Феликс позволил инерции движения вынести его к ногам Готрека, и едва не поплатился головой. Топор Готрека остановился на расстоянии нескольких пальцев от его лица. Он почувствовал облегчение от того, что Истребитель настолько себя контролирует, иначе Феликс точно был бы мёртв.
— Видал я тварей и покрасивше, — произнёс Феликс, разглядывая существо.
То было огромным, окружённая щупальцами пасть располагалась на высоте, примерно в четыре раза превышавшей рост Феликса. Он видел, как из пасти капает слизь. Направленные на Феликса глаза существа были полны злобного и ужасно человеческого интеллекта.
— Оно, вероятно, то же самое думает о тебе, человечий отпрыск, — заметил Готрек, пригнувшись под взмахом массивного щупальца, шаг за шагом отступая перед напирающим туловищем существа.
Феликс осознал, что это безнадёжный бой. Даже могучий топор Истребителя был практически бесполезен против чудовища таких размеров и силы. Мощные порезы, наносимые Готреком, были как удары столовым ножиком, которым мальчик тыкает в быка. Они доставляли чудищу неудобства, но вряд ли могли убить его.
Феликс ощутил приступ отчаяния. Как же такое случилось? Несколько минут назад они сидели вокруг ободряющего костра в удобной пещере, и теперь они находятся бог знает где, сражаясь с какой — то отвратительной демонической тварью.
Если только он не предпримет нечто отчаянное, шансов на выживание нет. Зарычав, он размахнулся и, словно копьё, запустил свой меч прямо в один из огромных глаз зверя. Бросок оказался прямым и точным, и меч угодил в мерзкий студень огромной немигающей сферы. Он вонзился глубоко, и Феликс надеялся, что меч достал до мозга существа.
Спустя секунду он пожалел о своём поступке. Чудище издало злобный пронзительный вопль и начало слепо молотить по воздуху своими щупальцами. Феликс увидел, как Готрек вверх тормашками полетел на пол от судорожного взмаха щупальца твари. Феликс сам плашмя бросился на пол, чтобы его не раздавило, словно букашку.
Огромное чудище начало отступать, продолжая молотить щупальцами по воздуху. Через несколько секунд из отверстий по бокам его клюва выступило мерзкое облако чёрнильно — чёрного газа. Феликсу едва хватило времени задержать дыхание, прежде чем облако накрыло их, скрыв всё из виду.
Феликс ощутил, что его кожу покалывает, а из глаз текут слёзы. Мерзкая вонь, заполнившая ноздри, была хуже, чем запах от гигантского воина Хаоса. Феликс не сомневался, что этот газ столь же ядовит, как и газ некоторых отвратительных разновидностей скавенского оружия. Он отчаянно бросился назад, надеясь, что выберется до того, как запас воздуха в лёгких закончится, и они заполнятся газом.
В этот момент он заметил размытые очертания чего — то огромного и змееподобного, приближающегося сквозь туман. У него оказалось всего мгновение, чтобы опознать в нём одно из щупалец демона, а затем оно вошло в соприкосновение с его головой. Сила удара огромного каната из мускулов отбросила его на пол. Он непреднамеренно раскрыл рот, и набрал полные лёгкие мерзкого загрязнённого воздуха.
«Проклятье», — подумал Феликс, когда его грудь словно охватил огонь, и чёрная пелена перед глазами погрузила его во тьму.
Глава шестая
Теклис думал, что теперь нашёл ключ к тому, как открыть проход. Он мгновение помедлил, проверяя, на месте ли его защитные чары и действуют ли те разнообразные талисманы и амулеты, которые он носил. Он пробормотал отворяющее заклинание, затем зачерпнул в себя энергию и направил её отростки наружу — коснуться древних заклинаний. Подобно многоопытному вору, вставляющему в замок отмычку, он столь же деликатно ввёл свою магию в соприкосновение с древней магией. Какое — то время ничего не происходило. Он едва не выругался, но затем ощутил поначалу слабые, но непрерывно усиливающиеся колебания в таинственной структуре заклинаний. Огни перепрыгивали с камня на камень, подсвечивая арочный проход. Их кружение напоминало полярное сияние, некогда виденное им на крайнем севере.
Путь открылся. Ничто не мешало Теклису ступить в Пути Древних. Вдали он почувствовал очень слабые колебания, когда магическая энергия хлынула внутрь системы. Он не заметил ничего неправильного. Он не привёл в действие ловушки, по крайней мере, те, которые мог бы почуять, хотя очевидно, что строители сего места были способны создавать почти неразличимые заклинания. Он гадал, стоит ли продолжать. То было бессмысленно. Он мог бы оставаться здесь до конца света, размышляя о подобных вещах. Поддавшись инстинкту, он решил двигаться дальше и шагнул в арочный проход.
Переход произошёл мгновенно. Только что он стоял в подземельях Ультуана, а затем оказался где — то ещё. Место напоминало собой всего лишь огромный коридор, выложенный камнями, на каждом из которых были древние руны в несвойственном человеку стиле. Пристальный осмотр показал, что каменная кладка местами повредилась и подверглась отвратительным изменениям, и Теклис тут же понял, что путями свободно пользуется Хаос. Над головой испускали тусклый зеленоватый свет необычные самоцветы, установленные на потолке.
Теклис оглянулся через плечо. Позади по — прежнему оставался открытый проход. Он прошёл обратно в подземелье, лишь чтобы удостовериться, что может это сделать. Теклис было думал подняться на поверхность за грифоном, но осознал, что попытка заставить того последовать за магом в этот обширный лабиринт может привести зверя на грань безумия, а возможно, и за неё. Он освободил грифона от действия заклинания и сделал ему внушение возвращаться в Лотерн. «Что теперь? — раздумывал Теклис. — Оставить сей проход открытым будет не лучшей идеей. Сюда кто — нибудь может случайно забрести, или, что куда важнее, что — нибудь отсюда может проникнуть в земли Ультуана». Пожав плечами, он снова прошёл через портал и произнёс заклинание, которое должно было закрыть проход. Тот закрылся столь же стремительно, как опускается топор палача. Вид подземелья исчез, сменившись длинным каменным коридором. Теперь решение Теклиса стало окончательным.
Вокруг он ощущал потоки магической энергии, пульсирующие внутри древней сети. Они пронизывали каменную кладку и руны. Маг подумал о нескольких сохранившихся описаниях этого места, сделанных Тасирионом и другими чародеями, осмелившимися его исследовать. Большинство утверждало, что место мертво, иные заявляли, что оно находится в бездействии, потребляя лишь минимум энергии. Теперь же всё иначе. Энергия переполняет это место.
«Являются ли эти предшественники современных рун работой гномов, — гадал Теклис, — или же они представляют собой некое параллельное направление развития? Возможно, они вообще никак не связаны». У него нет способа в этом удостовериться. Как чародей, он был восхищён и хотел, чтобы у него было время изучить этот предмет и сделать наброски для показа своим коллегам — чародеям, но следовало думать о более неотложных делах и двигаться дальше внутрь этого огромного магического лабиринта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
