В общем, ужин, как говорится, прошёл в тёплой и дружеской обстановке, но едва мы перешли к чаю, как Агния покинула наше общество, сославшись на то, что ей надо проведать дочь. Обе официантки также испарились, тем самым обеспечив нам с Сагдией полный тет-а-тет. Я решил немного поторопить события и, пристально глядя на девушку, с улыбкой спросил:
— Когда же вы утолите моё любопытство, княгиня? А то я прямо места себе не нахожу.
— Да, наверное, пора, а то и так слишком долго злоупотребляю вашим гостеприимством, — отзеркалила меня девушка. Впрочем, её улыбка быстро погасла и Сагдия слегка задумчиво проговорила: — Моя новость касается событий в Эфиопии. Буквально только сегодня я получила неопровержимые доказательства того, что в смерти моей матери виновны не только африканские аборигены.
Кайсарова сделала паузу, явно подбирая слова, и я не удержался, чтобы не вставить:
— Вы же прекрасно знаете, почему она осталась лишь с двумя хранительницами.
— О-о, я даже и не думала как-то подчеркнуть вашу вину, — отмахнулась Сагдия. — И лично у меня к клану Гордеевых абсолютно нет никаких претензий. На вас напали - вы защищались. И тут не может быть двоякого толкования. Однако среди воительниц, напавших на вас, также находилась Антонина Романова со своими людьми. И у меня есть все основания полагать, что она успела перехватить жезл Радмилы до нападения местного племени на мою мать. А вы, насколько помню, очень интересовались этим артефактом.
Сагдия замолчала, смотря на меня, а я внутренне недоумевал. Если это всё, ради чего приехала Кайсарова, то я разочарован. Мягко говоря. И дело не в том, что мы с Ольгой знали об Антонине гораздо раньше. Просто, на мой взгляд, это не такая уж и страшная тайна, чтобы нельзя было сообщить её по телефону.
— Да, интересно, — отстранённо произнёс я.
— Судя по вашей реакции, вы не сильно удивлены.
— Скажем так… что-то подобное мы предполагали, — не стал я юлить.
— Ясно, — кивнула Сагдия. — Я бы, конечно, не стала приезжать только ради этой новости. Но мне стало известно, что бывшая глава СИБ сумела восстановить работоспособность жезла или очень близка к этому.
“Невозможно”, — было моей первой мыслью. Во всяком случае, слишком быстро. Агния говорила, что на подробные исследования могут уйти годы, и то не факт, что получится. И я был склонен верить нашей мастерице. И как понимать формулировку: то ли восстановила работу жезла, то ли близка к этому?
— Насколько надёжен ваш источник? А то информация выглядит весьма противоречивой.
Сагдия усмехнулась и проговорила.
— К сожалению, мой источник весьма крепкий орешек, и от добровольного сотрудничества отказывается. Менталистки работают всего первые сутки и смогли получить доступ только к верхним слоям памяти. Там хранятся самые свежие воспоминания, но они весьма сумбурны из-за активного сопротивления моего информатора.
Я нахмурился. Нет, отнюдь не из-за методов, используемых для получения информации. Скорее из-за личных воспоминаний. Чёрные глаза негритянки впечатались в мою память надолго. Так что слово “менталистка” с некоторых пор вызывало у меня не самые приятные ассоциации.
— Да уж, если всё так, это может стать проблемой, — задумчиво проговорил я. — Спасибо, вам. А узнать, где находится экс-Романова, не получилось?
— Увы, — развела руками Сагдия, — пока нет. И не факт, что получится. Во-первых, мой источник может этого не знать. А во-вторых, вы же знаете, что взлом ментальных блоков - дело сложное и не всегда получается получить полный доступ к памяти. Хотя я не теряю надежды договориться и по-прежнему надеюсь на добровольно-принудительное сотрудничество своего информатора.
В конце сказанного Сагдия многообещающе улыбнулась. Хотя, наверное, определение “кровожадно усмехнулась” подошло бы лучше. “Н-да, не простая девочка”, — по-новому взглянул я на собеседницу. Можно только догадываться, что за страсти бушуют в клане Кайсаровых и насколько жестокой приходится быть Сагдии.
— Что ж, я, пожалуй, пойду, князь. Спасибо за гостеприимство.
