— Боюсь, что издеваешься ты. — Ну наконец-то и четвертый решил поучаствовать в игре «Избавься от надоедливой девушки». — Или ты считаешь, что любой ангел может прийти сюда, пинком открыв дверь, и пообщаться с главой Правления Лазури?
— А что, к нему нужно записываться за век вперед? — Я гневно прищурилась, разглядывая их невозмутимые, прекрасные лица.
В голову неожиданно закралась мысль, заставившая сердце тоскливо сжаться: Тар тоже был красив, только у него была живая, завораживающая красота, а красота этих небожителей — по-другому и не скажешь — вызывала у меня только скуку.
Не дожидаясь ответа, я развернулась и, грохнув на прощанье дверью, вылетела в коридор.
— Ты искала меня?
Едва успев избежать столкновения с высоким мужчиной, я отшатнулась к стене и подняла на него взгляд.
— Вы?! Э-э-э…
— Очень содержательно. — Его пальцы цепко впились в мое запястье. — Пойдем.
Я дернулась, пытаясь освободиться, и тут меня прорвало:
— Зачем? Зачем вы его убили? Вы специально дали мне такое задание? Чтобы я никогда даже не смела мечтать о крыльях? Заставили меня почувствовать важность его жизни — для чего? Чтобы вот так, походя развоплотить его и лишить меня… надежды?
— Простите ее, Высший!
Учитель! Я не услышала, как он вошел в храм, и поэтому чуть не подпрыгнула, когда над ухом прозвучал его голос.
— Лайла — девушка впечатлительная и… душевная. — Рука Гаврилия в оберегающем жесте легла мне на плечо. — Видимо, развоплощение подопечного так сказалось на ней.
— О чем идет речь? — Высший архангел так удивленно взглянул на него, что я даже засомневалась в увиденном сегодня.
И тут мне в голову пришла догадка. А вдруг это был не он? Вдруг Тара скинул в Огненную Чашу кто-то другой? Кто-то, лишь похожий на Высшего?
Судя по лицу учителя, у него тоже возникли подобные подозрения, но он все же решил объяснить:
— Сегодня в Инквизеле вы соизволили бросить в Огненную Чашу ее подопечного…
— Я? Занимался развоплощением? Сам?!
— Простите меня. — На Гаврилия было жалко смотреть. — Конечно же это было не так. Мы ошиблись. Вот только моя ученица отчего-то думает, что это были именно вы.
Высший архангел смерил меня таким взглядом, что я уставилась в пол, молясь, чтобы поскорее прекратилась эта выворачивающая душу и память проверка.
— Хорошо. Ты можешь идти, а твоя ученица пойдет со мной. Я должен кое-что у нее спросить.
— Прошу! Она еще дитя! — взмолился Гаврилий, но его рука послушно соскользнула с моего плеча.
— Ну на вопросы ответить, я думаю, сможет. Не настолько же она глупа? — Архангел развернулся и, не тратя больше времени на беседу с Гаврилием, уверенно потащил меня по коридору.
Если честно, я уже была не рада, что собралась что-то выяснять у НЕГО! А если он действительно может общаться с Всеблагим? Тогда… тогда для меня это шанс! Вдруг он ответит мне на один-единственный мучающий меня вопрос — что там? Что там, куда ушел Тар?
Миновав почти все двери, он остановился у последней и, не утруждая себя открыванием, просто протащил меня сквозь нее и только после этого соизволил выпустить мою руку.
— Я слушаю. — Подтолкнув меня к мягкому креслу, он огляделся, недовольно поморщился, и вдруг строгая комната, в которой было лишь два кресла и стол, начала меняться. Она немного раздвинулась, у стены появился камин с горящими в нем поленьями, а возле него словно из воздуха вылепился небольшой уютный диванчик, на который он и опустился. — Всегда, когда возвращаюсь из Красного мира, мерзну. Ты не возражаешь? — В его руках появилось два бокала с рубиновой жидкостью.
Я заставила себя закрыть рот. Конечно, слышала, что архангелы могут менять окружающее пространство, но чтобы вот так, одной лишь гримасой!
Еще раз окинув взглядом ставшую уютной комнату, я с опаской присела на краешек кресла.
— Нет, спасибо. Я не пью вино.
— Кто сказал, что это вино? — На его невероятно красивом лице вновь появилось удивление. Он поднялся и, шагнув ко мне, протянул бокал. — Это то, что поможет тебе успокоиться и смириться с тем, что ты услышишь. Ты ведь пришла ко мне за правдой?
Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть и взять бокал. По его тонко очерченным губам скользнула тень улыбки.
