панели перед креслом в парня ударил пучок лучей голубого цвета. Они словно дискотечный лазер заструились по телу землянина от кончика волос до пяток.
– Процедура завершена, – вновь доложил голос, когда лучи исчезли. – Обнаружена некорректная работа внутренних органов и встроенного оборудования. Замечен перерасход энергии. Рекомендуется пройти в медицинский отсек для устранения сбоя и окончательной настройки доспехов.
– О, как! – вставая с кресла, посетовал Димка. – Послушай голос, а как мне… нам к тебе обращаться и ты вообще, где находишься?
– Я искусственный интеллект корабля, обладающий Детерминантной Евгенической Доктриной. (*Детерминант – выражение, составленное из элементов матрицы, с помощью которых находится решение линейных систем уравнений.), (*Евгеника – учение о наследовании здоровья, красоты, одаренности и других положительных качеств.), (*Доктрина – руководящий теоретический или политический принцип, учение, научная или философская теория.) Вы можете обращаться ко мне по любому вопросу. Обычно новый капитан мне сам даёт подходящее имя.
– Чем обладающий? – переспросил Серебряков.
– Детерминантной Евгенистический Доктриной!
– Ага! Значит, будешь Дед!
– Имя принято, – согласился голос.
– Слушай, Дед, а ты вот так, как меня всех проверить можешь?
– Это ваши гости, или члены экипажа?
– Это мой экипаж.
– Тогда пусть они представятся и займут места в своих креслах.
– Сарти Ат Верд и Линда Ат Верд, – представились они.
– Ат Верд? – удивленно переспросил Дима свою девушку.
– Ну, я же не помню свою фамилию, данную мне при рождении, – смутилась Линда, – поэтому взяла её у Сарти, как приемного отца.
– Хорошо, – приглашающе махнул он товарищам руками. – Занимайте вот эти места, – указал он на позади стоящие кресла, также висящие в воздухе. Сарти и Линда присели в два соседних кресла. Из той же панели ударили уже два пучка световых лучей и через несколько секунд голос доложил:
– Встроенного оборудования не обнаружено, но замечены нарушения работы внутренних органов. Рекомендуется всем посетить медицинский отсек. Необходимая программа восстановления передана по месту назначения.
– Ну, идем, раз Дед предлагает, – усмехнулся Дима и первым пошел на выход. – Послушай, Дед, а как нам найти этот медицинский отсек?
– Следуйте по световой индикации. Он располагается на этом же уровне корабля. – От дверей рубки световая дорожка, сразу же свернула налево и привела их к очередному уже открытому проему.
Медпункт был скромнее в размерах и площади. Да и по форме он походил на обычное квадратное помещение, но с куполообразным потолком. Посреди комнаты стоял один единственный длинный стол, или точнее кушетка, на которой схематически был нарисован человеческий силуэт.
– Полный минимализм! Понятно, – произнес Дима. – Головой нужно ложиться сюда. Да, забыл спросить, Дед, а раздеваться необходимо?
– Желательно, – раздался голос в помещении. – В случае хирургического вмешательства одежда может пострадать.
– О кей, – вздохнул Дима и, обернувшись к товарищам, попросил их подождать за дверью. Как только они вышли, проем комнаты автоматически закрылся, а рядом с кушеткой из пола вдруг выросла настоящая стойка для одежды.
Сняв и поставив защитный панцирь на пол, Димка стянул с себя ботинки, а затем и пропахшие потом и гарью рубаху вместе с брюками и трусами. Повесив всё на стойку, он лег на кушетку, ожидая ощутить её холодную поверхность. Но к его удивлению, она была неожиданно теплой. Раздалось легкое жужжание, и тело Серебрякова с головой окутал плотный туман, похожий на мыльную пену, которая приятно щекотала его тело, но не мешала свободно дышать и смотреть сквозь него. Он вспомнил посещение в Турции хамама, когда банщик выдавливает мыльную пену на ваше туловище. От этого становится тепло и легко, а вы чувствуете, как воздушные пузырьки лопаются в пене, вызывая приятную щекотку. Димка поднял глаза на потолок и увидел, что там, словно на мониторе рентгеновского кабинета, появилось изображение собственного тела. Его удивило, что прозрачные кости его туловища, оплетенные мышцами и сетью кровеносных сосудов стали толще, чем он привык видеть на стандартном анатомическом манекене. На картинке засверкали небольшие молнии, которые словно живые существа пробегали по всем его костям и внутренним органам, но болевых ощущений при этом не наблюдалось. Процедура заняла приблизительно десять минут, после чего жужжание стихло, и туман пропал. Димка встал с кушетки ощущая себя полностью отдохнувшим и здоровым. Было ощущение, что он словно попарился в бане. Но во рту, он вдруг обнаружил непонятные кусочки. Сплюнув их на ладонь, он увидел, что это были зубные пломбы. Ощупав языком места их установок, он не обнаружил там дыр. Все зубы были идеально целыми.
– Слушай Дед, а куда можно выбросить мусор, а то ведра что-то не видно?
– Бросайте все на пол, – ответил тот. Димка бросил остатки пломб и удивленно заметил, что они словно растворились в полу. «Нормально у них тут всё поставлено!» – подумал Серебряков.
Подойдя к стойке с одеждой, он сморщился от её неприятного запаха.
– Дед, а где здесь можно постираться? А то моя одежда плохо выглядит.
– Везде! – ответил голос, и на стене вдруг открылось отверстие, размером с дверцу комода. – Положите сюда ваши вещи. – Димка собрал все в охапку и бросил в нишу. Дверка закрылась, и через пять секунд раздался мелодичный звоночек.
– Готово! Восстановление завершено, – доложил Дед. Отверстие вновь само открылось, и Димка ахнул, увидев, что вся его одежда выглядит совершенно новой, даже ботинки и защитный панцирь.
– Офигеть! – обрадовался он. – Слушай Дед, а так можно любую вещь восстановить?
– Любую.
– Дед, ты мне всё больше начинаешь нравиться. Спасибо! – поблагодарил его парень, надевая свежую и чистую одежду.
– Всегда рад помочь! – в голосе искина послышалось удовольствие. Димка счастливый вышел из медпункта, с хитринкой поглядывая на товарищей.
– Ничего себе, Димочка, ты и помыться успел, и постираться? Да и выглядишь, словно помолодел, – удивилась Линда. – Погоди, – вдруг взялась она за его лицо. – А где здесь у тебя над бровью был шрам? – Серебряков машинально потрогал место над правым глазом. Еще в детстве, он так удачно свалился с железной горки, что чуть не выбил себе глаз, но отделался только рассеченной бровью. Он уже и забыл про него, а оказывается, девушка знала его лицо гораздо лучше, чем он сам.
– А что, его нет? – потер он пальцем над бровью.
– Нет, – подтвердила Линда.
– Дед… А куда у меня шрам пропал?
– Во время процедуры происходит процесс восстановления поврежденных тканей и внутренних органов, – доложил тот.
– Так это же здорово! – обрадовался Дима. – Кто следующий заходи!
Пока Линда проходила подобные процедуры, Серебряков поинтересовался у искина, где им можно будет отдохнуть и есть ли здесь что-то типа кают для экипажа. Оказалось, что эти помещении автоматически появляются на этом же уровне. Дед предложил выбирать любую комнату и подсказал, что
