— Прошу, — сказала Перрин, ее лук был натянут. — Прошу, ничего не делай, Сиррен. Мы с Виз редко промахиваемся даже по мелким мишеням. Вместе мы ни за что не промахнемся. Они не причинят вреда твоему родственнику. Прошу тебя, сядь и не действуй нам на нервы.
Он сел. Луки расслабились. Он упер ладони в подбородок и стал ждать.
Наконец, аррхендяне привели Роха и посадили его под бдительным оком лучников. Ванай встретился с Рохом взглядами, но этот взгляд ему ничего не дал.
— Пошли, — сказал Шаррн, и Ванай поднялся и пошел с ними во тьму, где над ручьем, плещущим среди камней, нависали деревья.
Мерир ждал, сидя на поваленном дереве, бледная фигура в лунном свете, закутанная в плащ. Аррхендяне остановили Ваная в нескольких шагах, и он стал ждать, не выказывая уважения старому кхелу. Мерир предложил ему сесть, но он отказался.
— Ах, — сказал Мерир, — ты считаешь, что с тобой дурно обращаются. Как же иначе мы должны с тобой обращаться, кхемейс? Разве мы не здесь, разве мы не идем путем, который ты указывал, несмотря на то, что ты не был с нами честен?
— Я не давал вам клятвы верности, — сказал Ванай, чувствуя, как упало сердце, ибо он догадывался, что Рох совершил худшее. — Я никогда не лгал тебе. Но некоторых вещей я просто не могу говорить. Шиюа, — горько кивнул он, — применяли акил и силу. Не сомневаюсь, ты тоже к этому прибегнешь. Я думал, ты другой.
— Тогда почему ты с нами не поступишь по-другому?
— Что тебе сказал Рох?
— Ах, вот чего ты боишься…
— Рох не лжет… по крайней мере, в большинстве вещей. Но половина его — не Рох. Эта его половина с радостью бы перерезала мне горло. Я знаю это. Я говорил тебе, как обстоят дела? Говорил. Я не думаю, что все, что он скажет тебе, не принесет вреда мне или моей леди.
— Это правда, кхемейс, что твоя леди носит символ власти?
Будь сейчас день, Мерир бы увидел, как лицо его покинул румянец. У него засосало под ложечкой. Он ничего не сказал.
— Это так, — сказал Мерир. — Она могла бы мне сказать. Но не сказала. Она ушла от меня и двинулась собственным путем. Ей не терпелось добраться до Нехмина. Но она этого не сделала… Я это знаю.
Сердце Ваная быстро забилось. Некоторых людей называли святыми — так было в Шиюане… Но в Мерире было нечто большее, чем просто способность к прорицанию.
— Где она? — спросил он с угрозой в голосе.
— Ты угрожаешь? Неужели?
Он подскочил к старому кхелу и схватил его за грудки прежде, чем аррхендяне успели вмешаться. И почти сразу у него возникло чувство, что тут не обошлось без силы Врат… Чувства притупились. Он вцепился в кхел-лорда, держа его за одежду, рванул… Мерир закричал, головокружение усилилось… На миг наступила мгла, черная и холодная.
Затем — земля. Он лежал на скользких листьях, рядом с ним — Мерир. Аррхендяне схватили его — он с трудом чувствовал на себе их руки — и потащили назад. Мерир слабо пошевелился.
— Нет, — сказал Мерир, — не причиняйте ему вреда, — Сталь спряталась в ножны, и Шаррн двинулся на помощь Мериру, осторожно поднял его и помог усесться на бревно. Ванай остался стоять на коленях, не чувствуя ни рук, ни ног. В голове его звучал голос, удивляя его, сбивая с толку, — это был голос Мерира.
Сила Врат. Место вокруг кхел-лорда заряжено ужасом Врат. «Я знаю», — заявил Мерир, и он наверняка знал, потому что Врата остались целы, и Моргейн не лишила их силы.
— Итак… — пробормотал Мерир наконец, — Ты отважился… сражаться. Отважился помериться силами с таким стариком, как я.
Ванай опустил голову, откинул волосы со лба и встретился с гневным взглядом старца.
— Милорд, я потерял честь очень давно и далеко отсюда. Я хотел только встряхнуть тебя.
— Ты проходил через Врата по меньшей мере дважды, и я не мог напугать тебя. — Мерир вытащил из складок одежды крошечную шкатулку и осторожно открыл ее. В ладони вновь что-то замерцало, хотя это «что-то» было очень маленьким. Ванай отшатнулся — он понял опасность.
— Да, — сказал Мерир, — твоя госпожа — не одна, кто обладает могуществом на этой земле. Я тоже. И я знаю, что такая вещь оказалась на свободе в Шатане…, и я хотел узнать, что это было. Я долго искал. Могущество оставалось скрыто. Вы наткнулись на Мирринд и вам повезло. Я был раздражен, узнав, что вы среди нас. Я послал за вами и выслушал вас… Я уже тогда знал, что в Шатане есть такая вещь. Я освободил вас, надеясь, что вы пойдете против наших врагов. Я поверил вам, ты видишь. И все же против моего совета вы пошли искать Нехмин. А защитники Нехмина гораздо более могущественны, чем я. Кое-кого из них она миновала, и это меня позабавило — но это не значит, что она сможет пройти мимо остальных. Возможно, она мертва. Я не знаю. Леллин должен был вернуться — и не вернулся. Я думаю, Леллин почему-то поверил вам — иначе он быстро вернулся бы, но я не уверен, что он долго прожил после того, как покинул Каррхенд. У меня есть только твое слово. Нехмин стоит. Ты вернулся в наши руки, словно мы — твои кровные родственники. Доверился, надо думать… И своим молчанием ты подтвердил то, ради чего она пришла сюда. Уничтожить то, что защищает эту землю. Она носительница энергии, которую я чувствую, — я теперь твердо уверен в этом. Я спросил Чайю Роха, почему она хочет уничтожить Нехмин. Он сказал, что такое разрушение — ее функция и что он сам этого не понимает. Я спросил, почему он тогда сам ее разыскивает, и он сказал, что после того, что он сделал, ему больше некого держаться, кроме нее. Ты сказал, что он редко лжет. Это ложь?
Его охватила дрожь. Он покачал головой и сглотнул.
— Лорд, он верит в это.
— В таком случае, я задам тебе тот же вопрос. Во что ты веришь?
— Я… не знаю. Все то, что Рох считает правдой… я не считаю. И я к тому же служил ей. Я сказал ей однажды, что не хочу знать никаких тайн. Мы поладили на этом, и теперь я не смогу тебе ответить, даже если бы хотел. Я всего лишь знаю ее лучше, чем знает Рох, — и она не желает причинить вам беды. Она этого не хочет.
— Это прежде, — сказал Мерир. — Во всяком случае, то, что ты веришь в это.
— Я никогда не лгал вам. И она тоже.
Он попытался встать, но аррхендяне поспешили положить ему руки на плечи. Мерир сделал жест, чтобы его отпустили. Он встал — видно было, что ему дурно, он едва стоял на ногах — и глянул сверху на щуплого лорда.
— Именно Моргейн пыталась не дать Шиюа проникнуть на эту землю. Вини меня, вини Роха за то, что они пришли сюда — она же предвидела это и пыталась предотвратить. И еще я знаю, лорд, что в энергии, которой вы пользуетесь, есть зло и рано или поздно оно овладеет вами, как овладело Шиюа… Эта вещь, которую вы держите в руке, — прикасаться к ней опасно, я знаю это. И она тоже прекрасно это знает. Она ненавидит вещь, которую ей приходится носить, ненавидит больше всего на свете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
