В 1876 г. в Одессе был образован подпольный комитет помощи южным славянам во главе с одним из будущих руководителей «Народной воли» A. И. Желябовым. Комитет собирал средства и приобретал оружие для южнославянских повстанцев, организовывал отправку русских добровольцев на Балканы. В руководство комитета входили также Виктор Малинка, исключенный из Новороссийского университета, и Дмитрий Лизогуб, которые отдали часть своих личных средств для дела освобождения южных славян. Активную роль в комитете играли известные революционеры-народники И. Волошенко, В. Костюрин и др.
Виктор Малинка был непосредственно связан с Христо Ботевым и Стефаном Стамболовым — руководителями и организаторами Старазагорского и Апрельского восстаний в Болгарии.
B. К. Дебогорий-Мокриевич в своих воспоминаниях писал о В. А. Малинке, с которым он познакомился в Одессе в 1875 г.: «Когда я с ним познакомился, он увлечен был в ту минуту болгарским освободительным движением от турецкого ига и все время возился с болгарами, проживавшими в Одессе»[405].
А. Желябов и его соратники считали, что успешное завершение освободительной борьбы южных славян будет способствовать политическому пробуждению российского общества. Аналогичных взглядов на балканские события придерживались революционные народники, действовавшие в других городах России, в том числе Украины. Свое участие в освободительной борьбе балканских народов они рассматривали как возможность на практике приобрести опыт революционной борьбы.
Один из известных деятелей революционных народников С. М. Степняк-Кравчинский, находившийся за границей, после получения известия о Герцеговинском восстании сразу же решил ехать на Балканы, призывая последовать его примеру своих соратников — Д. А. Клеменца, В. К. Дебогория-Мокриевича, Ореста Табеля и др. В письме к П. Л. Лаврову Степняк-Кравчинский писал: «Ехать следует, если речь идет хотя бы об одной только политической свободе». Участник Парижской коммуны народник М. П. Сажин писал, что в Герцеговину он решил ехать для того, чтобы «поучиться ведению партизанской борьбы». Он, Степняк-Кравчинский и другие революционеры, отправляясь на Балканы, по их признанию, стремились помочь восставшим славянам и одновременно хотели закалить себя в борьбе для будущей революционной деятельности.
По словам Д. А. Клеменца, все тогда твердили, что нельзя оставить братьев-славян «на съедение туркам». В учебных заведениях землевольцы организовывали сходки, на которых обсуждались вопросы оказания помощи и поддержки восставшим южным славянам, собирали средства, создавали санитарные отряды для отправки на Балканы.
В начале 70-х годов поддерживал связи с южными славянами, в частности с сербскими революционерами, и выступал за их освобождение один из первых популяризаторов марксизма на Украине революционер-народник И. Ф. Фесенко.
С начала восстания в Герцеговине туда отправились народники В. Лепешинский, О. Габель, И. Ходько, которые хотели «сражаться с турками, стремясь приобрести навыки в партизанской войне», с тем чтобы использовать их затем в России. Активный участник революционного движения на Украине в 70-е годы В. Ф. Костюрин позже писал, что первые семь добровольцев, отправившихся на Балканы из Киева, сражались в отряде Пеко Павловича. Участники этого отряда революционеры-народники В. Я. Яновский и Ф. А. Василевский (псевдоним Сафрон Круть) принадлежали, по словам И. Франко, «к той немалочисленной группе украинцев, которые в середине 70-х годов прошлого века под гул герцеговинского восстания, а затем сербо-турецкой войны сорвались бежать на помощь «братьям-славянам» и в 1878 г. возвращались с той войны, обогащенные опытом, наблюдениями и разочарованиями»[406]. В своих воспоминаниях они писали, с какой радостью и сердечностью встречали их, российских добровольцев, простые труженики Герцеговины и Черногории и как много сходства увидели они в жизни, обычаях, быте южных славян и украинцев, что еще больше сближало и роднило их.
