3. «В третий год своего царствования» - приблизительно около 482 года до Р. X.
4. показывая великое богатство царства своего и отличный блеск величия своего в течение многих дней, ста восьмидесяти дней.
4. Продолжительность пира - без всякого преувеличения - указывается в 180 дней. Это был, точнее, целый ряд пиров, открывавшихся для новых и новых гостей царя, притекавших по его зову из самых отдаленных областей огромного царства. Геродот дает замечательное подтверждение этому, сообщая, что, готовясь к походу в Грецию, после покорения Египта, Ксеркс пригласил к своему двору всех вельможей своего царства для совещания с ними по поводу этой войны, и на приготовление к ней употребил четыре года.
5. По окончании сих дней, сделал царь для народа своего, находившегося в престольном городе Сузах, от большого до малого, пир семидневный на садовом дворе дома царского.
6. Белые, бумажные и яхонтового цвета шерстяные ткани, прикрепленные виссонными и пурпуровыми шнурами, висели на серебряных кольцах и мраморных столбах.
7. Золотые и серебряные ложа были на помосте, устланном камнями зеленого цвета и мрамором, и перламутром, и камнями черного цвета.
8. Напитки подаваемы были в золотых сосудах и сосудах разнообразных, ценою в тридцать тысяч талантов; и вина царского было множество, по богатству царя. Питье шло чинно, никто не принуждал, потому что царь дал такое приказание всем управляющим в доме его, чтобы делали по воле каждого.
5–8. Все рассказываемое о величии царей персидских, о великом богатстве царства их и красоте дворцовых украшений - достаточно подтверждается результатом раскопок, произведенных на месте Суз, в 1884–1886 годах.
9. И царица Астинь сделала также пир для женщин в царском доме царя Артаксеркса.
9. Имя царицы по евр.: ???, по LXX: Άστίν, по Вульгате: Vasthi, на древне персидском языке: Vahista - превосходная. - Царица обычно могла обедать вместе с царем, но на общественных пиршествах она не могла присутствовать по персидским понятиям о женской чести.
10. В седьмой день, когда развеселилось сердце царя от вина, он сказал Мегуману, Бизфе, Xарбоне, Бигфе и Авагфе, Зефару и Каркасу - семи евнухам, служившим пред лицем царя Артаксеркса,
11. чтобы они привели царицу Астинь пред лице царя в венце царском для того, чтобы показать народам и князьям красоту ее; потому что она была очень красива.
12. Но царица Астинь не захотела прийти по приказанию царя, объявленному чрез евнухов.
10–12. Взбалмошная мысль царя - «показать народам и князьям красоту» царицы Астинь тем более делает симпатичным отказ царицы, что это было в самый разгар пира и чувственности царя и его гостей: «в седьмой день когда развеселилось сердце царя от вина» .
13. И разгневался царь сильно, и ярость его загорелась в нем. И сказал царь мудрецам, знающим прежние времена - ибо дела царя делались пред всеми знающими закон и права, -
13. И спросил царь мудрецов, знающих времена, - ибо дела царя пред всеми, знающими закон и права , т. е. царь посоветовался с состоявшими при нем мудрецами (естествоведами или магами) об этом деле, потому что таков был обычай его - совершать суды и приговоры открыто, на глазах всех, знающих и уважающих законы и права.
14. приближенными же к нему тогда были: Каршена, Шефар, Адмафа, Фарсис, Мерес, Марсена, Мемухан - семь князей Персидских и Мидийских, которые могли видеть лице царя и сидели первыми в царстве:
14. Могли видеть лице царя , т. е. имели к нему доступ при исполнении им своих царских дел. Число этих привилегированных лиц было очень ограниченно (7); к нему не принадлежала даже ближайшая подруга царя - царица, как видим это далее на Есфири ( IV: 11 и далее).
15. как поступить по закону с царицею Астинь за то, что она не сделала по слову царя Артаксеркса, объявленному чрез евнухов?
16. И сказал Мемухан пред лицем царя и князей: не пред царем одним виновна царица Астинь, а пред всеми князьями и пред всеми народами, которые по всем областям царя Артаксеркса;
17. потому что поступок царицы дойдет до всех жен, и они будут пренебрегать мужьями своими и говорить: царь Артаксеркс велел привести царицу Астинь пред лице свое, а она не пошла.
18. Теперь княгини Персидские и Мидийские, которые услышат о поступке царицы, будут то же говорить всем князьям царя; и пренебрежения и огорчения будет довольно.
