— Итак, ты посетила Орогастуса, чтобы выяснить, как она действует. Разумно ли ты поступила?
— В каком смысле разумно? — Харамис горько усмехнулась. — Вы отдыхаете в постели в то время, как в моем доме поселились захватчики, а мои родители погибли мучительной смертью. Сотни виспи были погублены только потому, что вы слишком поздно предупредили их и они не успели собраться с силами. Это вы называете мудростью? Ледяное безразличие? Если так, то кому нужна такая мудрость?
— Я понимаю, что ты сейчас испытываешь. Я чувствую твою боль, — мягко сказала Бина. — Но тебе следует научиться заглядывать поглубже, вникать в суть вещей.
— То же самое, — возразила принцесса, — говорил мне Орогастус. Как будто не имеет значения, что моих родителей больше нет. Словно их гибель — это пустяк с точки зрения равновесия мира… — Харамис с удивлением обнаружила, что почти кричит. Она даже с табуретки вскочила, замахала кулачками. Теперь вы находитесь при смерти, с открытой враждебностью подумала она, а я остаюсь одна с разгромленным, захваченным врагами королевством, с моими обезумевшими сестрами, лицом к лицу с королем Волтриком, пытающимся погубить нас, в безверии и отчаянии, без всякой надежды на чью-либо помощь. Вы уйдете и унесете с собой тайны. Разве это разумно? Даже с точки зрения мирового порядка…
— Долгое время я являлась хранительницей Рувенды, — тихо и ясно сказала Бина. — Куда дольше, чем доступно твоему разумению. Я полюбила эту землю, населяющие ее народы. Я баюкала и заботливо взращивала их, никогда не пыталась силой навязать свою точку зрения. Убеждать — убеждала, запреты накладывала, но все ради их же пользы. Это была достойная работа, великая по замыслу, тонкая по исполнению — она доставила мне много радости. Но теперь мой срок подходит к концу, а твой, — она открыла глаза, взглянула на Харамис, — только начинается!.. Ты сказала, что Орогастус пригласил тебя. Скажи, Харамис, ты догадываешься, почему это приглашение было послано тебе, а не твоим сестрам?
Принцесса вздрогнула, потупила глаза. Ее внезапно пробрал озноб.
— Я не… знаю. У меня даже мысли не было спросить об этом…
— А теперь тебе ясен ответ?
Девушка нахмурилась, попыталась припомнить точно — слово в слово, — как именно Орогастус пригласил ее, как звучало его предложение. Что вообще он говорил, когда она находилась у него в гостях, особенно те фразы, которые тогда показались ей странными, вызвали недоумение.
— Я думаю, — не спеша начала она, — Орогастус страшно одинок. Он сказал, что наслышан о моем увлечении науками и искусствами, предложил поделиться своими знаниями… Да-да, он заявил, что охотно поделится со мной всем, чем владеет… Кажется, он все время искал кого-то еще, кто был бы похож на него, был бы способен к магии и смог усвоить оккультные знания. Кто, в конце концов, смог бы просто понять его.
— Он тебе понравился? — тихо спросила Великая Волшебница.
— В каком-то смысле, да, — призналась Харамис. — Я не испытываю желания губить кого-либо с помощью разряда молнии или захватывать чью-то землю, тем более убивать людей… Но мне понятно его стремление обогатить свой разум, попытаться разобраться в устройстве мира.
— …Чтобы потом по собственному разумению перестроить его?
— Да, — кивнула Харамис, — точно!
— Значит, ты уже представляешь, как тебе следует воспользоваться искусством магии и наукой, изучающей все тайное?
— Что вы имеете в виду?
— Ну, в твоей голове, очевидно, уже сложился план переустройства мира, тебе оказались подвластны силы, способные исполнить твой замысел, — значит, можно приступать к работе. Наверное, первым делом тебе придется заняться разрушением и покорением тех, кто не склонен подчиняться твоей воле?
— Конечно, нет! — возмущенно воскликнула Харамис. — Это ужасно. Люди — свободные существа, они вправе по собственному разумению сделать выбор. Их нельзя использовать как марионеток даже тем, кто образованнее, умнее их. Почему вы решили, что я обязательно должна именно таким образом распорядиться накопленными знаниями? Разве нельзя просто наслаждаться плодами своих трудов, радоваться той степени совершенства, которой удастся достичь? Почему обязательно все это надо где-то применить?
— Потому что ты навсегда останешься такой, какая есть. В конце концов, это скажется. Я знаю об этом, Орогастус знает, любой другой, кто хотя бы мало-мальски разбирается в магии, догадается об этом. — Голос волшебницы набрал силу. — Харамис, ты способна понимать тайную, скрытую от непосвященных речь. Ты умеешь постигать смысл сказанного — это редкое искусство, мало кто из людей понимает всю важность постижения слов. Ведь в них все дело: назвать вещь — значит в каком-то смысле вдохнуть в нее жизнь. Превратить ее в реальность… Ты умеешь слушать, вслушиваться, запоминать, а это — редкий дар. Без таких способностей нельзя ничего понять в магии, потому что подавляющее большинство ее тайн оформлены словами и надо уметь докапываться до их сути. Кадия обладает великой решимостью — она вся огонь, Анигель — страстным и любящим сердцем, однако эти свойства, имеющие огромное значение для их собственных судеб, недостаточны для овладения магией. Твоя страсть — знания, Харамис; именно это, вкупе с принадлежностью к королевскому дому Рувенды, делает тебя способной овладеть самыми сложными, самыми замысловатыми сторонами оккультных наук. Если ты попытаешься изменить своему призванию, тебя легко смогут использовать в корыстных целях люди, подобные Орогастусу. И твоих сестер тоже, если им не хватит ума оставаться самими собой.
— Вот почему меня не покидало ощущение, что вы и Орогастус отводите мне в своих играх роль пешки. Так или нет? — требовательно спросила Харамис.
Глаза Белой Дамы вспыхнули.
— Харамис, ты чувствовала себя пешкой, потому что являлась ею. Вот теперь ты подошла к порогу, перешагнув через который уже не сможешь вернуться назад. Наступает решающий момент…
— Что же мне еще выбирать? Я — королева! Разве в этом есть какие-то сомнения?
— Нет, — тихо, почти шепотом, ответила Великая Волшебница. — Выбор не сделан, пока ты сама не приняла решение. Для существования Рувенды необходимо восстановить равновесие. Исполнить это можно лишь в том случае, если ты и твои сестры не только установите гармонию между своими душами и миром, но и разделите свои обязанности. Королевская корона — не твой удел.
— Что это значит? — воскликнула Харамис. Ее охватил ужас. — Мы должны подарить королевство Волтрику?! Я погибну? Или что-то случилось с короной? Я же оставила ее вам на хранение… Как я ошиблась!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