По мере развертывания дальнейших событий на Балканах, Апрельского восстания и сербо-турецкой войны туда отправлялись новые группы революционных народников. Немало их храбро сражалось в отрядах повстанцев, отдавало свою жизнь за свободу братских народов. В одном из сражений в Сербии любимец отряда добровольцев революционер-народник Е. С. Бальзам был убит, а И. Ф. Волошенко ранен. За самоотверженную работу в госпиталях и лазаретах многие добровольцы получили награды от сербского правительства. Среди добровольцев были также представители левого крыла украинских громад А. Волькенштейн, Ф. Винниченко, В. Драгневич и др.
И хотя революционных народников, участвовавших в качестве добровольцев на Балканах, в целом было немного и они не могли сыграть решающей роли в освобождении южных славян, сам факт их участия в освободительной борьбе славянских народов имел большое значение и для народов России. Известный народник М. Ф. Фроленко позже писал, что восстание в Боснии и Герцеговине сопровождалось активизацией революционной деятельности и пропагандистской работы народников среди трудящихся масс в России.
Массовое движение солидарности. Боснийско-герцеговинское восстание 1875 г. и расправа с повстанцами вызвали широкое движение солидарности в соседних славянских странах и в России. Вынужденное считаться с этим движением общественности, правительство России специальным циркуляром от 25 августа 1875 г. официально разрешило славянским комитетам производить сбор средств и различного имущества в помощь южным славянам. Кроме славянских комитетов этим занимались также общества Красного Креста и другие временно созданные комитеты и общества по сбору пожертвований и вербовки волонтеров в помощь славянским народам.
Широкое народное движение в поддержку освободительной борьбы южных славян за свою независимость охватило все губернии Украины. В этом движении активно участвовали крестьяне, рабочие, демократическая и революционная интеллигенция.
Апрельское восстание 1876 г. в Болгарии и начало войны Сербии и Черногории против Турции летом этого года вызвали новый подъем движения в поддержку южных славян. Еще накануне Апрельского восстания в Одессе был сформирован отряд «болгарских юнаков», готовый принять участие в освободительной борьбе. Их возглавил Тодор Т. Белков. Одесса в это время превратилась в центр революционной эмиграции южных славян в России. Здесь сосредоточивались средства, оружие, люди для будущей революционной борьбы в Болгарии. Апрельское восстание и его последствия произвели огромное впечатление на прогрессивную общественность всей Российской империи, в том числе Украины, усилили симпатии и сочувствие к южным славянам. Неслыханные зверства турецких властей по отношению к угнетенным славянским народам, варварская расправа над участниками восстания и мирным населением глубоко возмутили передовые слои общества.
Движение за оказание помощи южным славянам стало массовым. Начальник Черниговского губернского жандармского управления сообщал в III отделение о «небывалых размерах» народного сочувствия балканским народам среди крестьян губернии. Аналогичные сведения поступали из других губерний. Начальник Киевского губернского жандармского управления сообщал, что народное движение в Киевской губернии происходит «в размерах и формах еще небывалых и в истории нашей не упоминаемых», а его херсонский коллега характеризовал движение в своей губернии как «беспримерное» и «сознательное».
Горячо сочувствуя борьбе южных славян за свое освобождение, трудящиеся массы Украины стремились принять непосредственное участие в этой борьбе. Больше всего добровольцев было среди крестьян, рабочих, мелких служащих, студентов. Отделы славянского комитета на местах и правительственные учреждения осаждались добровольцами из народа, желающими ехать на Балканы. Из Черниговской губернии сообщали, что тысячи рабочих и крестьян добиваются отправки туда, а однажды «толпа крестьян из плотников и разных чернорабочих, более ста человек, обступила здание здешней городской думы, домагаясь, чтобы всех их записали в добровольцы»[407].
Подобные сведения о желании многих крестьян и рабочих стать в ряды борющихся со своими угнетателями южных славян поступали из Киевской, Херсонской и других губерний. Движение солидарности стало настолько массовым, что царское правительство вынуждено было разрешить добровольцам отъезд на Балканы. Однако, как отмечал в своем дневнике военный министр Д. А. Милютин, «во всем этом деле движения волонтеров в Сербию сам государь действовал двойственно». Лицемерно заигрывая с общественными кругами, царь и его окружение предпринимали меры, чтобы сократить размах движения волонтеров, когда оно стало массовым.
