Карл внимательно осмотрел все кругом. На ковре валялись два-Три обрывка бумаги, похожей на ту, какую он обнаружил в пасти собаки. На одном обрывке, побольше других, сохранились остатки гравюры.
Когда Карл разглядел кусочек этой гравюры с изображением дворянина на соколиной охоте, которую Актеон вырвал из охотничьей книги, волосы у него встали дыбом.
– А-а! Книга была отравлена, – побледнев сказал он. И тут он внезапно вспомнил все.
– Тысяча чертей! – вскричал он. – Ведь каждую страницу я трогал пальцем и каждый раз брал его, в рот, чтобы смочить слюной! Вот откуда мои обмороки, боли, рвота... Я погиб!
Под гнетом этой страшной мысли Карл на мгновение замер. Потом с глухим рычанием вскочил и бросился к двери Оружейной палаты.
– Мэтра Рене! – крикнул он. – Мэтра Рене, флорентийца! Пусть сейчас же сбегают на мост Михаила Архангела и приведут его! Чтобы через десять минут он был здесь! Пусть кто-нибудь из вас скачет туда верхом и пусть возьмет запасную лошадь для Рене, чтобы поскорее вернуться! А если придет мэтр Амбруаз Паре, велите ему подождать!
Один из телохранителей бегом бросился исполнять приказание.
– О-о! – прошептал Карл. – Я должен был бы приказать пытать всех подряд – вот тогда-то я узнал бы, кто дал эту книгу Анрио!
С каплями пота на лбу, с судорожно стиснутыми руками, с вздымающейся грудью, Карл стоял на месте, не сводя глаз с трупа собаки.
Через десять минут флорентиец робко и не без тревоги постучал в дверь короля. Существует такая совесть, в которой никогда не бывает чистого неба.
– Войдите! – сказал Карл.
Появился парфюмер. Карл подошел к нему с повелительным видом, со сжатыми губами.
– Ваше величество! Вы посылали за мной? – весь дрожа, спросил Рене.
– Вы ведь хороший химик, не так ли?
– Государь...
– И вы знаете то, что знают лучшие врачи?
– Ваше величество, вы преувеличиваете.
– Так говорила мне матушка. А кроме того, я доверяю вам и предпочитаю посоветоваться с вами, чем с кем-либо еще. Так вот, – продолжал он, указывая на труп животного, – посмотрите, прошу вас, что там такое между зубами собаки, и скажите, отчего она издохла.
В то время как Рене со свечой в руке нагнулся до земли не столько для того, чтобы исполнить приказание короля, сколько для того, чтобы скрыть свое волнение. Карл стоял, не спуская с этого человека глаз, и ждал с вполне понятным нетерпением его слова, которое должно было стать либо его смертным приговором, либо залогом его выздоровления.
Рене вынул из кармана нечто вроде скальпеля, раскрыл его и кончиком отделил от десен борзой приставшие к ним кусочки бумаги; затем он долго и внимательно разглядывал желчь и кровь, сочившиеся из каждой ранки.
– Государь! – с трепетом сказал он. – Симптомы весьма печальные.
Карл почувствовал, как холодная струя пробежала по его жилам и залила сердце.
– Да, – сказал он. – Собака была отравлена, не так ли?
– Боюсь, что так, государь.
– А каким ядом?
– Думаю, что минеральным.
– Можете ли вы точно установить, что она была отравлена?
– Да, конечно, вскрыв и исследовав желудок.
– Вскройте! Я хочу, чтоб у меня не осталось никаких сомнений.
– Надо будет позвать кого-нибудь помочь мне.
– Я вам помогу, – сказал Карл.
– Вы, государь?
– Да, я. А если она отравлена, какие симптомы мы обнаружим?
– Красноту и травовидное поражение оболочки желудка.
– Что ж, приступим! – сказал Карл.
Рене одним ударом скальпеля вскрыл грудь борзой и обеими руками с силой раздвинул ее стенки, а Карл, опустившись на одно колено, светил ему судорожно стиснутой, дрожащей рукой.
– Смотрите, государь, – сказал Рене, – смотрите: вот явные следы отравления. Вот именно такая краснота, о которой я говорил вам, а что касается прожилок, похожих на разросшийся корень растения, то их-то я и назвал травовидным поражением. Я здесь нашел все, что искал.
– Значит, собака отравлена?
– Да, государь.
– Минеральным ядом?
– По всей вероятности.
– А что ощущал бы человек, нечаянно проглотивший этот яд?
– Сильную головную боль, такое жжение внутри, точно он проглотил горячие угли, боли во внутренностях, тошноту.
– И жажду? – спросил Карл.
– Неутолимую, – ответил Рене.
– Все так, все так! – прошептал король.
– Государь! Я тщетно ищу цель всех этих вопросов.
– А зачем вам ее искать? Вам нет нужды знать ее. Отвечайте на мои вопросы, вот и все.
– Спрашивайте, ваше величество.
– Какое противоядие прописывают человеку, проглотившему то же вещество, что и моя собака? Рене с минуту подумал.
– Есть несколько минеральных ядов, – ответил он, – но, прежде чем ответить, я хотел бы знать, о каком яде идет речь. Ваше величество! Вы имеете представление о том, каким способом была отравлена собака?
– Да, – сказал Карл, – она съела страницу из одной книги.
– Страницу из книги?
– Да.
– Ваше величество! А эта книга у вас?
– Вот она, – сказал Карл, беря книгу об охоте с полки, на которую он ее поставил, и показывая ее Рене.
Рене сделал жест изумления, и это не ускользнуло от короля.
– Она съела страницу из этой книги? – пролепетал Рене.
– Из этой самой.
Карл указал место, откуда была вырвана страница.
– Позвольте мне, государь, вырвать еще одну страницу!
– Рвите.
Рене вырвал страницу и поднес ее к свече. Бумага вспыхнула, и по комнате распространился сильный запах чеснока.
– Книга была отравлена микстурой мышьяка, – сказал он.
– Вы уверены?
– Как если бы ее обрабатывал я сам.
– А противоядие?..
Рене отрицательно покачал головой.
– Как? – хриплым голосом спросил Карл. – Вы не знаете никакого средства?
– Самое лучшее и самое действенное – это яичные белки, взбитые с молоком. Но...
– Но... что?
– Но надо было прописать это лекарство сейчас же, а иначе...
– А иначе?..
– Государь! Это страшный яд, – еще рае повторил Рене.
– Однако он убивает не сразу, – заметил Карл.
– Да, но убивает наверняка. Неважно, сколько времени пройдет до смерти. Иногда в этом даже есть свой расчет.
Карл оперся на мраморный стол.
– А теперь вот что, – сказал он, кладя руку на плечо Рене, – вам ведь знакома эта книга?
– Мне, государь? – бледнея, переспросил Рене.
– Да, вам. При взгляде на нее вы сами себя выдали.
– Государь! Клянусь вам...
– Рене, – перебил Карл, – выслушайте меня: вы отравили перчатками королеву Наваррскую; вы отравили дымом лампы принца Порсиана; вы пытались отравить душистым яблоком принца Конде. Рене, я прикажу содрать у вас мясо с костей по кусочкам раскаленными щипцами, если вы не скажете, кому принадлежит эта книга.
