минуты тишины.
На короткие рассказы мужа об отцепленных в Уфе составах с алюминием, Лиза учтиво кивала головой, не хваля Пчёлу за триумф его предпринимательской жилы. На вопросы о собственном состоянии, она всё сводила в шутку, и Космос делал вид, что принимал правила игры. В этом была своя доля безумия.
Но Лиза вынуждена признать, что плоские шутки Пчёлы недалеко ушли от правды. Если до поездки на Мосфильм и безоблачного воскресенья, она могла колебаться, списывая всё на будничную усталость, то после… Утренняя тошнота к кому попало не прилетала. С анализами не поспоришь, и тётка Филатовой, отрекомендованная Томкой, как лучший специалист в своей сфере, посоветовала беречься и избегать лишних тревог. И не забыть передать пламенный привет виновнику ситуации.
Вспоминались полусонные обещания Космоса, данные за день до регистрации брака, сопоставлялись даты и собственное состояние. И Лиза мало удивлялась своей беспечности. Они вряд-ли думали о чем-то серьёзном всё время после свадьбы, плавая по квартире, как одно двухметровое облако. Вариантов мизер, если не сказать, что один — девочка. Если игры подсознания не обманывали Холмогорову. В вещие сны она по-прежнему не верит.
Завтра Грибоедовский ЗАГС вздрогнет от присутствия в его стенах знакомой компании, Лиза помнила о празднике друга, но маленькая соседка перетягивает одеяло на себя, требуя львиной доли внимания. Время настало, и Лиза пытается собраться с силами, собирая картинку по кусочкам, и, ловя себя на мысли, что она просто растерялась.
Девушка дышит глубже, прислушиваясь к себе, и капли холодной воды на щеках приносят минутное облегчение. Молочная кожа будто обретает прежние краски, но это не спасает от тишины на вопрос, брошенный в пустоту:
— Что же ты не принимаешь меня?
Лизе действительно так казалось. Сначала она не обращала на неё внимания, а ныне у крохи возникло право на протест. Им обоим трудно. Жить, не выражая озабоченности меняющимся состоянием, было легче. Отмахиваться и отводить глаза несложно, вот только глупо для замужней женщины. Все только начинается, или… прогноз Софки начинал сбываться? Домашняя, растрепанная, бросившая учёбу. На уме лишь орущий розовый кулёк, которому надо петь песенки, и вечное ожидание мужа, который пропадает где-то по своим стрелам, каждым риском прибавляя седых волос.
У Софы богатое воображение, но к чёрту такие разговорчики в строю! Строптивой квартирантке они не нравятся, и её отец не обрадуется. Лиза считала, что никто не вправе судить, какой она будет матерью, и где место её мужу. Лучше бы подруга разобралась со своей медовой проблемой.
Кос открывает железные двери, но Лиза торопится его встретить. Она опирается ладонью о раковину, другой рукой придерживая мокрое полотенце на лбу. Её холодноватые зрачки наливаются синевой, а золото волос контрастирует с бескровным цветом кожи. Станет лучше, Лиза категорически убеждает себя в этом, и прикладывает руку к животу, прикрытому тканями джинсового комбинезона и тонкой водолазки. Ей показалось, или её верно поняли? Отпускало медленно, но верно.
Сиюминутно приводя себя в божеский вид, Лиза выходит из ванной комнаты, но Космоса будто и след простыл. Глюки случаются…
Она проходит в гостиную, и, усаживаясь на диван, попутно пытается найти пульт от телевизора. Но искомый элемент потерян в недрах мебели, а осязаемый Космос вылез из проема между стеной и диваном, как тунгусский метеорит. Чтоб его…
Сюрприз удался, но букет цветов чуть не оказывается у него на голове в перевернутом состоянии. Голубоглазая пытается не спустить на свой личный космодром всю псарню бешеных лаек, а Космос, вывалившись на диван, оглашает пространство диким хохотом.
— Чудище ты инопланетное! — умел же Холмогоров подкидывать подарочки. Как показывает медицинское заключение. — Коньки бы сейчас отбросила…
— Не боись, я рядом, — Лиза прячет в цветах свое милое лицо, ловя аромат розовых роз, но оглушительный чих прерывает процесс любования. — Расти большой, не будь лапшой! Не жрёшь ничего, конфеты не буду, на хоть букетик возьми.
— Не пожевать же? — есть Лизе почти не хотелось, только бы холодная вода всегда была под рукой. — Спасибо, так открыто коровкой меня ещё никто не признавал!
— Продукт почти диетический, ёлки-палки! Прямо из журнала «Здоровье»!
— Больше тебя не вырасту! Максимум вширь, и ты со мной разведешься!..
— Фиг тебе! В браке деградируют вместе…
— А мы и без этого могём… — Лиза откладывает цветы в сторону, и склоняет тяжелую голову на плечо Космоса. Бежевый ворс мужского свитера мягкий, и поэтому ей приятно его касаться. — Как хорошо, что ты дома…
— Чего видела, чем занималась? — разговор пошёл обыденный, ведь почти каждый день Космос интересуется, не сгорел ли её институт. — Шарага твоя на месте? Не подпалили ещё бедные студенты?
— Не дождешься, в знаниях сила! А думала я, что страсти по металлу не улеглись, одна куковать буду. Встретились бы мы у Сани на сабантуе! И регистраторша, увидев наши с тобой морды, перекреститься перед речью от поэтичного Энгельса! Опять они…
— Размечталась, смотрите на неё, — будние дни пролетели перед глазами Космоса, как товарные составы мимо перрона, — и чего ты, алмазная? Завтра будем гулять до ночи…
— Гуляйте, а я покараулю. Как на проводах, когда Сашка на дерево полез пьяный, а нам с Филом оставалось недоумевать, как немного трезвым…
— Любовь моя, у тебя склероз?
— Допустим, что нет! Пчёлу домой пьяного тащили…
— На что ты со мной спорила, неугомонная?
— Это был дурацкий спор…
— Я знал, что ты поведешься!
— И поэтому поспорил на «целоваться», Космодром?
— Надо ж было как-то подкатить оправданно…
— Иногда я хочу вернуться в то ясное время, — Лиза рассматривает правую ладонь Космоса, слабо сжимая его запястья пальцами. Линии действительно похожи. Угораздило. — Но не теперь… — раньше Кос лишь отшучивался на тему, что она обязательно родит ему олимпийского чемпиона, но Лиза пресекала эти, как правило, пьяные разговоры. Сегодня же истина дождалась своего часа. Это главные слова в их жизни, и беда лишь в том, что Холмогорову снова посетило ситуативное косноязычие.
— Правильно, мы с тобой тогда дураками были, — как иначе назвать себя в тот период, в который, целуясь по подъездам, они назвали себя «лучшими друзьями», Кос не знает, — а чё, я вру? Там, бля, сплошное вокруг смеха было! Ебучий случай, особенно когда ты смотать от меня собралась…
— Твоя правда! В самом деле, сейчас мне смешно в три раза больше, даже не так, как в день нашей свадьбы… — что и говорить, Лиза никогда всерьёз не думала окончательно покидать свой космический шаттл. А сегодня убедилась в том, что судьба — особа непреклонная и характерная. — Прогнозы не обманывали, Космос Юрьевич!
— Я вообще чуйке своей доверяю, она у меня
