не пошли — Лесовик остановился возле едва ли не первой из каменных стен, и, сняв нелепую шапку со своей головы, вытер капли пота с лица.
— Фу, успели, добрались…
Не понимаю, что именно Лесовик имеет в виду, во всяком случае, я никакого укрытия не вижу! Напротив нас находится едва ли не отвесная каменная стена, на которой кое-где видны пятна коричневого мха, да еще тянутся вверх тонкие плети растения, очень похожего на плющ с маленькими бледно-зелеными листочками. Впрочем, сейчас я настолько устала, что уже ничему не удивлюсь, если даже окажется, что за этой стеной находится настоящий дворец.
Впрочем, все оказалось куда проще и прозаичнее. Лесовик кивнул на плоский камень, стоящий у основания стены:
— Надо сдвинуть его с места.
Серый камень, внешне очень напоминающий плиту, достигал высотой до пояса взрослого человека, в ширину был с метр, а его толщина составляла сантиметров пять, не более, но со стороны складывалось впечатление, что камень и стена составляют собой единое целое.
— Очень сомневаюсь, что подобное возможно… — произнес Эж с сомнением в голосе.
— Делай, что тебе говорят!.. — раздраженно бросил Лесовик, оглядываясь по сторонам. — Время идет, скоро стемнеет, так что не болтай попусту!
Скинув на землю дорожный мешок, Эж попытался сдвинуть камень с места, тот словно врос в землю. Неудивительно — на земле вокруг камня лежала щебенка, а стена и сам камень поросли коротким мхом, образуя сплошной плотный ковер. Делать нечего: пришлось нам вдвоем с Эжем разгребать по сторонам щебенку, сдирать мох, соединяющий камень и стену, а заодно срезать крепкие корни плюща, которые оплели камень и пустили свои отростки во все щели. Времени на все это у нас ушло немало, но, к счастью, после того, как мы полностью очистили сам камень и место вокруг него, нам все же удалось сдвинуть плиту в сторону, и тут все увидели, что плита прикрывает собой отверстие в стене, за которым виднелось нечто, похожее на пещеру. Скорей всего, мы имеем дело с природным образованием, хотя, судя по краям отверстия, можно предположить, что кто-то в свое время обколол эти самые края, чтоб сделать вход более широким.
— Похоже, здесь давно никого не было… — сделала я вывод. — Еле счистили все лишнее.
— Здешние места, как ты успела заметить, не очень приспособлены для прогулок… — съязвил мужчина.
— Это, знаете ли, понятно даже мне… — я не смогла не ответить на колкость.
— Давайте туда… — мотнул головой Лесовик в сторону отверстия. Видимо, он решил не обращать внимания на мои слова.
— После тебя… — буркнул Эж. — Мы народ вежливый, хозяина пускаем вперед.
— Можно и так… — не стал спорить мужчина. — У вас штырек с лампой при себе имеется?
— Да.
— Тогда доставайте, внутри без света никак… — Лесовик согнулся, и, едва ли не волоком таща свой мешок, полез в отверстие. Ну, раз такое дело, то и нам не стоит тут оставаться, тем более что скоро стемнеет, а потому мы не стали медлить и отправились вслед за нашим проводником.
Пещера оказалась сравнительно небольшой — метра четыре в длину и столько же в ширину, так что места хватило всем четверым, и, что самое хорошее, в пещере можно передвигаться в полный рост. Вокруг все тот же серый камень, лишь на стенах бесцветный мох. Никаких посторонних запахов не ощущалось, а еще здесь было сухо и даже жарко. Больше всего меня удивило, что возле одной из стен лежало несколько охапок давным-давно пересохшего хвороста — похоже, в свое время тут уже кто-то останавливался, и хворост использовали как место для сна. Все верно: не на камне же лежать — можно так простудиться, что мало не покажется.
— Камень обязательно надо задвинуть на прежнее место… — почти приказал Лесовик.
— И как же прикажешь это сделать?.. — Эж покосился на мужчину.
— Сейчас покажу…
Оказывается, с этой стороны плиты кто-то выбил углубления для рук, при помощи которых нам удалось без всяких сложностей задвинуть плиту на прежнее место. Сразу стало темно, но очень скоро засветился штырек в лампе, и мы поняли, что после изматывающего дня у нас наконец-то появилась возможность отдохнуть. Навалилась усталость, не хотелось двигаться с места, но все же я заставила себя встать, и разложила хворост на три кучи — так будет правильней. Почему на три? Да потому что одному из нас все равно придется ночью дежурить — увы, но в здешнем мире беспечность может стоить очень дорого.
Какое-то время мы все сидели молча, лишь мелкими глотками пили воду. День сегодня был жаркий, на небе не было облаков, а солнце палило вовсю, так что еще днем мы выпили почти всю воду, которую набрали перед уходом с поляны. По-счастью, не так давно на нашем пути встретился небольшой ручеек, и мы сумели вновь набрать полные бутылки воды, да и отдохнули возле того ручейка чуть дольше обычного.
— Что это за место?.. — первой не выдержала я.
— Красотуля, тебе нужно знать одно — здесь можно переночевать… — пробурчал Лесовик. Сейчас он сидел на одной из куч хвороста, вытянув вперед раненую ногу и придвинув к себе оба тяжелых мешка. — Можешь назвать это убежищем. До остального никому из вас не должно быть никакого дела.
В ответ я лишь пожала плечами — не хватало еще отвечать на грубость. И вообще, Лесовик, ты не тот собеседник, с кем бы мне хотелось вести долгие беседы.
Немного передохнув, достала наши небогатые запасы еды — не сказать, что нам придется голодать, но и особой роскоши нет. Еще утром, до того, как мы отправились в путь, Лесовик сложил в мой мешок все свои запасы, то есть сухари и солонину. Вначале я не могла понять — отчего это мне оказано такое доверие?! но позже сообразила, что таким способом мужчина пытается хоть немного облегчить свой, и без того очень тяжелый, дорожный мешок.
Ужин не занял много времени, и я, насколько это было возможно, приготовила Лидии спальное место, уложив на хворост едва ли не всю запасную одежду, что у нас имелась.
— Конечно, это не пуховая перина… — развела я руками. — Но, как говорится, чем богаты!
— Мне сейчас и это периной покажется… — Лидия осторожно прилегла на импровизированное ложе. — Устала…
— Понимаю… — вздохнула я. — Эж, а как твоя рука?
— Нормально… — отмахнулся тот.
— А у тебя что с ногой?.. — поинтересовалась я у Лесовика.
— Да кто ее знает… — пробурчал тот. — Пока лучше не трогать… Жаль, что тут костер нельзя развести — отвар мне никак не сделать! Ладно, сухие ягоды пожую.
— Надо бы с
