Она поняла его желание и уступила. Потом, счастливый, он уснул, а она еще долго лежала с открытыми глазами, думая о Дэниеле и о том, каким странным образом переплелись их с Гаретом судьбы.
Через несколько дней, когда Дэниел поправился и начал вставать с кровати, после зачастившего дождя вдруг разразилась невиданная буря.
Началась она рано утром. Около пяти часов Кристина вышла на улицу наполнить водой чайник. Порыв ветра, подхватив ее, с силой швырнул о каменную стену здания. Она выпустила из рук чайник, он отлетел в сторону и покатился по дороге. Она подняла его, зачерпнула воды и вернулась в госпиталь. Через несколько минут с ужасным звоном разбилось окно, и осколки брызгами разлетелись по палате.
Один или двое больных поранились летящими осколками. Ветер сорвал медицинские палатки вместе с оборудованием и медикаментами. Время от времени ураганный порыв ветра сотрясал стены госпиталя, но, к счастью, здание было довольно крепким. Однако самое страшное ждало впереди.
К обеду ураган, казалось, достиг апогея. Молли вышла на улицу помогать мужчинам спасать то, что еще не было разрушено или унесено ветром, а Кристина решила приготовить горячий чай, который был бы сейчас так кстати.
Вдруг гул ветра затих, а потом начался с новой силой. Послышались какой-то треск, непонятный шум и лошадиное ржание. Разом закричало несколько человек, и тут же раздался шум рушащегося здания.
Кристина бросилась к двери. На улице был хаос – люди кричали, суетились возле огромной кучи обломков, которая еще недавно была каменным домом и пристроенной к нему конюшней. Мужчины разгребали обломки камней и кирпича. Кристина замерла, потеряв способность двигаться и говорить. К ней подошла Молли и, взяв за руку, сказала:
– Не волнуйся, дорогая, не волнуйся. Они спасут его. Все будет хорошо.
– О чем вы? Что случилось?
– Там Гарет. Он пытался спасти лошадей, и здание обрушилось на него.
– Нет, нет, нет!
Молли пыталась удержать ее, но Кристина оттолкнула ее руки и под проливным дождем бросилась туда, где работали мужчины. Кристина стала помогать им разгребать камни.
– Оставь, – крикнул ей Джон Декстер, – не надо, Кристина. Мы достанем его сами.
Но она не обращала внимания, оттаскивала камни, царапая ладони и ломая ногти.
Наконец, его нашли. Лошадь Руфус была мертва, а под ней лицом вниз лежал Гарет. На его затылке была большая рана, весь он был в синяках и ссадинах, но главное – был жив. Очень осторожно его отнесли в госпиталь, где Молли уже приготовила для него постель.
Доктор Эндрюс и Джон Декстер склонились над Гаретом. Дэниел попытался встать со своей постели, но Кристина остановила его.
– Ты ничем здесь не можешь помочь.
Дэниел взял Кристину за руку, и это придало ей мужества.
Двое врачей осмотрели Гарета. Их лица были очень серьезными.
– Он не умрет? – с трудом выговорила Кристина.
– Нет, нет, дорогая, – сказал доктор Декстер. – Он сейчас без сознания, но жить будет. Возможно, сломана пара ребер. Сейчас обработаем его раны, а потом посмотрим.
Они сделали все, что могли.
– Позовите меня, когда он придет в сознание, – сказал доктор Эндрюс и пошел в операционную, где его ждали другие раненые.
Кристина весь день не отходила от мужа, один раз ее сменила Молли, она заставила Кристину пойти немного перекусить. Кристина чувствовала себя виноватой. Она понимала, что именно из-за нее он рисковал жизнью, чтобы спасти лошадей, как ей этого хотелось.
Под утро Гарет открыл глаза.
– Где я? Что произошло? Я хотел освободить Руфус… – он попытался сесть, но с криком упал назад. – О Боже, моя спина!
Молли выскользнула за дверь и через минуту вернулась с доктором Эндрюсом. Он работал всю ночь и теперь выглядел серым от усталости, но все равно умудрился весело и уверенно улыбаться.
– Как самочувствие, мой мальчик? Ты нас до смерти напугал прошлой ночью.
– Адская боль в спине…
– Давай-ка посмотрим.
Осмотр был долгим и очень болезненным. Наконец доктор Эндрюс задумчиво сказал:
– Насколько я могу судить, это тяжелое повреждение позвоночника. Пока трудно сказать, насколько это опасно. Придется потерпеть, мой мальчик.
– Что это значит? Паралич? – прямо спросил Гарет.
– Нет, нет, только временная неподвижность. Кристина последовала за Декстером.
– Скажите, что я могу сделать, чтобы помочь ему?
– Пока никто из нас ничего не может сделать, дорогая. У нас даже нет приличного обезболивающего. Ему необходимо хорошее лечение в столичной больнице, а пока мы не можем ему этого обеспечить. Еще пару недель нет надежды на отъезд. Послушай, – сказал он, взяв ее за руку, – не давай ему падать духом, нельзя, чтобы он думал, что не выздоровеет. Мы постараемся как можно скорее организовать его отправку домой, и ты поедешь с ним в Лондон. Ты понимаешь меня? Ни на одну минуту не позволяй ему поверить, что он останется инвалидом. Ты сильная женщина, я знаю, что ты сможешь.
Следующие три недели прошли в жутком кошмаре. Дэниел, правда, поправлялся быстрее, чем кто-либо предполагал. Он уже передвигался по госпиталю и оказывал посильную помощь больным. Иногда Кристина поражалась тому, как двое самых дорогих для нее людей лежат в нескольких метрах друг от друга. Дэниел старался говорить с Кристиной не больше, чем, например, с Молли, но она постоянно ощущала его присутствие, и это делало ее сильной.
Боль немного притупилась, но Гарет все еще не мог двигаться, и хотя они никогда не заговаривали об этом, она знала, чего он боялся. Он сам был врачом, и хотя доктор Эндрюс и Джон Декстер бодро говорили у его постели о скором полном выздоровлении, он слишком часто в своей практике сталкивался со случаями травм позвоночника…
После Кристина часто спрашивала себя, как им удалось пережить эти страшные недели. Она думала, что никогда уже не сможет спать в мягкой постели.
В середине декабря появилась возможность отправиться домой, и Кристина испытала несказанное облегчение. Наконец, наступил день их отъезда.
В последний момент Дэниел спросил, не может ли он поехать с ними. Ему было необходимо переслать статьи для «Клэрион», а это было можно сделать только в Балаклаве.
Итак, вскоре повозка, на которой были Гарет, Кристина и Дэниел, а сзади была привязана Броуни, отправилась в путь.
В Балаклаве, когда Дэниел их покинул, они узнали, что корабль отправляется только через пару дней. Джону Декстеру удалось договориться о каюте на борту корабля, где бы мог расположиться Гарет.
– А как же вы? – озабоченно спросила Кристина у Декстера.
– О, я найду, где переночевать. А вот ты сможешь пару деньков отдохнуть у Анны.