— Итак, за правду! — Он отсалютовал бокалом и сделал небольшой глоток.
Не сводя с него глаз, я пригубила терпкую жидкость. Меня объял аромат лесных ягод и лета. Земного лета. Когда лес купается в лучах июльского солнца, а травы полны целебных сил. Я не заметила, как осушила питье, и теперь оно пузырьками бесшабашности щекотало мне кровь. Повертев в руках бокал, я поставила его у кресла и вновь взглянула на изучающего меня архангела. Высшего архангела! Даже не верится!
— Почему ты захотела стать ангелом?
Неожиданно прозвучавший вопрос заставил меня задуматься.
Почему? Я пожала плечами:
— Не знаю. — Для меня действительно было слишком сложно ответить на этот вопрос, но Высший ждал ответа, поэтому я вздохнула и решилась: — После жизни в мире смертных, кстати сказать не очень счастливой, я попала в Лазурь. Перерождения скрыли пути всех, кого я любила. Сначала я просто хотела их найти, а кто может знать о скрытом, как не ангелы? Но когда после нудного курса теории мне дали на время крылья — я забыла обо всем и поняла, что расшибусь в лепешку, но сохраню их. Что может быть прекраснее полета и могущества, которое дарит этот полет?
— Честно, — одобрил архангел, неспешно выпил рубиновую жидкость и растворил бокалы в воздухе. — Значит, ты пойдешь на все, чтобы выполнить задание?
Сдержав вздох, я кивнула. Новое задание, значит, новая душа. Хотя в данный момент я хотела только одного: чтобы меня оставили в покое. Все!
— А это пожелание вообще из разряда невыполнимых. — Он протянул руки к огню и взглянул на мою недоуменную физиономию. — Покой, о котором ты мечтаешь. Мне кажется, его нет ни в одном из миров, поэтому перейдем сразу к делу.
— Один вопрос. — Я выдержала его взгляд и, не дожидаясь согласия, выпалила: — Это были вы? Сегодня в Инквизеле?
Архангел первым отвел взгляд. Усмехнулся:
— Да, это был я.
— Тогда ответьте, зачем вы развоплотили Тара?
— Гм, вообще-то это уже второй вопрос, но я для того тебя и позвал, чтобы кое-что объяснить. — Он поднялся и неторопливо принялся мерить шагами комнату. — Я сегодня не развоплотил Шайтаара, а дал ему возможность обрести себя. Свою силу. Я бы очень хотел, чтобы к нему вернулась и его истинная память, но, увы, пока еще слишком рано. Это может навредить…
Я смотрела на него во все глаза.
— Что… что вы хотите сказать? Что значит «обрести себя»? В каком из миров он должен себя обретать?
— Еще раз повторю: я его не развоплощал! Ты хоть знаешь, что Огненная Чаша не только место казни небожителей, но и портал для демонов?
Так и не сообразив, к чему он клонит, я искренне помотала головой:
— Нет.
— Двоечница! Хотя никто другой, возможно, и не справился бы с этим заданием так, как это можешь сделать ты.
Не выдержав, я вскочила.
— Ничего не поняла! Какое задание? Что меня ждет на этот раз?
— То же, что и в прошлый. — Его глаза мгновенно превратились в льдинки. — До дня рождения твоего подопечного осталось не так уж много времени. Твоя задача — уберечь его от всего, что может убить его душу или тело. Это будет просто, если проследишь, чтобы до этой даты он ни в коем случае не снимал перстень.
Я сглотнула, боясь поверить в услышанное.
— То есть вы хотите сказать, что Тар — жив?
— Ну слава мне — дошло! Жив. Пока. И если хочешь, чтобы он жил и дальше, поторопись! — Он поводил рукой так, словно что-то стирал.
Камин и стена растворились в серой пустоте. Я едва удержалась от желания отступить, но вовремя сообразила, что это — переход.
— А можно еще один вопрос? Почему Тар остался живым, упав в Адскую Чашу?
— Действительно двоечница! Ты чем меня слушаешь?! — Архангел в нетерпении вновь прошелся по комнате и остановился возле меня так близко, что я даже почувствовала овевающий его запах дождевого ветра. — Он не умер потому, что этот огонь не может его убить!
— И что это значит?
— Подумай.
Я шагнула к серому туману, а в голове билась только одна мысль: Тар жив! Я выполню задание, чего бы мне это ни стоило. Он проживет свой земной век так, как и было предсказано в Книге судеб. Один раз я его уже потеряла, и это было самое ужасное, что мне довелось пережить.
— А кто хочет его убить?
