— Пойдём, — промолвил наконец Демиан. — Нужно увести тебя отсюда. — Девушка только кивнула, она словно бы плыла в каком-то тумане. И ей было просто жизненно необходимо что-то вспомнить. Что-то очень важное. Но истина постоянно ускользала от нее колдовским миражом, болотными огоньками. Оставалось лишь смутное ощущение. Чего-то пронзительного. Светлого. И резкой, разрывающей боли потери.
Похоже, череда смертей не успела прокатиться сколько-нибудь далеко в глубь Синара. Нападению нечисти подверглись всего пара-тройка окраинных улиц. Волна возникла, накатила, накрыла собой и разбилась о выставленную стену, исчерпала себя. Город встретил Демиана и Марину запертыми дверями, наглухо закрытыми ставнями. Всего полсотни ярдов в сторону, но здесь уже все были готовы, все оказались предупреждены об опасности. Под открытым небом остались лишь те, кто был в состоянии дать отпор келнорской нечисти. По пути им попались четыре больших отряда боевых магов — прочесав и очистив от редких вырвавшихся вперед болотников отдаленные районы, малочисленные — по двое-трое бойцов — группы медленно продвигались на северо-запад, постепенно собираясь в более крупные формирования, уничтожая последних, избежавших расправы монстров. Если кто-либо из ведьмаков и удивился, увидев рядом с учеником мастера Когана телларионскую ведьму, виду никто не показал. Возможно, полагали, что мэтр Демиан имеет право находиться с кем ему заблагорассудится. Спутник перекинулся с боевыми магами парой коротких фраз, Марина даже не старалась вслушиваться в их беседу. Все мысли были какими-то рваными, бессвязными, разлетались стайкой пугливых воробушек. Не покидало, а, напротив, нарастало в геометрической прогрессии тревожное чувство, не имеющее под собой никаких рациональных оснований.
— …ный въезд и Гномий перекрёсток. На Ветрогоне и Ясеневом взгорке еще могут скрываться эти твари, Руст видел, как двое или трое, понюхав железа, рванули в том направлении. Ребята Фарида уже на подходе, заходят с юго-востока, по Кирпичниковому переулку. Но вы, насколько я понимаю, там окажетесь раньше него.
— Спасибо за предупреждение, Тимас, — поблагодарил Демиан хмурого востроглазого мужчину, с рваным шрамом через всю левую щеку. — С двумя подраненными болотниками я как-нибудь справлюсь, а хранительнице нечего здесь делать, отведу ее к леди Кристалине. — Тимас кивнул Дэмиану, а перед Мариной склонился в поклоне. Затем всё пошло своим чередом:
— Болт, Тролль, а ну-ка загляните во-он в ту подворотню! Что-то она мне не нравится: Огнёвка, сгоняй-ка на Родниковую улицу, проверь, вдруг остался кто живой. Да чтоб одна нога там, а другая здесь! Живее пошевеливайся. Краст, там у тебя амулеты были…
На небольшом светлом взгорочке и вправду только-только зацвели высокие прямые ясени. Расслабляюще мирный пейзаж… Девушка не уловила ту секунду, а, если быть точнее, ту сотую долю секунды, когда ее спутник успел выхватить оружие. Вроде бы клинок покоился в уютных ножнах, и вот уже, тонко свистнув в чистом весеннем воздухе, разворотил оскалившуюся морду невесть откуда выскочившего болотника. Марина даже испугаться не успела. Тварь рухнула на землю под ноги ведьмаку, конвульсивно дрыгнула лапами и, с мерзким чавкающим звуком, расползлась в какую-то зеленую слизь.
— Минус один, — невозмутимо пробормотал Демиан, вытирая испещренное росчерками витиеватых символов лезвие о короткую траву, пока Марина судорожно хваталась за ствол ближайшего дерева, хватая ртом воздух и пытаясь вернуть утраченное равновесие и, казалось, уже безвозвратно потерянное душевное спокойствие. — Интересно, сколько вас тут еще… Один или двое? — Ведьмак к чему-то прислушался и черные глаза опасно прищурились. — Д-демон… Только вожака мне еще не хватало! Марина, скорее! — Повторять дважды ему уже не пришлось. Марина прекрасно понимала, что сейчас является серьезной обузой для мага. Напади на них болотники, ему предстоит сражаться не только за себя, но и одновременно переживать, как бы стремительные хищные твари не задели совершенно беззащитную спутницу.
Девушка уже узнавала знакомые здания. Вот уже и крытый неестественно-зеленой черепицей дом на Яблоневой улице. Скоро, совсем скоро вся эта фантасмагория закончится, ведьмаки добьют последних болотников, и жизнь вернется в прежнее русло…
— Кими?… — это Марина вспомнила смешного паренька из Теллариона, который когда-то давно подарил ей невесть откуда раздобытый им браслет.
— Кими! Какого… нарлага облезлого ты здесь делаешь? В войнушку поиграть решил? Так вот — место и время ты выбрал ой как неправильно! — Мальчишка только упрямо вздернул острый подбородок.
— Я тоже хочу сражаться! Я уже не маленький, вот! И вообще, когда я, по вашему мнению, наконец вырасту, всю нечисть уже без меня истребят! Так нечестно:
— Не переживай, и на твой век останется, — процедил Демиан, с языка которого так и рвались куда как более крепкие словечки и целые выражения. Сопляк неразумный. А тоже туда же, повоевать спешит. Боится, что нечисти ему не хватит. Если бы, если бы… Вот только много ли он навоюет с этой ржавой шпилькой, которую сейчас агрессивно стискивает в потном кулачке? Вот ведь, нашёлся герой на его голову. Да что уж там, ведь и сам когда-то был таким же. Рванул в Проклятый лес вслед за Треем, не задумываясь о последствиях, не оценив реально свои силы. Хотя, кто знает, чем бы дело закончилось, если б он не поступил так опрометчиво. Но где-то поблизости бродит вожак, раненый и от того еще более опасный. Царапина, нанесенная заговоренным оружием, не причинила твари особого вреда, зато разозлила и раззадорила, как красная тряпка бешеного быка. Болотники, даже бьющиеся в предсмертной агонии, продолжают тянуться к жертве, раздирают когтями и челюстями, настолько сильна у них жажда крови. Если есть в мире абсолютное, безумное зло, то болотники — его порождения, наиболее совершенные дети. Боковым зрением уловил какое-то движение в тени дома через дорогу. 'Бездна, насколько близко подобрался… Уйти уже не успеваем. А тут еще этот вояка…' — Кими! Держись за спиной, поближе к Марине. И ни шагу в сторону, слышишь? Я с тобой потом серьезно поговорю, как выберемся. — Мальчишка презрительно поджал губы, показывая характер и свое истинное отношение к наказам старших, но вроде бы послушался. 'Маленький уличный волчонок. Ремнем бы тебя отодрать как следует, да ведь жалко, совсем один парнишка…'
Дверь распахнулась, и оттуда выбежал Ильнарель, который, похоже, не верил тому, что показывают ему глаза. Прошел деревянной походкой пару шагов, да так и остался стоять на пороге, вцепившись в резные перила. А потом вдруг отчаянно закричал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
