За этот месяц произошло немало событий. Я даже успела слетать во Францию, чтобы получить расчет в издательстве и забрать свои вещи. В Париже тяжелее всего было… встретиться с Гийомом. Но я все-таки решила поговорить с ним и извиниться за все. И прежде всего, за трусливое расставание по телефону. Сказать, что мы расстались с ним друзьями, не могу. Чувства Гийома оказались глубже, чем я предполагала. Но, по крайней мере, он простил меня и заверил, что не держит зла. На этом я навсегда перевернула для себя страницу под названием «Париж».
Через пару дней я вернулась домой. В аэропорту меня встречал Женя. Причина такого странного рвения оказалась весьма банальной: он поставил меня перед фактом, что устанавливает отцовство и собирается дать Ване свою фамилию. Причем с Ваней Женя это уже обсудил. Возражать я, разумеется, не стала. Только порадовалась в душе, что он так трепетно относится к сыну. Спустя неделю я уже держала в руках новое свидетельство о рождении, в котором была сделана запись: «Колосов Иван Евгеньевич». Кроме того, Женя поменял сыну и загранпаспорт.
Вскоре Ваня пошел в детский сад, а я начала активно искать работу. Висеть на шее родителей не хотелось.
Буквально на днях состоялось последнее судебное заседание по делу Ливанова. Женя добился полной опеки над детьми для Никиты, и тот предложил ему везде представлять его интересы. Колосов согласился. В ситуации с Ливановым все оказалось не так просто. Как выяснилось, его бывшая жена давно увлекалась алкоголем, и дети сами выразили желание жить с отцом. Все это я узнала от Ольги, с которой столкнулась вчера в торговом центре. Она с таким энтузиазмом рассказывала мне о Жениных успехах, что я снова едва удержалась, чтобы не треснуть ее по лбу. От мысли, что она знает о Колосове больше чем я, хотелось завыть в голос.
Всю ночь я проревела, мечтая оказаться рядом с Женей, почувствовать его запах, обнять его крепко-крепко. От всех этих мыслей, от тоски по нему я как будто медленно падала в пропасть. Видеть его каждый день и не иметь возможности прикоснуться… Пытка!
Моя жизнь превратилась в тягостные минуты ожидания. Просыпалась и жила мечтой о скорейшем наступлении вечера, когда смогу увидеть Женю и нашего сына вместе. Иллюзия идеальной семьи. Вот он заезжает к нам во двор, открывает заднюю дверь автомобиля, оттуда выпрыгивает наш сынишка и бежит в мои объятия, а Женя… Женя остается на месте и просто наблюдает за нами.
Так, Строгая! Хватит уже жалеть себя и обвинять весь мир в несправедливости. Пора что-то изменить в своей жизни! С этой здравой мыслью я взяла телефон и выключила песню «Here without you», которая уже больше получаса играла на повторе. Изменить «что-то» решила с мелодии. Раздумывая, что бы включить повеселее, уже собиралась спуститься с подоконника, когда услышала сигнал клаксона. Сердце замерло. Душа готова была пуститься в пляс. Сейчас я увижу его! Боже!
Спрыгнула и понеслась к зеркалу. По пути нажала кнопку на пульте, чтобы открылись ворота, пальцами расчесала волосы, перед дверью немного отдышалась и похлопала себя по щекам.
Когда я вышла на крыльцо, Женя как раз открывал заднюю дверь для Вани, который сразу же спрыгнул на землю и, увидев меня, радостно помахал рукой. Я выдавила из себя вымученную улыбку и махнула в ответ. Смотрела на Женю, а сердце колотилось где-то в горле, как бешеное. Сколько приятных воспоминаний, сколько счастливых минут подарил мне этот мужчина. И даже спустя месяц тяжело поверить, что ничего больше не повторится. Оставалось жить и тешить себя пустыми иллюзиями.
— Мам, а мы сегодня в палке были. — Ваня подбежал и обнял меня за ноги.
— И что же вы в парке по такому дождю делали?
Я продолжала стоять на месте, пока Женя медленно шел к крыльцу. Обычно он привозил Ваню и сразу уезжал. Что же заставило его изменить своим правилам? И вот он стоит в нескольких шагах от меня, притягательный и сексуальный как никогда: низко посаженные темно-синие джинсы и серая толстовка смотрятся на нем просто идеально. На голове бейсболка. Хм… Непривычно. Последний раз я видела его в таком виде, наверное, когда еще в школе училась. Какой же он красивый…
— Мы на автодломе катались, а потом к папе в офис заезжали. Мам, мороженое есть?
— Есть, конечно. Только давай сначала наверх, переоденься, поешь, а потом мороженое. Хорошо?
— Как скажешь. — Ваня тяжело вздохнул и повернулся к отцу. — Пап, ты уже уезжаешь?
— Нет, сынок, мне еще с твоей мамой надо поговорить. — Женя улыбнулся Ване и стал медленно подниматься по ступеням, не отрывая взгляда от моих голых ног в коротких джинсовых шортах.
Мне почему-то стало очень неловко. Я попыталась оттянуть шорты вниз и тут же отдернула руки, сообразив, как глупо это выглядит.
Женя поднял глаза, и я словно утонула в них. Ему тоже плохо! Я вдруг так остро почувствовала, что его тоже съедают тоска и одиночество. И от этого мне стало еще хуже.
— Нам надо поговорить, — спокойно произнес Женя, подойдя ко мне вплотную. Ваня стоял между нами и переводил взгляд с меня на него.
— Пойдем в дом. — Я постаралась ответить ему как можно беспечнее, но в голосе все равно проскользнула дрожь. Развернулась и, не выпуская из рук Ванину ладонь, пошла к двери. Спиной почувствовала, как обжигающий Женин взгляд прошелся по моему телу, и в который раз пожалела, что никак не могу отучиться носить дома короткие шорты. Хотя бы когда сюда приезжает он.
— Беги, милый, переоденься.
— Я быстло!
Ваня побежал по ступенькам наверх, а я направилась на кухню. Женя пошел за мной.
— Чай или кофе? — смущенно обернулась и застыла.
Как же я соскучилась! С каждым днем мне было все тяжелее смотреть в Женины глаза и принимать тот факт, что мы отныне чужие друг другу, а Ваня — единственная связующая нас нить. Впервые за этот месяц мы оказались наедине, в замкнутом пространстве, и это так давит на нервы, электризует воздух, мешает дышать.
— Спасибо. Я к тебе по делу. — Женя шагнул ко мне и протянул какой-то файл, взглядом скользнув по моему оголенному плечу. Я нервно поправила футболку, хотя ее фасон не предусматривал, чтобы прикрытыми были оба плеча. Но под пристальным взглядом Колосова мне стало некомфортно. Женя смотрел на меня, а у меня под кожей пробегал холодок, ладони кололо от непреодолимого желания броситься к нему в объятия и расцеловать все его лицо, поцеловать его страстно… глубоко… Боже! Эти губы… Я схожу с ума… Опомнившись, посмотрела Жене в глаза и готова была провалиться сквозь землю. Он уже несколько секунд стоит с протянутой рукой, а я пялюсь на него, подыхая от переизбытка чувств. Но даже это меня не остановило. Его взгляд возбудил меня настолько, что я почувствовала влагу между ног.
