Читаем без скачивания Коллекция «Этнофана» 2011 - 2013 - Сборник

— Всё, это конец. — Прошептала она.

— Они мертвы. — Осмотрев товарищей лежавших в крови, прорычал араб с серьгами в ушах, и сплюнул себе под ноги.

— Деточка это не конец, это только начало, начало твоих страданий, в которых в лучшем случае тебя ждёт смерть. — Засмеялся бородатый. Он подошел, выбил из её рук меч. Взял Элизабет за шею, начал осматривать, как какую-то вещь. Она плюнула ему в лицо и дала ногой в колено. После чего тут же получила мощный удар в челюсть. Её схватили, кинули на стол и кинжалом разорвали подол ночной рубашки. Попытавшись вырваться, она снова получила удар. Реальность начала медленно уплывать, потолок превратился в одно большое тёмное пятно, на фоне которого маячили лица растлителей, злые и одновременно довольные.

— Не рыпайся, а то хуже будет. — Посмеялся кто-то из них. Элизабет дёрнулась, попыталась вырваться, но не тут то было — держали её крепко.

Вдруг на улице зазвучал горн.

— Что это?

— Пойду, проверю. — Араб с серьгами, вышел из дома, но через несколько секунд забежал обратно, закрывая за собой дверь и заставляя её стульями. — Там рыцари!!! К оружию!!!

Элизабет кинули на пол. О ней забыли, арабы разбрелись по комнате, прильнули к стенам, один из них попытался вылезти через окно, но тут же ввалился обратно. Посредине его шапки красовался приличный след от меча, ему повезло — ещё бы чуть, чуть и лезвие прошло бы по его голове. На улице послышались крики. Все вздрогнули, перекинулись тревожными взглядами. Бородатый араб пошел к двери. На мгновение всё затихло. За дверью послышались тяжелые шаги, тишина, и вдруг дом подскочил, дверь сорвалась с петель, пролетела пару метров, зацепила бородатого, впечатав его в стену. В дом, не спеша, вошел рыцарь в золотых доспехах с двумя мечами из металла, похожего на серебро, и большим щитом на спине. Девочке бросился в глаза его красивый шлем, украшенный большим красным пером. Хотя в рыцаре привлекало не только перо. Доспехи были просто огромны, из-за этого он еле пролазил в дверь. Плечами, увенчанными золотыми шипами, он снёс кусок стены. Под его ботинками проседал пол, и Элизабет порадовалась тому, что она вылезла из своего укрытия.

Одним мечом он полоснул стоящего рядом араба. Этим ударом он рассёк его пополам, вдоль груди, а меч пробил стену насквозь.

— «Какой же силой должен обладать человек, чтоб вот так запросто перебить человека пополам?», — подумала она. В это время вторым мечом он насквозь пробил голову арабу, подбежавшего к нему. К этому моменту первый меч снова был готов к бою. Араб с серьгами попытался ударить рыцаря, но тот ловко блокировав удар, проткнул ему живот.

В этот время он уже стоял на середине комнаты. Один из оставшихся арабов попытался убежать, но ему это не удалось. Практически не смотря, в пол оборота, рыцарь кинул в беглеца меч. Пронзив ему грудь, орудие пробило его насквозь, и упало на землю. Последний шестой араб кинулся на спасителя, отвлёкшегося на беглеца. Эли вовремя схватила топор и кинула его в нападавшего, выбив из его рук оружие. Рыцарь, воспользовавшись моментом, пробил кулаком череп араба.

Вся комната была в крови. Рыцарь осмотрелся, вокруг врагов больше не было, и он снял шлем. Это был старый мужчина с небольшой щетиной, длинными волосами и большими густыми бровями. На левой щеке красовался большой шрам. Но что больше всего привлекало внимание — это его разноцветные глаза. Один был зелёный, а другой голубой. Он подошел к девочке, положил руку на плечо. От этого она чуть не упала — рука была очень тяжелой.

— С тобой всё в порядке?

— Да, да, всё хорошо, спасибо, что спасли меня… Как вас зовут, сэр?

— Я Генрих Элионский, сын графа Ролонда второго. И зачем же так официально — сэр. Вы меня смущаете, мадмуазель. — Добрым, почти дружеским тоном проговорил он и подмигнул девочке. Элизабет покраснела и кивнула. — Мне сообщил гонец из крепости «Альдберг», падшей под натиском арабов, что на север идут несколько отрядов сарацин. Как только я об этом узнал, сразу выдвинулся в путь и как я вижу, к месту битвы успел вовремя. Да, где мои манеры, как тебя зовут?

— Я Элизабет, Элизабет Розаль.

Генрих дал меч, маленькой девочки и, сняв со спины щит, он подошел к выходу.

