– Стража меняется каждые полдня. До смены осталось еще четыре клепсидры. - Я кивнул и сказал.
– Тогда пусть, кто-нибудь проводит меня. - Селестр оглянулся и приказал.
– Фаронга, - молодой белокурый атлет, вздрогнул и, не оглядываясь, направился по тропинке в сторону ущелья. Я двинулся за ним следом.
Тропинка петляла по обрывистому берегу озера. Чем ближе мы подходили к ущелью, тем более пологими становились склоны. Каменистые осыпи плавно перешли в альпийские поляны, а затем в поля, сады и огороды. По всему заметно, что долина имеет свой микроклимат. Он позволяет собирать неплохие урожаи. По крайней мере, на отдельных пятачках плодородной земли.
Но вот тучная почва закончилась, появился зеленый плотный сфагнум, чем-то похожий на толстый ковер. Под ногами захлюпала вода. Постепенно зеленый цвет мха сменился на розовый, а затем на желтый. Местами стали попадаться затянутые ряской окна и отдельные хилые островки осоки. Здесь Фаронга остановился и, приложив ладонь ко рту, выдал в пространство 'гуль-гуль-гуль-гуль'.
Я непроизвольно дернулся, бросив взгляд по сторонам. Фаронга оказался хорошим имитатором. По крайней мере, я не смог выявить фальши в характёрном крике улара. В ответ на этот призыв с двух сторон донеслось гусиное 'га-гэ'. Через несколько минут с разных сторон, шлепая плетеными лыжами по болоту, к нам подошли двое. Пожилой воин, весь затянутый в темно-коричневую кожу, и не менее грозного вида женщина в годах. Оба вооружены короткими копьями с обоюдоострыми плоскими наконечниками у основания шириной в ладонь и длиной в локоть. Чем-то копья напоминали ассегаи племени масаи и предназначены были для охоты на крупную дичь. За спиной у обоих имелся лук и колчан со стрелами.
Да, чувствовалось, что в отличии от расслабухи в других храмах, здесь к военной подготовке относились очень серьезно.
Представляться воинам не пришлось. Оба, не доходя до меня пяти шагов, упали на колени, расплескав болотную грязь, и склонили головы. Я подумал, что у стражников очень острый слух, если они смогли услышать удар гонга из храма на таком большом расстоянии.
Посмотрев на макушки жрецов, я скривился и сказал.
– Мы члены одной семьи и негоже братьям вставать на колени друг перед другом. Встаньте и скажите свои имена. - Воины поднялись и амазонка сказала.
– Меня зовут Атарея, моего мужа Танкор. - Я решил прояснить свою позицию.
– Перед нами, братья, на колени должны вставать враги, признавая наше превосходство, - муж с женой твердо посмотрели мне в глаза. Кажется, поняли, и я поинтересовался, - Зачем нужна стража в этом месте? - Ответила снова Атарея.
– Из джунглей выходят свиблы и проглоты. Если их вовремя не остановить, то они натворят много бед. Если не отгонять грифов, - и женщина ткнула копьем в небо, где я разглядел крупную птицу, барражирующую над нами на большой высоте, - то эти пожиратели падали слетятся тучей и съедят крабов. - Атарея в свою очередь указала в направлении заболоченной поймы и продолжила. - Не будет крабов, Бешеные джунгли, - и показала в сторону ущелья, - затопят собой долину и испоганят священное озеро. - Я кивнул на птицу, затем на луки у них за спиной и спросил.
– Почему вы не собьете эту пташку?
– Птица-разведчик всегда слишком высоко.
Я прикинул расстояние, под удивленные взгляды снял свой чехол с луком, натянул тетиву. Встал для устойчивости раздвинув ноги, прикрыл глаза и прицелился. Внутренним зрением увидел птицу, и с возгласом 'ха' бросил стрелу в полет. Сконцентрировался и повел ее к цели. С некоторых пор у меня появились новые возможности. Видимо, это и называется телекинезом - я одновременно и корректировал, и ускорял свой 'стингер'.
Нормальный человек не может выстрелить на полкилометра и ссадить на землю парящую птицу, прошив ее стрелой навылет. Я смог. В голове промелькнуло понимание - во многом моя бесподобная стрельба из лука это результат нового таланта.
Увидев результат выстрела, уже все трое братьев нацелились было упасть на колени, но остались на ногах после окрика.
– Стоять! - убрав лук в чехол, я показал рукой Атарее на ее ноги и сказал.
– Мне потребуются плетенки. Нужно осмотреть подходы к озеру. - Амазонка расстегнула ремешки и шагнула в сторону, а я добавил, - со мной пойдет Танкор. Вы двое подождете здесь.
Нацепив на ноги средство передвижения по болоту, я махнул рукой и мы пошлепали к входу в ущелье. Через короткое время стало понятно, что имела ввиду Атарея, когда говорила о крабах. Чем ближе мы подходили к кромке леса, тем больше под ногами встречалось ярко-желтых панцирей. Учитывая форму и окрас, это явно какие-то эндемики. Первое время крабы разбегались в разные стороны, но у самого леса их количество стало таким, что нам пришлось идти по сплошному шевелящемуся ковру. Причем, менялось не только количество, но и размеры экземпляров. У самого леса попадались отдельные монстры с размерами панциря сантиметров сорок в диаметре с мощными клешнями способными шутя отхватить палец у человека. И эта клешнястая банда, как степной пожар, уничтожала всю органику, которая перла из ущелья.
Ползучие лианы, мангровые корни, семена, ростки деревьев и цветов, поваленные стволы, какие-то червячки и жучки - все это служило пищей для армии десятиногих ракообразных. Органика джунглей измельчалась и проглатывалась, после переработки в желудках, формируя слой дерьма. Я присел на корточки и выяснил, что далее, в этом навозе продолжали работу по созданию плодородной почвы, доводя перегной до кондиции, белые черви толщиной в палец.
И все-таки, в экологической цепочке: органика джунглей - крабы - черви - угри, чего-то не хватало. Должен был быть, кто-то еще, очищающий воду до кристальной чистоты. Скорее всего в озере обитали еще какие-то эндемики типа креветок, фильтрующих воду. В этом случае кормовая база священных угрей принимала завершенную форму - ешь не хочу, расти и жирей, как на дрожжах.
Получив таким образом представление о самых дальних подходах к храму, окликнул Танкора и повернул назад. Дошлепав до Атареи и Фаронги, отстегнул плетенки и направился по тропинке обратно. Атарея окликнула меня в спину и, когда я оглянулся, ткнула пальцем вверх. Задрав голову, увидел, что вместо одного разведчика, над долиной кружили три птицы, а со стороны джунглей подлетала четвертая.
Впрочем, иначе и быть не могло. Ведь грифы, также как мясные и прочие мухи, обслуживают и отвечают каждый за свою территорию, внимательно наблюдая друг за другом. Стоит одному падальщику переместиться на кучку свежего навоза, как остальные, связанные одной цепью, подтягиваются к счастливцу, набиваясь ему в компаньоны. Что называется, - свято место пусто не бывает…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
