Может, это не его машина?
– Его, – сказала Хекс, положив ладони на капот. – Я повсюду чувствую его запах. Двигатель еще теплый. Но я не могу сказать точно, где он.
Джон рычал, подумав о том, насколько же парень был близок с его женщиной, если она могла узнать его по запаху. Чертов ублюдок, проклятый сукин сын…
Гнев начал потихоньку отступать, Тор схватил его за шею и встряхнул. – Дыши глубоко.
– Он должен быть где-то здесь... – Хекс посмотрела на здание перед ними, а затем в начало и конец переулка.
Джон почувствовал жгучую боль в ладони и поднял руку. Он так крепко обхватил рукоятку кинжала, что ручка трещала, протестуя против такого обращения.
Он посмотрел на Тора.
– Ты доберешься до него, – прошептал Брат. – Даже не переживай по этому поводу.
***
Лэш ожидал, что люди Бенлуи, когда столкнулся лицом к лицу с двумя дуболомами что-нибудь вытворят. Их разделяло примерно десять ярдов холодного воздуха, и каждый из них был наготове.
Лэш смотрел на парней с надеждой, что они выкинут что-нибудь в духе Джона Уэйна[125]. Два головореза стали бы отличным дополнением к его растущей армии – они знали все о торговле и, очевидно, умудрились завоевать доверие Бенлуи: металлические кейсы в их руках явно были тяжелыми, а сами люди хладнокровными профессионалами.
И конечно же вооружены до зубов.
Прямо как Лэш. Черт побери, это был настоящий Свинцовый Пир с оружием и прочей аммуницией, и он явно чувствовал себя уверенней с тех пор, как в нем оставалось все меньше и меньше плоти, которую можно прострелить. Быть тенью намного лучше, чем осязаемым.
– Ваша картина, – сказал парень слева и взвесил в руке кейс. – Сэр.
Ах, да, тот самый, что наблюдал за потасовкой с Бенлуи. Что объясняло его вежливость.
– Посмотрим, что у вас там, – пробормотал Лэш, направляя на них дуло своего 40-миллиметрового. – И давайте убедимся, чтобы ваши ручки были неподвижными и на виду.
Быстрый осмотр товара прошел удачно и очень эффективно, парни хорошо работали в паре – все открыли и показали.
Лэш кивнул. – Оставьте товар и идите.
Люди послушно положили кейс на пол, и, попятившись, быстро скрылись в противоположном направлении, держа руки по швам.
Как только они свернули за угол, и эхо их шагов стало затихать вдали, Лэш подошел к кейсам и открыл их своими темными призрачными руками. Как по команде, замки щелкнули, и двойная доза кокса славировала в его захват…
Пронзительный звук сигнализации заставил его повернуть голову, безумные гудки раздавались из ближайшего переулка, где он оставил свой AMG.
Гребаные людишки…
Лэш нахмурился, его инстинкты выбрались наружу, ощущая близость того, что у него когда-то забрали.
Она была здесь.
Хекс... его Хекс была здесь.
То, что осталось от его вампирской сущности взревело, переполняемое чувством собственности. Лэш почувствовал, как завибрировало тело, ноги перестали ощущать его вес, и он перенесся по асфальту вместе с ветром, с помощью разума, а не ног. Быстрее. Быстрее…
Он свернул за угол, и вот она, стоит у его машины, чистый секс в кожаной одежде. В тот самый момент, как он появился, она повернулась к нему, как будто он позвал ее по имени.
На нее не падал свет, но Хекс сияла, словно окружающее освещение города сосредоточилось в ее теле, она словно притягивала этот свет к себе. Просто класс. Она была чертовски горячей сучкой, особенно сейчас, в этом боевом снаряжении, и когда вдруг ощутил покалывание в пустом пространстве в передней части его бедер, опустил туда руку.
Что-то было твердым. Под молнией что-то было, и это что-то было в полной боевой готовности.
Выброс адреналина лучше, чем доза кокса, и он подумал о том, как классно было бы поиметь ее у всех на глазах. Его член функционировал, в той или иной форме, и это значило он снова в игре и как раз вовремя.
Когда она встретилась с ним взглядом, он замедлил скорость и сосредоточился на том, кто был с ней. Брат Тормент. Куин, этот разноглазый генетический сбой. И Джон Мэтью.
Отличная аудитория для игры в Заводной Апельсин[126].
Как же. Это. Охренительно.
Лэш опустился на землю и поставил кейсы на асфальт. Идиоты, с которыми она сюда пришла, держали оружие наготове, но не его Хекс. Нет, она была сильнее этого.
– Привет, детка, – сказал он. – Скучала по мне?
Кто-то издал рычание, напомнившее Лэшу о его ротвейлере, но не важно, теперь, когда он привлек всеобщее внимание, он собирался им воспользоваться. Силой мысли опустив капюшон своего плаща, он поднял вверх свои прозрачные, как темные тени руки, и стал разворачивать черных полосы ткани, что закрывали лицо.
– Господь Всемогущий ... – пробормотал Куин. – Ты похож на тест Роршаха[127].
Лэш не удостоил его ответом, в основном потому, что в данный момент его заботила только женщина в кожаной одежде. Очевидно, она не ожидала его преображения, но то, как она отпрянула, было лучше любого объятья или поцелуя. Вызвать у нее отвращение так же приятно, как возбудить – и будет еще веселее, когда он вернет ее себе обратно и забронирует им номер для молодоженов.
Лэш улыбнулся, и его изменившийся, словно обновленный голос прозвучал в воздухе. – У меня на нас двоих большие планы, сучка. Потому что ты будешь умолять меня…
И тут проклятая женщина исчезла.
Растворилась в воздухе.
В какой-то момент Хекс стояла возле его машины, а в следующий ее уже не было, лишь воздух на том месте, где она стояла. Но сучка была еще в переулке. Он чувствовал ее, вот только видеть не мог…
Первый выстрел раздался где-то позади и ударил в плечо – ударил, но не причинил никакого вреда. Плащ порвался на месте входа пули в лоскуты, но его бесплотному телу было все равно – все, что он чувствовал, это лишь странное зудящее эхо.
Отлииииично. А ведь могло быть очень больно.
Он повернул голову, испытывая разочарование от того, насколько предсказуемо она себя повела и как плохо попадала в цель.
Только вот Хекс была не единственным стрелком. Подтянулись парни Бенлуи с подкреплением, но хорошо, что они не представляли серьезной опасности. Последний раз, когда он проверял свою грудную клетку, она все еще была твердой, так что несколько сантиметров вниз и к центру – и сердце превратиться в решето.
Злость на дерзость гребаных торговцев наркотой заставила Лэша сформировать в ладони шар энергии.
Дематериализовавшись обратно к входной двери, он бросил его в людишек, последовал адский взрыв, шар сбивал ублюдков, словно кегли в боулинге, их тела вспыхивали как в манге[128] и разлетались на части.
