Мальчик завизжал и вскочил.
Кэлен, оттолкнув Ричарда и Энсона, села на платформу. Она обняла испуганного ребенка и прижала его покрепче к груди, чтобы успокоить. Тот прильнул к ней в поисках убежища и защиты.
— Дорогой, ты пугаешь бедного мальчика. Взгляни — он дрожит как осиновый лист.
Ричард сдернул с мальчика повязку. В смятении и испуге тот уставился на незнакомого мужчину.
— Почему ты подошел к ней? — мягко спросил Ричард.
— Потому что вы хотели меня ударить.
— То есть, ты надеялся, что моя жена защитит тебя?
— Конечно, вы же намного больше, чем я.
— Ты понял, что сам сказал? — улыбнулся Ричард. — Ты испугался и надеялся, что тебя защитят от опасности. Разве это неправильно? Хотеть быть в безопасности? Чувствовать агрессию? Искать помощи у того, кто достаточно большой и может устранить опасность?
Мальчик смутился.
— Нет. Конечно, нет.
— А если бы у меня был нож? Разве ты бы не захотел, чтобы кто-нибудь не дал мне зарезать тебя? Ты же хочешь жить?
— Да, — кивнул мальчик.
— Вот в этом и заключается смысл того, о чем мы здесь разговариваем.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился паренек.
— Жизнь, — ответил Ричард. — Ты хочешь жить. Это прекрасно. Ты не хочешь, что бы кто-то покушался на твою жизнь. Это справедливо.
— Все создания хотят жить. Кролик убежит, заметив опасность. Для этого ему и даны сильные ноги. Ему не нужны сильные ноги и большие уши для поиска и поедания молодых побегов. Уши предназначены для того, чтобы услышать опасность, а ноги — убегать от нее, — заявил мальчик.
— Олень, в случае опасности, предупреждающе фыркнет. Змея затрясет трещоткой. Волк зарычит. Никто из них не будет искать драки, но они защитят себя. Человек — единственное существо, которое добровольно отдастся в когти хищнику. Только человек, через постоянное внушение, подобное тому, которому подвергался ты, отвергнет ценности, составляющие жизнь. Пока что ты инстинктивно поступил правильно, подойдя к моей жене.
— Правда?
— Да. Твое учение не смогло бы защитить тебя, и ты рискнул предположить, что это сможет сделать Кэлен. Если бы я на самом деле имел намерение причинить тебе вред, то она стала бы сражаться, чтобы остановить меня. — Он с гордостью взглянул на улыбающуюся Кэлен. — Ты бы стала, правда?
— Да, конечно, дорогой. Я тоже верю в величие жизни. — Мудрый приподнял голову от груди женщины и удивленно уставился на нее. Кэлен медленно покачала головой. — Твой инстинктивный поиск защиты мог бы причинить тебе зло, если бы ты обратился за защитой к людям, живущим по тем же убеждениям, которые ты повторяешь. Согласно этим догмам, инстинкт самосохранения признается формой ненависти. Твоих единомышленников перережут благодаря их собственным убеждениям.
Мальчик казался ошеломленным.
— Но я не хочу этого.
— Как и мы, — улыбнулась Кэлен. — Вот почему мы пришли, и Ричард показал тебе, что ты можешь узнавать истину реальности, и, делая так, поможешь себе выжить.
— Спасибо вам, — обратился Мудрый к Ричарду.
Лорд Рал улыбнулся и легонько потрепал паренька по светловолосой голове.
— Извини, если сильно напугал тебя. Я это сделал для того, чтобы показать: то, о чем ты говорил, в действительности не имело ни малейшего смысла. Мне надо было объяснить тебе, что затверженные слова тебе не помогут. По ним невозможно жить, так как они далеки от реальности и здравого смысла. Ты показался мне мальчиком, заботящемся о всем, живущем в этом мире. Я был таким же в твоем возрасте, таким и остаюсь сейчас. Жизнь прекрасна. Найди в ней очарование, приглядись к ней своими глазами, и ты увидишь весь ее блеск и великолепие.
— Никто до сих пор не говорил со мной так о жизни, — пожаловался ребенок. — Мне не дают что-либо увидеть. Я должен все время оставаться внутри.
— Знаешь, может быть, перед тем как уйду, я смогу взять тебя на прогулку в лес и показать некоторые из чудес мира — деревья и кусты, птиц и бабочек. Может, нам даже удастся увидеть лису, и мы поговорим еще о чудесах и радостях жизни. Тебе бы это понравилось?
— Правда? Вы сделаете это для меня? — мальчик заулыбался во весь рот.
На лице Ричарда заиграла одна из тех улыбок, от которых таяло сердце Кэлен.
— Конечно, — пообещал он, игриво ущипнув мальчика за нос.
Оуэн подошел ближе и провел пальцами по волосам паренька.
— Я был когда-то как ты — Мудрым, пока не подрос и не стал немного старше, чем ты сейчас.
— Правда? — нахмурился мальчик, глядя на него.
Оуэн кивнул.
— Другие думали, что я избранный. Они считали меня особенным за ту мою способность каким-то образом общаться с некоторыми потусторонними силами. Я верил, что исполнен великой мудростью. Теперь, оглядываясь назад, мне становится стыдно, когда я пониманию, насколько все это было глупо. Я должен был все время слушать чужие уроки. Мне никогда не позволяли быть просто мальчиком. Великие Говорящие восхваляли меня за то, что я правильно повторял услышанное. А когда я с огромным презрением обращался к людям, они говорили о том, как я мудр.
— Мне тоже, — подтвердил мальчик.
Ричард повернулся к Говорящим.
— Вот то, что твои люди превратили в источник мудрости — повторение детьми бессмысленных фраз, — обратился он, пристально смотря на одного из них. — У вас есть разум, чтобы думать и понимать мир вокруг. Этот самообман со слепотой — преступление, направленное вами против самих себя.
С того места, где она держала мальчика, Кэлен видела, как все люди в передних рядах повесили от стыда головы.
— Лорд Рал прав, — промолвил Энсон, повернувшись к людям. — До сего дня я никогда всерьез не задумывался над тем, как все это на самом деле глупо.
— Это не глупо! — затряс рукой один из Говорящих.
Другой, тот, что с острым подбородком, наклонился и выхватил нож из ножен на поясе Энсона.
Кэлен с трудом могла поверить своим глазам. У нее возникло ощущение, что она спит и видит внезапно начавшийся страшный сон, кошмар, который нельзя ни остановить, ни даже замедлить. Похоже, Мать-Исповедница знала, что случится еще до того, как это произошло.
С яростным криком Говорящий внезапно ударил Энсона в спину, прежде чем юноша смог как-то отреагировать. Движимый слепой яростью, Говорящий стремительно выдернул окровавленный нож и снова ударил жертву. Лицо Энсона исказилось в шоке, и он начал опускаться на пол.
Огонь свечей отразился на сверкающей поверхности клинка, превратившегося в стальную полоску, когда меч Ричарда промелькнул мимо Кэлен. Меч Истины молниеносно описал круг, сталь запела особенным вибрирующим звоном, который всегда наводил ужас на врагов. Ведомый невероятной силой Ричарда клинок со свистом рассекал воздух. Рука Говорящего достигла вершины замаха и уже начала свой смертоносный путь вниз, когда меч Ричарда вошел в шею напавшего на Энсона безумца и, без видимой задержки проходя сквозь плоть и кости, отсек голову и плечо державшей нож руки. Молниеносный удар оставил длинные подтеки крови на каменной стене фундамента дворца Империи Бандакар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