— Один вопрос, княгиня, — без улыбки сказал я.
— Слушаю.
— Зачем?
Задавая вопрос, я смотрел прямо в зелёные глаза девушки. Конечно, у меня нет дара чувствовать любую ложь, как это умеет делать Ольга, но мне казалось, что я в состоянии уловить откровенное враньё. Сагдия правильно поняла мой вопрос и не стала отводить взгляд, а отвечая, лишь обозначила улыбку.
— Княгиня Ольга не торопится, и вопрос с моим долгом по-прежнему находится в подвешенном состоянии. Вот я и решила немного расшатать это непонятное равновесие в наших отношениях. Возможно, ваша супруга именно этого и ждала?!
— Возможно, — улыбнулся я.
Из-за стола мы встали практически одновременно, и так получилось, что вышли на крыльцо, сохраняя молчание. Три машины уже стояли наготове, а хранительница Кайсаровой предусмотрительно распахнула заднюю дверь большого внедорожника. Откуда-то “нарисовалась” Агния, неожиданно возникнув за нашими спинами. Сагдия замерла на верхней ступеньке и, посмотрев на нас с Агнией, проговорила:
— Ещё раз спасибо вам за гостеприимство. — И специально для меня добавила: — Если вам интересна затронутая тема, то я готова и в дальнейшем информировать вас о ходе расследования.
— Буду вам очень признателен, — улыбнулся я.
Попрощавшись с девушкой, я проводил взглядом отъезжающие машины, а в голове безостановочно крутилась мысль о жезле Радмилы. Если Антонине Романовой каким-то образом удалось восстановить работу артефакта, это действительно может стать не просто проблемой, а очень серьёзной проблемой. В первую очередь для тех, кто оказался виновен в её нынешнем положении. Осталось понять, как далеко готова зайти бывшая глава СИБа в желании удовлетворить собственное чувство мести, и кто первым станет её целью? Очень сомневаюсь, что все эти танцы с бубном затеяны лишь ради любви к артефакторике.
— Расскажешь, о чём говорили? — отвлёк меня от тяжёлых мыслей вопрос Агнии.
— Конечно, — улыбнулся я, — только пошли в кабинет.
“Надо будет Еве позвонить”, — подумал я, шагнув в дом. Каюсь, про экс-Романову я как-то подзабыл или правильнее говорить “забил”. Не потому, что мне было неинтересно, а просто я прекрасно понимал, что поиск такого противника находится далеко за пределами возможностей клановой службы безопасности и единственным надёжным источником свежих новостей об Антонине оставалась Ева.
Однако мой высокопоставленный информатор ввиду своего особого положения, естественно, не бежал ко мне сломя голову, чтобы сообщить о поворотном моменте в розыске бывшей главы СИБа. Поэтому, чтобы получить нужную инфу, приходилось самостоятельно проявлять инициативу. А если мне не отшибло память, то примерно месяц назад Ева говорила что-то про Японию. Вроде как именно в стране Восходящего солнца получилось найти следы Антонины. Возможно, уже появились более свежие данные. Правда, из-за позднего времени суток придётся потерпеть до завтра. Всё-таки не настолько у меня подгорает во всех местах, чтобы я названивал ТАКОЙ любовнице в первом часу ночи.
***
Уже десятый по счёту гудок в телефоне невольно намекал, что я выбрал не самое удачное время для звонка Еве. “Суббота и половина одиннадцатого. Наверное, всё же рановато будет”, — подумал я. С этой мыслью, уже хотел нажать отбой, но тут Ева ответила.
— Да-а, Сергей.
Хм. Похоже, у Евы с настроением сегодня не очень. Я ей, конечно, не часто названивал, максимум раза два-три было, ибо в основном этим занималась Ольга, но обычно Ева приветствовала более радушно. А тут меня встретило протяжное “да” с лёгкой восклицательной интонацией в конце. В общем, явно отвлёк от чего-то важного.
— Привет, моя королева. Если сильно отвлекаю, то могу перезвонить, — не стал я особо мудрить.
— Ну как тебе сказать, — усмехнулась Ева на “моя королева”, — передо мной лежит список из семи имён, и я пытаюсь решить, кому из этих людей жить, а кто уже задержался на этом свете.
