Китайцы высоко ценят подобное гуманное отношение к ним и стараются отблагодарить по-своему. Вскоре после отъезда генерала Суботича мукденские купеческие старшины постановили, по китайскому обычаю, поднести генералу Суботичу, на память о его пребывании в Мукдене, традиционные почетные знаки: зонтик, знамя и приветственный адрес.
В адресе китайские купцы написали следующее:
«Общество Китайских Мукденских купеческих старшин почтительнейше, под знаменами генерал-лейтенанта Суботича, выражают ему следующее:
Они в знак благодарности за то, что генерал Су (Суботич) и губернатор До (Домбровский) дорогого государства (России), во главе войск, прекратили в Мукдене огонь и спасли народ, — с чувствами радости и любви желают поднести от 10 000 людей знамя и зонтик, чем они хотели бы выразить преисполняющие их мысли и чувства.
После того как генерал Су, одержав победы, вернулся в дорогое государство, были приготовлены знамя и зонтик.
Старшины сами привезли в Лиушунькоу (Порт-Артур) знамя и зонтик и просят генерала принять их.
Они приложили все старания, чтобы приготовить эти подношения, и если генерал Су примет их, они будут глубоко обрадованы.
Такие же подношения были сделаны губернатору До раньше, за его такое же славное деяние.
Это вершковое прошение написано с почтением и с пожеланием всякого благополучия.
Русского календаря 1901 год.
Китайского Государства Гуан Сюй 27-й год.
Старшины: Цзу Куй Фын Суй Чао Шэн Ван Шу Кай И Фын Чан». * * *
Heмалая заслуга в смысле сближения с китайским населением принадлежит отряду Красного Креста С. Александровского. Через несколько дней после занятия Мукдена в нем уже был устроен Александровским и всеми деятелями и деятельницами его отряда первостепенный госпиталь, прекрасно оборудованный и снабженный всем необходимым. Не только русские, но даже китайцы лечились в этом госпитале и встречали самый заботливый уход и братское отношение.
Среди ревностных тружениц — сестер милосердия этого отряда находилась графиня Екатерина Николаевна Игнатьева, дочь бывшего посланника в Китае генерал-адъютанта графа Н. П. Игнатьева. Она проводила дни и ночи у изголовья раненых и больных солдат, подолгу беседовала с ними, читала им книжки. Солдаты любили ее как родную сестру и называли ее «Красным солнышком».
Походы
Одновременно с успокоением столицы Маньчжурии русские военные власти предприняли ряд походов в глубь Маньчжурии для уничтожения остатков китайской армии и усмирения всего края. Но эта задача оказалась гораздо труднее завоевания.
Китайские войска разбежались по горам и долинам необъятной Маньчжурии, разбились на мелкие отряды и повсюду разоряли свои же города. Те города, которые оказывали русским гостеприимство, они наказывали еще более тяжелым разорением и сожжением. Таким образом, китайское мирное население оказывалось между двух огней и не знало, чью власть признавать в крае. К беглым китайским солдатам присоединились хунхузы.
В первое время были отправлены следующие экспедиции.
23 сентября из Мукдена был выслан на север в Телин отряд полковника Мищенко, который в Телине встретил сотню есаула Кузнецова из отряда генерала Ренненкампфа[104] и таким образом установил связь между русскими войсками, действовавшими в Южной и Северной Маньчжурии.
23 сентября вышел из Мукдена летучий отряд, под начальством Генерального штаба генерала Кондратовича, заведовавшего военными сообщениями, в составе пехоты и артиллерии (подполковник князь Крапоткин), конницы (есаул Мадритов) и саперов. Назначение этого отряда было установить речное сообщение по реке Лаохэ и ее притоку Хунхэ, протекающему возле Мукдена, для того чтобы доставлять транспорты водой от Инкоу до Мукдена.
Корнет Базилевич, есаул Мадритов и казаки-верхнеудинцы
Генерал Кондратович прошел весь назначенный путь, имел во многих местах перестрелку с китайскими беглыми войсками и хунхузами и впервые установил связь по реке Лаохэ между Мукденом и Инкоу. На генерала Кондратовича в кампанию 1900 года было возложено весьма трудное, сложное и ответственное дело: устройство военных сообщений и тыловой организации на огромной области — от Пекина до Мукдена. Благодаря его стараниям, вскоре после взятия Пекина и Мукдена русский военный телеграф, проведенный нашими саперами, уже работал между Порт-Артуром и этими столицами. Также благодаря настойчивости генерала Кондратовича быстро был восстановлен китайский телеграф, разрушенный в Маньчжурии боксерами. С помощью этого телеграфа было установлено прямое телеграфное сообщение между Порт-Артуром и Сибирью, благодаря чему Петербург получил возможность сообщаться непосредственно с Маньчжурией и Квантуном по русскому телеграфу, не прибегая к иностранным кабелям. Впоследствии генерал Кондратович был начальником отрядов, которые посылались в глубь Маньчжурии для усмирения страны.
26 сентября генерал-лейтенант Штакельберг, во главе отряда из трех родов оружия, переправился через реку Лаохэ, занял Синьминтин, двинулся на северо-запад и отбросил в Монголию остатки китайских войск. Начальником штаба этого отряда был подполковник Генерального штаба Запольский, уже отличившийся в Северной Маньчжурии взятием китайских орудий.
Подполковник Генерального штаба Запольский
На юго-восток, в долину реки Ялу, к границам Кореи был отправлен отряд полковника Артамонова, взявший город Фынхуанчен.
21 октября, в день восшествия на престол Государя Императора, в Мукдене произошло торжественное братание русских отрядов — Южно-Маньчжурского и Северо-Маньчжурского, представителем которого явился генерал-лейтенант Каульбарс, приехавший из Северной Маньчжурии с небольшим отрядом[105]. На площади богдыханского дворца перед собранными войсками, генерал Каульбарс сказал горячую речь, в которой описал заслуги русских доблестных войск, в два месяца прошедших всю Маньчжурию и занявших главнейшие города, и передал привет от Северных отрядов — Южно-Маньчжурскому.
В отряде генерала Каульбарса переводчиком китайского языка состоял штабс-капитан Россов, служивший ранее на Квантуне, — один из тех русских самородков, которые сами родятся, сами учатся, сами трудятся и сами делают себе карьеру. По окончании Павловского училища он сам просил назначить его в один из приамурских батальонов, стоявших в Хабаровске. Сам хлопотал, чтобы его командировали в Пекин для изучения китайского языка, который он одолел в два года. После занятия Порт-Артура он оказался на Востоке единственным русским офицером, знающим свободно китайский язык, вследствие чего генерал Суботич, бывший в то время начальником Квантунского полуострова, назначил его своим дипломатическим чиновником. Двадцатипятилетний дипломат не только сам прекрасно справлялся с китайцами на Квантуне, но даже успел через несколько месяцев написать серьезную и дельную книгу «Очерки занятия Квантуна и быта туземного населения». Это было первое популярное сочинение о Квантуне, напечатанное в 1900 году в «Новом Крае» и затем изданное в Порт-Артуре отдельной книгой. В стычке с хунхузами в Дагушане, осенью 1900 года, Россов был ранен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
