Это было нетрудно. Документов в сумочке не оказалось, но в аэропорту ее запомнили. Она прилетела из Гонконга. Ее зовут Джоян Джефферсон. Поверишь или нет, но оказалась невесткой Джона Уилбура Джефферсона, старика миллионера. Год назад она вышла замуж за его сына, Германа Джефферсона. Недавно он погиб во время автомобильной катастрофы, и она привезла сюда его тело.
– Почему?
– Старику Джефферсону хочется, чтобы его сын был похоронен в фамильном склепе. Он оплатил дорогу сюда.
– Как обстоят дела с трупом?
– В семь утра его получил распорядитель похоронного бюро. Там труп и будет находиться до похорон.
– Вы это проверили?
Ретник зевнул, показав искусственные зубы.
– Послушай сыщик, не учи меня жить! Я видел гроб и проверил бумаги, так что здесь все в порядке. Девушка прилетела из Гонконга в час тридцать ночи. В аэропорту она взяла такси и поехала к тебе в контору. Одно только не могу понять, зачем ей это было нужно, и как убийца мог об этом узнать?
– Вот именно! Откуда она могла знать о моем существовании?
– Во всяком случае, звонить в семь вечера она не могла. В это время она была в воздухе. Возможно, она написала тебе, но тогда ты должен был об этом знать.
Некоторое время я размышлял.
– Предположим, Хардвик встретил ее в аэропорту.
– Но он звонил тебе оттуда в шесть часов.
– Допустим, он дождался ее и назвался мной. Пока она сдавала гроб, он приехал сюда и открыл дверь конторы. И стал дожидаться ее приезда.
Ретника не слишком устраивала такая версия, меня тоже.
– Но какого черта ей нужно было от тебя?
– Если бы я знал, мы бы здесь не сидели… Как насчет багажа? Его нашли?
– Да. Уезжая из аэропорта, она оставила его в камере хранения. Это всего лишь маленький чемоданчик. В нем нет ничего, кроме одежды, маленького будды и курительных палочек.
– Понятно, путешествовала налегке. Вы уже говорили с Джефферсоном?
Ретник скривился, словно у него заболели зубы.
– Да, говорил, и он вел себя ужасно. Все-таки плохо быть женатым на женщине из влиятельной семьи. Мой шурин не ладит с Джефферсоном.
– Но такой брак имеет и свои преимущества, – заметил я.
Он потрогал жемчужную булавку в галстуке.
– Да, но каков старый козел? Он заявил, что я должен поймать убийцу его невестки как можно быстрее, иначе у меня будут крупные неприятности. – Ретник погладил переносицу. – И он вполне выполнит свои угрозы, так как у него определенное влияние на городские власти.
– Он не изъявил желания помочь вам?
– Конечно, нет.
– Как насчет курьера из агентства срочной доставки? Тот ведь мог видеть убийцу.
– Я разговаривал с ним. Он ничего не знает. Но что интересно, конверт был передан в контору в четыре часа утра. Их контора расположена в доме напротив твоей конторы. Никто из клерков не запомнил клиента, но тот распорядился, чтобы конверт был доставлен тебе в 18.15.
– Вы навели справки в корпорации Герона?
– Да. Такого человека у них нет. – Ретник опять зевнул, потянулся и встал. – Я собираюсь лечь спать. Может, завтра мне в голову и придет что-то новенькое. А на сегодня хватит.
Я тоже встал.
– Девушка была убита из моего револьвера?
– Да. Но на нем нет никаких отпечатков, и на машине тоже. Этот тип очень осторожен. Но он все же сделает когда-нибудь ошибку… Преступники всегда ее делают.
– Будем надеяться…
Он сонно посмотрел на меня.
– Я помог тебе, Райан, теперь ты помоги мне. Сообщи, если в голову тебе придет стоящая мысль.
Я сказал, что не забуду его. Усевшись в машину, я отправился домой спать.
На следующий день около двери меня поджидали репортеры. Они поинтересовались, где я провел вчерашний вечер. Я пригласил их к себе в кабинет и постарался объяснить им, что весь вчерашний вечер провел в полиции. Потом сказал, что знаю об убийстве столько же, сколько и они, а может быть, еще меньше. Я понятия не имею, зачем китаянка приехала в мою контору в такое позднее время. Полчаса они обстреливали меня вопросами, но так и не добившись от меня чего-либо интересного, ушли недовольные.
Потом я просмотрел почту и выбросил половину в корзину. Там было письмо женщины, живущей в Палма Маунтен. Она хотела, чтобы я выяснил, кто отравил ее собаку. Я напечатал ей вежливый ответ, смысл которого сводился к тому, что я не люблю животных и не в состоянии заниматься делами такого рода.
В дверь постучали.
– Входите! – крикнул я.
Это был мой сосед Джек Уэйд. Он выглядел смущенным.
– Я не оторвал вас от дела? – спросил он. – Это, правда, не мое дело, но все же интересно, нашли убийцу девушки или нет?
Его любопытство меня не удивило. Он принадлежал к тому сорту башковитых парней, которые любят совать нос в чужие дела.
– Нет, не нашли, – разочаровал его я.
– Не думаю, что вам это поможет, но я вспомнил, что у вас около семи вечера звонил телефон. Это было уже после вашего ухода.
– Мой телефон постоянно звонит, – сказал я. – Но тем не менее спасибо. Обязательно сообщу об этом лейтенанту Ретнику.
Уэйд провел рукой по стриженой голове.
– Я просто подумал, что при расследовании убийства важна каждая деталь. Странно, как девушка могла попасть в вашу контору. Полагаю, что это создало для вас определенные трудности.
– Она попала в контору, потому что ее сюда привел убийца, – сказал я. – И это не создало для меня никаких трудностей и осложнений.
– Ну что ж, поздравляю. Полиция узнала, как ее зовут?
– Ее зовут Джоян Джефферсон. Она из Гонконга.
– Джефферсон? – он насторожился. – У меня был друг, Герман Джефферсон. Он уехал в Гонконг.
Я откинулся на стуле, чтобы положить ноги на стол.
– Сядьте и расскажите мне о своем друге, – сказал я. – Убитая китаянка была его женой.
Новость, по всему было видно, поразила его. Он сел и уставился на меня.
– Женой… Германа? Он женился на китаянке?!
– Кажется, да.
– Черт возьми, вот это номер!
Я ждал. Он раздумывал с секунду, потом сказал:
– Не думайте, что это шокировало меня. Я слышал, что китаянки бывают весьма привлекательны. Но я уверен, что его отец был этим весьма недоволен. – Нахмурившись, он покачал головой. – Что она здесь делала?
– Она привезла хоронить тело мужа.
Он оцепенел.
– Вы хотите сказать, что Герман умер? – казалось, Уэйд совершенно сбит с толку. Он бессмысленно вытаращил на меня глаза и никак не мог поверить в случившееся.
– Неужели Герман умер? Боже мой, какой это удар для старика!
– Полагаю, что да… Вы его хорошо
