Подойдя к двери, Лейла что-то сделала, и горящая в чародейском зрении темно-красным опасным светом дверь притушила свое сияние.
— Проходи, — обернулась девушка к чародею и первой вошла в дом, в котором тут же загорелся свет. Лулио с интересом рассматривал горящие по углам яркие шары, освещающие внутреннее пространство. — Пойдем на второй этаж. Тут в основном хозяйственные комнаты, а наверху место отдыха.
Чародей обернулся на закрывшуюся дверь. Ему показалось, что кто-то рассматривает его, но никого кроме них с Лейлой тут не было.
Действительно, наверху было уютнее. По стенам развешаны ковры с невиданным им ранее орнаментом, на полу медвежьи шкуры. В углу небольшой низенький столик, а прямо в стене — камин. Вернее нечто, только напоминающее камин, в котором, как только они вошли, разгорелось бездымное, но дающее тепло пламя. И снова чародей увидел сложную однотонную, теперь уже бордового цвета, вязь, опутывающую этот камин.
— Присаживайся к огню. — Она вдруг озорно посмотрела на Лулио и хлопнула в ладоши. Чародей с трудом удержался от активных действий, когда вдруг воздух вокруг них взметнулся, встопорщив бороду чародея. Стол, ранее стоявший в углу, вдруг сам собой взлетел и опустился поближе к камину, рядом встали глубокие кресла. Правда, одно перевернулось. Девушка разочарованно вздохнула, не заметив какой-либо реакции чародея, и грустно посмотрела на перевернутый стул.
— Что это было? — Все же спросил Лулио.
— Не обращай внимания. Это экспериментальный образец дворцового джина. Вернее его уменьшенная копия. А еще вернее — попытка повторить то, что давно и с успехом делают в Султанате. Он пока немного умеет, а то, что умеет, иногда плохо делает. Но для дома весьма полезен.
У Лулио накопилось множество вопросов, но по понятным причинам он просто не мог их задавать, поэтому пришлось ограничиваться полунамеками, недомолвками и невинными вопросами.
— И что, не получается пока? — Усаживаясь в кресло, спросил он, пристальным взглядом наблюдая, как с первого этажа в комнату влетает бутылка вина в сопровождении пары бокалов. При всем своем желании он никак не мог обнаружить вокруг этих предметов искусных нитей.
— Трудно сказать… — девушка устало плюхнулась в кресло. Лулио подскочил, перехватил в воздухе бутылку и бокалы и разлил вино. — Под прямым управлением-то делают все, что могут. Конечно в рамках своей компетенции. А вот чтобы долго самостоятельно действовали по заданным ранее приказам — такое по силам только тем, что из Султаната. Но и тут не все чисто — есть у меня кое-какие подозрения. Ну, сам посуди: если бы было так легко создавать джиннов, а это по сути обычные элементали, но будто действующие под постоянным внешним контролем, то их бы так или иначе использовали в военных целях. А на поле боя джиннов как самостоятельных боевых единиц никто ни разу не видел за всю историю! И, конечно, отсутствует постоянный внешний контроль джинна. Уж за тысячи лет-то это сумели определить. И что из этого следует?
— Хм. — Лулио попробовал вино и удивленно приподнял брови. — Марафис. Из Кордоса.
— Плохого не держим, — улыбнулась Лейла.
— Возвращаясь к твоему вопросу, — Лулио уже включился в интересную игру и с удовольствием начал рассуждать, — получается, что или создание джиннов очень трудоемкая задача, или элементалям нельзя приказывать убивать или как-то по-иному использовать в военных целях. Первое вероятно, но за многие годы хоть одного бы да сделали. Второй вариант подразумевает высшую разумную составляющую у элементалей, а это тоже сомнительно. — Он остановился и вопросительно посмотрел на девушку. Та довольно кивнула. — Есть еще вариант — таких джиннов делают не они или они, но используя некие возможности, которые сами не сильно понимают.
— У тебя хорошие аналитические способности. — Улыбнулась Лейла. — Теперь я понимаю, почему Бал взял тебя в экспедицию. Ты прав, создание джиннов — самая охраняемая тайна Султаната. Впрочем, рано или поздно мы решим эту проблему. Как ты видел, уже кое-что получается. Да и ты, насколько я понимаю, кое-чего добился. Ты ведь использовал местные чародейские приемы управления?
Лулио медленно кивнул, прикидывая, что говорить.
— Совершенно верно.
— Тогда, если ты этого еще не сделал, надо сообщить об этом Балаватху!
— Пока не стоит. — Отрицательно покачал головой Лулио. — Я только в самом начале пути, многое еще не понятно, что-то открылось для меня в новом свете. Я просто пока не готов составить внятный доклад, и не хочу показаться восторженным мальчишкой перед открывшимися возможностями.
Девушка уважительно посмотрела на чародея и согласно кивнула. Некоторое время они сидели в тишине, глядя на огонь и попивая вино.
— Кстати, какого уровня чародейства ты достиг? — Вдруг спросила Лейла. Лулио встал в тупик. На такой прямой вопрос у него не было готового ответа, а открывать то, что он Повелитель, считал неразумным.
— Довольно высокого. Скажем так: мои способности достаточны, чтобы получить возможность их использовать на благо Оробоса. Это дало мне доступ в самые высшие чародейские круги империи и возможность крутиться в близких императору кругах. — Лулио намерено намекнул на свой высокий статус, так как хотел оставить за собой ниточку, по которой его можно будет при желании найти и установить с ним связь. Эта Экспедиция очень его заинтересовала, особенно в том смысле, что он не чувствовал от ее существования прямой опасности для империи. С другой стороны, всякое может быть и надо постараться сделать так, чтобы была возможность общаться и договариваться. Ну, если все пойдет не так, то попытаться уничтожить, а для этого нужно знать о враге как можно больше.
— Ого! — Уважительно глянула на него девушка. — Вот уж сюрприз так сюрприз! А я-то ничего о таких ловких наших агентах и не слышала!
— Не думаю, что это распространенная информация. Впрочем, ничего тайного в ней нет, поэтому я так спокойно об этом и говорю. Не думаю, что жена главы Экспедиции является тем, кому не следует знать такие вещи.
— Ну конечно, Бал не сильно балует меня информацией. — Поморщилась она. — Пока не спросишь — ничего не узнаешь.
— Позволь спросить, что тебя привело в эти глухие места? — Чародей поспешил перевести разговор в сторону от эмоционального окраса, хотя обычно это выгодно — человек может о многом в таком состоянии сказать. Однако, как говорил опыт Лулио, после такого негативного эмоционального выброса, разговор часто довольно быстро заканчивается. А ему еще хотелось о многом спросить девушку. Напрямую применять чародейские способности он поостерегся, так как уже давно отметил и проанализировал аурную защиту Лейлы. Он вполне мог ее разрушить, но не обойти. Сильная защита, пожалуй только чародей его уровня смог бы ее сломать и то не сразу. Вот только Лулио совершенно не хотел заканчивать знакомство на ноте вражды, а его действия против Лейлы потом все равно бы определили и восприняли как враждебные действия. Да, информация жены главы Экспедиции многого стоит, но все же потом вряд ли удалось бы перевести общение с незнакомцами в конструктивное русло. Кроме того Душа Мира явно шла недовольной рябью при таких мыслях. Впрочем, уловка Лулио не помогла, а еще больше разожгла недовольство девушки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
