да, не очень логично с нашей стороны, не спорю. Однако мы возрождаем высказанную ДЕДКОМом теорию не потому, что потерпели неудачу.
— А почему же? — голос Лоури вновь зазвенел от скрытого раздражения.
— А вы вспомните неожиданную смерть одного из самых известных политиков пять лет назад, — ответил Велдон. — Если я назову вам имя, вы узнаете его мгновенно. Однако вы не знаете обстоятельств его гибели, поскольку официальный рапорт, опубликованный тогда, сплошная фальшивка — оттуда было тщательно вымарано все, что могло показаться хоть чуть-чуть необычным. На самом деле этот человек был убит. Его тело было обнаружено в Атлантическом океане. Удивительно, что его вообще заметили, тем не менее, тело было выловлено и опознано. Уже тогда в деле обнаружились странности, первой из которых стала та, что политик жив и находится в добром здравии в собственном доме в Нью-Йорке. Можно было бы сослаться на ошибку при опознании утопленника, однако никакой ошибки не было. Тело из океана действительно принадлежало политику. А пока все это выясняли, человек из Нью-Йорка тихо исчез… и с того времени очень многие в Департаменте по-другому взглянули на давным-давно похороненный рапорт ДЕДКОМа о гипнотизирующем телепате, который может принимать облик другого человека, причем настолько убедительно, что имитацию не способны распознать даже близкие. Нельзя сказать, что этот факт говорил в пользу упомянутой гипотезы, но заставил нас срочно попытаться предпринять серьезное расследование в этом направлении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