— Элизабет, пошли, не время сидеть, в любой момент сюда могут прийти. — Генрих подошел, взял свой второй меч с земли, осмотрелся и подозвал её к себе. — Не на шаг от меня не отходи, здесь очень опасно. — Она побежала за ним, вокруг кипела битва, но спаситель не обращал на неё особого внимания. Он лишь изредка наносил смертоносные удары. У попадавшихся на его пути не было шансов, одних он играючи откидывал щитом, после чего арабы отлетали на метров пять и больше не шевелились, а других, как горячим ножом режут масло, рубил пополам.

На улице творилось что-то невообразимое. Куда не посмотри, были трупы, кровь, мертвые кони, раненые бойцы, кричавшие от боли. Дома горели, всё было в дыму. Элизабет ничего не видела дальше пяти метров, глаза слезились. Спасителю это не мешало, он прорывался к окраине деревни, так быстро, так играючи, так… жутко. Элизабет стало страшно, её рыцарь начал казаться страшным убийцей, а не героем, которым он предстал перед ней сначала. Задумавшись на секунду, она отстала от Генриха. Его золотая спина исчезла в дыму. Страх сковал её ноги, Эли замерла, сердце стучало, как сумасшедшие. Она попыталась найти хоть кого-нибудь, кто бы ей помог. Но в тумане она была одна. Вокруг стонали, кричали, но кто это был, оставалось загадкой. Может друзья, может враги, а может не те и не другие. Об её ногу стукнулось что-то твёрдое, она упустила глаза и вскрикнула. На земле лежала человеческая голова. Эли отпрыгнула в сторону и оказалась, в чьих-то объятиях. Грязный, измазанный кровью и копотью турок схватил её сзади, прижал к себе, улыбнулся беззубым ртом. Элизабет снова закричала, а турок впился в её губы и засмеялся.

Девочка не поняла, когда Генрих успел зарубить этого турка, но вот секунду назад он стоял, смеялся и думал о вещах не столь благородных, а теперь лежит без руки и дико вопит.

— Я говорил не отходить? Быстрее, наши уже близко.

Всё это никак не укладывалось у неё в голове. Не так давно, здесь сидела мама, а теперь тут лежал мертвый всадник, с раненым конём. Жеребец был ещё жив, он даже пытался встать, но стрела вошла слишком глубоко, и теперь ему оставалось только ждать своего конца. Вдали виднелось поле, на котором сегодня утром работал брат, там дрались около сотни воинов. Их старая мельница была в огне и, так же, как и на поле, там шёл бой. От этого вида хотелось плакать. А ещё больше хотелось всё бросить и убежать, спрятаться, найти укромный уголок, где никто не сможет тебя найти.

Когда они достигли погреба, чтоб передохнуть, к ним подбежал молодой рыцарь, облаченный в серебристые доспехи. Шлема на нём не было, под глазом красовался синяк, из виска текла кровь, но вид его был такой, будто он выиграл миллион в лотерею. Улыбка во весь рот, а глаза горят недобрым огнём.

— Генрих, нам нужна твоя помощь, с запада подошел отряд сарацин, там практически нет наших воинов и если туда не поспешить, то скоро они будут в наших тылах.

— Что?! А где отряды графа Могре?

— Они разбиты и бегут. На них напали из леса. Это была засада. Этих тварей было слишком много.

— Проклятье! Хорошо, дай мне коня, я отправлюсь на запад, а ты ни на шаг не отходи от этой девочки. Постарайся как можно быстрее вывести её отсюда.

— Хорошо. — Рыцарь убежал, и через несколько минут вернулся с конём.

— Отведи её к лагерю. — Генрих вскочил на лошадь и ускакал прочь.

— Не бойся, всё будет хорошо, Генрих и не из такого выходил победителем. Кстати меня зовут Фредерик Тромпеур, для друзей Фред. А тебя как? — Он улыбнулся и посмотрел ей прямо в глаза.

— Элизабет. — Она немного смутилась и опустила глаза вниз. Отчего-то все страхи и волнения исчезли. Ей вдруг стало очень жарко, щёки горели, со лба стекла маленькая капля пота, от чего Эли смутилась ещё больше. Юноша был очень красив, длинные чёрные волосы были ровно уложены, даже слишком, если учесть обстоятельства, его голубые глаза показались самыми светлыми и, пожалуй, единственными прекрасными вещами на этом свете. Она ещё раз осмотрела его с ног до головы, и, конечно, парень заметил это. Снова улыбка, снова краски.

— Ну, что ж, Элизабет, не отставай, пошли.

Они поднялись на небольшой холм. Оттуда открывался прекрасный вид на всё поле боя. Эли посмотрела на запад — там должен был быть Генрих. Но с такого расстояния разобрать хоть что-нибудь было практически не возможно. Лишь виднелась большая куча трупов.

Этот холм был лагерем рыцарей, здесь стояли небольшие зелёные палатки, вокруг которых валялись кучи разнообразного оружия: старые копья с ярким налётом ржавчины, большие топоры, яркие стальные мечи и груда луков со стрелами. Такой беспорядок показался ей очень странным. Подходи, кто хочешь, бери, что хочешь. Совсем же неудобно. И опасно!