15–18. В приговоре приближенных царя по делу Астини совершенно отсутствует указание на смягчающие ее вину обстоятельства; видно, что раболепие царедворцев выше всего ставило - действовать в тон настроения царя и в угоду этому настроению; мало того, царедворцы даже сгущают краски, преувеличивают дело, излишне обобщают его, высказывая опасение, что «княгини Персидские и Мидийские» и все жены персидские вообще «будут пренебрегать мужьями своими» , исключая всякую возможность случаев, когда это пренебрежение может быть вопросом женской жизни и чести, и, таким образом, отдавая женщину в полное рабское подчинение всем капризам мужчины.
19. Если благоугодно царю, пусть выйдет от него царское постановление и впишется в законы Персидские и Мидийские и не отменяется, о том, что Астинь не будет входить пред лице царя Артаксеркса, а царское достоинство ее царь передаст другой, которая лучше ее.
19. Пусть выйдет от него царское постановление и впишется в законы Персидские и Мидийские и не отменяется . До буквальности сходное выражение имеется в книге Даниила - VI: 8, подтверждая близкую соприкосновенность авторов обоих книг к персидской жизни и точное знание ими персидских законодательных формул и обычаев.
20. Когда услышат о сем постановлении царя, которое разойдется по всему царству его, как оно ни велико, тогда все жены будут почитать мужей своих, от большого до малого.
21. И угодно было слово сие в глазах царя и князей; и сделал царь по слову Мемухана.
22. И послал во все области царя письма, писанные в каждую область письменами ее и к каждому народу на языке его, чтобы всякий муж был господином в доме своем, и чтобы это было объявлено каждому на природном языке его.
22. «Письма» , т. е. указы.
«Чтобы всякий муж был господином в доме своем, и чтоб это было объявлено каждому на природном языке его» . Более точный перевод: «чтобы всякий муж был господином в доме своем и наречие его народа», т. е. чтобы при брачных союзах между особами различных национальностей - наречие и жизненные обычаи мужа были господствующими в дому. Это нечто подобное тому, как ныне закон устанавливает, что при смешанных браках религия страны должна быть принимаема в руководство при воспитании детей.
Глава II
1–4. Совет приближенных царя приступить к выбору новой царицы. 5–7. Сведения о Мардохее и Есфири. 8–15. Есфирь в гареме Артаксеркса. 16–18. Есфирь - царица. 19–23. Мардохей и заговорщики.
1. После сего, когда утих гнев царя Артаксеркса, он вспомнил об Астинь и о том, что она сделала, и что было определено о ней.
2. И сказали отроки царя, служившие при нем: пусть бы поискали царю молодых красивых девиц,
3. и пусть бы назначил царь наблюдателей во все области своего царства, которые собрали бы всех молодых девиц, красивых видом, в престольный город Сузы, в дом жен под надзор Гегая, царского евнуха, стража жен, и пусть бы выдавали им притиранья (и прочее, что нужно);
4. и девица, которая понравится глазам царя, пусть будет царицею вместо Астинь. И угодно было слово это в глазах царя, и он так и сделал.
1–4. «Он (Артаксеркс) вспомнил об Астинь» . Это было непростое воспоминание. Чувство жалости к удаленной супруге и сердечная пустота снедали царя; это делает вполне естественным и понятным тот совет, который «отроки царя, служившие при нем» (т. е. ближайшие его царедворцы) считают нужным дать, чтобы уврачевать царя от мучительных и нежелательных «воспоминаний».
5. Был в Сузах, городе престольном, один Иудеянин, имя его Мардохей, сын Иаира, сын Семея, сын Киса, из колена Вениаминова.
6. Он был переселен из Иерусалима вместе с пленниками, выведенными с Иехониею, царем Иудейским, которых переселил Навуходоносор, царь Вавилонский.
5–6. Некоторые толкователи пытались на основании этих стихов установить возраст Мардохея. Относя слова 6-го стиха к Мардохею, они полагали, что Мардохей был переселен из Иерусалима во времена Иехонии, т. е. в 599 году, и насчитывали ему теперь свыше 120 лет. Другие толкователи с большей вероятностью относили дату 6-го стиха не к Мардохею, а последнему упоминаемому перед этим предку Мардохея - Кисе, из колена Вениаминова, прадеду Мардохея. В подтверждение этого указывают и на само имя Мардохея - вавилонское, а не палестинское, по-видимому, дающее заключить, что и рожден был Мардохей в Вавилоне.
