Читаем без скачивания Томчин - Иван Петров

   Ну что, будем последнюю мою надежду проверять? Младшенького, Толуя. Вызвал на беседу, поговорил. Почти десять лет при мне воюет. Все мои действия изучил, науку превзошел, пора показать, на что мне рассчитывать после смерти. Чего себя обманывать, планы светлого будущего на песке строить. Что мог - я ему дал. Объяснил ситуацию с концентрацией войск Джелала в Хорасане и послал завоевывать или приводить к покорности возможные очаги сбора и сопротивления. Гарнизоны оставлять, новые дивизии набирать. Лучше будущих защитников отечества через землекопскую академию прогнать, пример самаркандских дивизий говорит сам за себя. Никакого сравнения с бухарской и отрарскими, за пол-года в стране нет эксцессов, бунтов, мятежей, грабежа. Даже жалко отдавать, но, все-таки, шесть из них отдам. Подойдут постепенно. А пока дам одну, Тохучара, и давай - действуй.

   Явился Собутай: один, без дивизии и без Чжирхо. Довольный, сейчас хвалить его будут. Обогнал обозы с грузинской добычей и представил рапорт о новой, азербайджанской. Дав всего месяц отдыха воинам и лошадям, еще зимой они двинулись вверх по Куре, радостно открыв для себя, что и здесь люди живут в деревнях и селах. Последствия этого открытия для встреченных очевидны. Впереди была столица Грузии или Картли, как там у них? Собутай не в курсе, интереса не проявлял. Зато я в курсе, Тбилиси эта столица называется.

   Тамошний царь со своей армией выступил на защиту подступов к городу и был вдребезги разбит в нашей стандартной манере. Нападаем, убегаем. Много раз, пока не погонятся следом. Надеюсь царь Грузии остался жив, он сын царицы Тамар. Историческая фигура, Тамар я имею в виду. Был у меня друг грузин на первом курсе института, бывший горский князь. Вся наша дружба проистекала из обоюдного хорошего знания истории времен ее правления. Умерла, по-моему, в тысяча двести двенадцатом году. А сын ничем не прославился. Толи Джэбэ с Субэдэем его прибили, толи Джелал-ад-дин. Грузия вошла в империю потомков Чингисхана. Ладно.

   Как раз в это радостное для Чжирхо и Собутая время их застал мой первый гонец. Тбилиси был спасен. Спешно пограбив, что смогли найти вокруг для переправки хозяину (мне, то есть), и, состряпав обоз, друзья отправились его охранять. Но ехать медленно и долго, поэтому с охраной завязали. Сам дотилипает, какой сумасшедший монголов ограбить решится? Домой все равно через Азербайджан ехать, чтобы не терять время впустую, захватили большой и богатый город Марагу. Богатый, потому что обоз получился раза в три больше грузинского. Большой, потому что для штурма пришлось согнать толпу из окрестностей.

   Оказывается, Чжирхо прознал про судьбу Тохучара и боится показываться мне на глаза, опасаясь наказания за неоправданные потери в Казвине и нарушение моего приказа о возвращении после смерти Мухаммада. Людей теперь бережет. Вот такой я грозный и такой Чжирхо трус. А Собутай ничерта не боится, потому что я справедливый, а Собутай хороший и никаких приказов не нарушал. Все приказы у Чжирхо, который сидит в Мараге. Там их и застал мой второй гонец.

   Приказал обоим выдвинуться на Хамадан, из которого ушли осенью. Прикроют с тыла операцию Толуя. Не заблудятся и не перепутают, там они уже были. Жестко пресекать все выступления в поддержку Джелала, действовать по обстановке, держать со мной связь. Добычей не увлекаться, всю страну под себя забираем, никуда она не денется. Об остальном потом поговорим. Этого не сказал. Действительно, не знаю, как на произошедшее реагировать. Вообще-то, должен обоих казнить. После Джелала посмотрим.

   Смешно. С Джелалом у нас сложности. С Китаем. А двух дивизий Чжирхо и Собутая хватило бы, чтоб всю Европу завоевать. При их скорости передвижения, умении вести войну, методах решения проблем года за три все основные столицы лежали бы в руинах. Может, Лондон бы уцелел. И то, ненадолго. Лучшие полководцы моей современности, в паре - вообще непобедимы. Здесь города выставляют армии больше, чем могут собрать европейские страны. Качественно вооруженные - Дамаск рядом. Более профессиональные. Про Китай даже речи нет. Вот так: спасаешь Европу, а она не в курсе. Тоже, похоже, женщина попалась.

