-А что всё-таки произошло, нейра Новер? - поинтересовалась я между прочим. Девушка стояла совсем рядом, наблюдая за происходящим: Анельт скрылся в ойфане, Лауринь что-то вполголоса объяснял сыскарям, один из них успокаивал хозяйку заведения, вновь ударившуюся в истерику... - Вы, насколько я поняла, тоже видели случившееся?
-Да, - неохотно ответила она, но, очевидно, желание поделиться увиденным пересилило неприязнь ко мне, поскольку Инора продолжила: - На самом деле я почти ничего и не заметила, госпожа Нарен. Позади меня сидел какой-то господин, хозяйка поднесла ему ойф, и что-то еще говорила об особом рецепте, дескать, всё, как он любит, в других местах такого не готовят... Вот и всё. А через некоторое время я услышала странный хрип, обернулась, и... и... О! - она поднесла руку ко рту, тонкие брови поднялись домиком. - Это было ужасно! Он хватался за грудь и задыхался, и так хрипел, так страшно хрипел! А потом упал и больше не двигался...
-Отчего же господин Анельт не оказал ему помощь? - поразилась я.
-О, он появился позже, - чуть смутившись, ответила Инора. - Тогда уже хозяйка подняла крик, а все, кто был в ойфане, поспешил уйти... Только один слуга решился подойти и проверить, что с тем господином, и сказал, что он уже умер. Тут как раз вошел господин Анельт, но сделать ничего успел, потому что мне сделалось дурно, и он поспешил проводить меня на воздух...
"Прелестно! - подумалось мне. - Полуобморочная девица или, возможно, еще не умерший мужчина? Для кого-то выбор очевиден, но..."
-У вас лицо испачкано, госпожа Нарен, - вдруг сказала Инора.
-Да? - удивилась я.
-Похоже, это сажа, - сообщила девушка не без злорадства. - На щеке слева.
-Всё? - спросила я, проведя ладонью по щеке. Пришлось перехватить поводья одной рукой, это было неудобно.
-Нет, вы еще сильнее размазали, - сказала она.
Я хмыкнула и вынула платок. На нем остались черные следы, но, судя по взгляду Иноры, до конца я сажу не оттерла. Любопытно, кстати, откуда она взялась? Бывает, конечно, что из труб летит всякое, а уж тут постоянно топят печи - ведь в кондитерских подают горячие напитки и выпечку с пылу с жару... Но чтобы сажа так летела, надо спалить что-то отличное от обычных дров. Впрочем, мало ли какой мусор бросили в топку?
-Вы чудовищны, Фло, - раздался у меня над ухом голос Лауриня, и он отобрал у меня поводья своего жеребца. - Отчего бы вам, как всем дамам, не носить при себе зеркало?
-На кой оно мне? - поразилась я, отметив, что капитан то ли случайно, то ли намеренно забыл поименовать меня "госпожой Нарен" при Иноре.
-Хотя бы для того, чтобы не размазывать грязь по лицу.
-Ничего страшного, - пожала я плечами, - немного сажи на щеке нисколько не вредит моему самолюбию.
-Дайте сюда! - Лауринь отобрал у меня платок и стёр, наконец, сажу. Делал он это несколько резче, чем следовало бы, но в целом жест этот меня удивил. - Держите...
Он сунул платок мне в руку.
-Инора, - будто только что заметил девушку Лауринь. - Прошу извинить, я...
-Вы были очень заняты, Лаур, я понимаю, - вздохнула она. - Вы на службе. Впрочем, вы всегда на службе!
-Увы, - коротко ответил он.
Я усмехнулась, встряхнула платок и начала складывать.
-Какая очаровательная пошлость! - восхитилась Инора, наблюдавшая за мной. - Вам нравятся такие вещи, госпожа Нарен?
-Если бы не нравились, я бы ими не пользовалась, - хмыкнула я. Платок был тот самый, работы Диты Ротт, с вышитыми смешными толстыми щенками. Любопытно, знай Инора, что эта же мастерица вышивала ее роскошное бальное платье, что бы она сказала?
-У госпожи Нарен скверный вкус, - заметил Лауринь хмуро, вспомнив привычное обращение.
-Кто бы говорил, - хмыкнула я. - Можно подумать, у вас лучше!
-О, у Лаура прекрасный вкус, - вступилась за него Инора и даже положила руку на сгиб локтя капитана. - Вряд ли вы знаете, но он умеет составлять замечательные букеты! Особенно ему удаются зимние... Правда, он не относится к этому занятию хоть сколько-нибудь серьезно, ведь мужчинам это не пристало! Не так ли, Лаур?
-Именно так, - натянуто улыбнулся тот, отводя взгляд.
Я только весело прищурилась: зимние букеты, значит? А я-то гадала тогда, кто же осчастливил меня таким подарком! Теперь, надо думать, он вручает свои композиции Иноре или той неизвестной даме...
-Инора, - перевел тему Лауринь, - прошу извинить, но мне недосуг вести светские беседы. Насколько я понял со слов господина Анельта, вы присутствовали при происшествии, и я попрошу вас оказать содействие сотрудникам сыскного отделения. Полагаю, вы понимаете, что...
-Конечно, Лаур, я прекрасно понимаю, как важны свидетельские показания, - перебила она. - Правда, я почти ничего не видела, но ведь даже такая мелочь может оказаться важной, не так ли?
-Именно, - улыбнулся он всё той же неестественной улыбкой. - Позвольте, я провожу вас.
-А может быть, позже?..
-Лучше сейчас, - тон капитана был непреклонен. - Пока подробности не забылись. Полагаю, господин Анельт сможет дополнить ваш рассказ, ведь он, с его слов, присутствовал при финале трагедии.
-Да, но...
Но Лауринь, не слушая, увлек девушку к сыскарям. И, разумеется, снова бросил поводья буланого!
Я хмыкнула, потрепала жеребца по холке, он дружелюбно толкнул меня храпом в плечо.
Лауринь вернулся подозрительно быстро.
-Вы не стали присутствовать? - поинтересовалась я. - Вдруг нейра Новер расскажет что-нибудь интересное?
-Это дело забирает сыскное отделение, - ответил Лауринь. - Ваш коллега постановил, что никаких следов магии на месте происшествия нет, и вообще, неясно даже, несчастный это случай или что-то иное.
-Так, может, вы всё-таки скажете, что случилось? Я пока слышала только обрывки...
-Некий господин, - сказал Лауринь, - зашел выпить чашечку ойфа. Насколько я понял из причитаний хозяйки ойфаны, он здешний завсегдатай, она готовила для него напиток по особому рецепту: он любил ойф со специями. У нас его мало кто так пьет, это больше принято на юге, а ему нравилось. И вот, - докончил он, - господин отведал напитка, захрипел и повалился на пол. И умер. Неизвестно пока, подавился он, случился с ним удар, или же его отравили.
-Первые два варианта Анельт вполне мог проверить сразу, - заметила я.
-Может быть, и проверил, - ответил капитан, - но сообщит он об этом уже майору Горту.
-Не вижу я в вас энтузиазма, Лауринь, - пожурила я, садясь в седло. Капитан хмуро смотрел на меня снизу вверх. - Неужто вас не интересует этакое милое дело? Да еще такое, свидетельницей которого стала прекрасная Инора? А вдруг это она отравила несчастного любителя ойфа?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