Глава 26

   Мы здесь, вокруг Балха, все окрестные города оккупировали, так что встретился я с прибывшими из Гургани сыновьями в крепости Талькан. Ничего, без проблем нашли. Недельку еще подождали, пока я освобожусь для беседы. Ну, и? С Октаем и Чагатаем понятно, вину чувствуют. Признают. Город вдрызг раскатали, пять месяцев проваландались. Если бы не мой приказ про пехоту, а нормальные части использовали, то потери были бы ужасающими. Как дальше жить собираетесь, мушшыны? Войска у вас все забираю, при мне будете. Обсудите на досуге ваши ошибки. Октая в первую очередь касается. Мой Самарканд целенький стоит, Балх видели. Другие города. Бухару не я сжег. После такой войны вам править нечем будет и некем. Армии лишитесь, вас после моей смерти Сун завоюет. А побрезгует - Си Ся задавит. Ладно, морды кислые, глупость свою понимают - и то хлеб. А что еще скажешь?

   А Зучи - что. Гордый стоит, надменный, обиженный. Говно подсунули, а не столицу. Только рабов и набрал. Хрен его знает, что он думает. Думает, наверно, что я не знаю, кто месяц назад в Балхе на меня покушение организовать пытался. Ты, осел, сначала разведку заведи, потом такое думай. Ты у меня пукаешь под наблюдением, а туда же. Стратег. Боишься, что Теркен-хатун про ваши шашни мне расскажет? Да знаю я все давно, она мне не для допроса, а для наказания нужна. Пожалуй, верно мой предшественник придумал, будет в будке на цепи сидеть и объедками питаться. Не моими и не каждый день, помрет еще от атеросклероза. А так по прикидкам - лет пятнадцать просидит. Нормально за такое.

   Не будем церемонии разводить. Захваченных женщин и детей сдать! Все здесь мое: и ты -- мой, и они - мои. Срок - два месяца, сюда переправишь, у тебя их держать опасно. Тебе оставляю четыре тысячи монголов. С ними завоюешь свой Дешт-и-Кипчак, все их северные степи. Южные уже наши. И сиди в своем Гургани, правь, негоже столицу бросать без присмотра. Будем держать связь, надеюсь, скоро порадуешь. Ишь, как его вынесло. Такую змею рядом держать - весь изведешься. По нашему монгольскому обычаю, предателю - смерть. И всему его потомству. Бортэ жалко. Живи, гаденыш.

   "Мы назначаем нашего любимого сына и наследника хана Зучи правителем всей северной части завоеванного нами государства Хорезм. Огласить на площадях, внести в государственные документы."

   А вот и первые новости от Толуя. Который зад не отрывал, из Балха не выходил, но проинструктировал и отправил в рейд туземную дивизию Тохучара. Судя по воплям моей дочурки, Тохучар решил не рисковать и до осени не затягивать. Гут. Все-таки, почему Толуй сестру вперед пропускает? Здесь мужские дела, поплакать и потом можно. Сочувствую вдове, но такова судьба мужчины на войне. Давай, Толуй, не тяни.

   Тохучар брал с собой десять тысяч отрарских землекопов и двадцать катапульт. Первой на его пути оказалась Ниса, наши там еще не бывали. Приличный город, десять ворот по периметру стены, около ста тысяч жителей и защитников. Открыть ворота отказались. Пятнадцать дней ушло на бомбардировку и проламывание бреши. Половина землекопов погибла. Частью была зарублена при попытках отойти из-под ливня стрел со стен города. Около двух тысяч наших всадников убито при штурме на улицах. Семьдесят тысяч осташихся в живых горожан и защитников были выгнаны за стену и получили приказ связать друг другу руки. Все они были перебиты стрелами. Город не разрушали, обоз с налогом не отправляли.

   Живой и здоровый Тохучар приказал двигаться на Нишапур. В прошлом году Чжирхо, пролетая, получил в нем выражение покорности и направление для дальнейшего преследования Мухаммада. Тохучар ничего не получил, потому что, не спрашивая ни о чем, приступил к осаде. На третий день был убит стрелой со стены. Нишапур еще больше только что уничтоженной Нисы и штурмовать его с восемью тысячами необстрелянной туземной конницы - идиотизм. Взявший на себя командование бывший командир дивизии снял осаду, разделился на два отряда и осадил Себзевар, находящийся в сотне километрах западнее и также год назад принесший свою покорность Чжирхо. Через три дня осады все шесть тысяч населения городка были истреблены. Другой отряд взял Тус и вырезал его население, а также все окрестные кишлаки. Сейчас они вернулись. Четыре тысячи землекопов и семь тысяч конницы. Все.

   Боорчу и Шиги большие заступники моих сыновей. Молодые еще, неопытные, только учатся. Чему? Зучи почти сорок, Толую под тридцать. Не впали бы со страху в нерадение. Давай, мы тебе Багдад завоюем. Успокоили.

   А тем временем Джелал закрепился в Газни, настоящей горной крепости, расположенной на скале, торчащей среди гильзайской степи, и - вовсю рассылает воззвания, крича на весь мир о трагедии Отрара, Нисы, Тармеза, Хургани и Бухары. У него уже десять тысяч воинов и выковырять его оттуда представляется малореальным. Скоро будет больше, ему нужна хоть маленькая победа, придающая людям уверенность. В отличии от моих сыновей, у Джелала голова варит, найдет у меня слабое место, что-нибудь - да разгромит. После этого к нему все сбегутся. Н-да.