кошельки, предлагая многочисленным зевакам самые разные и, как я понимаю, залежалые товары. С другой стороны тоже стояли палатки, но это были палатки рыцарей. Возле каждой палатки стоял шест, с прикреплённым к нему щитом. И поэтому весь палаточный лагерь пестрел гербами. Я не великий знаток геральдики, но даже я понял, что — увы! — рыцари здесь не сильно-то и родовитые. Дело в том, что основной герб занимает всё пространство щита. А если вы у кого-то в вассальной зависимости, то ваш щит будет разделён надвое: в верхней части щита изображён герб вашего сюзерена, а внизу уже ваш собственный герб. Так вот, здесь все щиты были разделены пополам. В верхней части часто красовались чёрные орлы, символ Ордена крестоносцев, или красные львы, символ бранденбургского курфюршества. Да, я помню, что Новая Марка пока ещё только в залоге у Ордена, а не принадлежит ему в полной мере. В нижних частях щитов, на мой взгляд, царил полный хаос. Чего здесь только не было! Удивляюсь, как герольды во всём этом ориентируются. Я бы не смог, честное слово.
Народ тем временем принялся рассаживаться под навесом. В палатке оказались только сам барон Гельмут, рыцари-крестоносцы и Катерина, которую барон, опять же, посадил слева от себя и принялся оказывать знаки внимания. Рядом с палаткой расселись местные бароны, оруженосцы и тех и других безропотно отправились на нижние ярусы. И я собрался туда же. Но тут Катерина поманила меня, я слегка растерялся, но рушил не противиться и тоже поднялся к палатке. И Катерина царственным жестом указала мне место недалеко от себя. Я сел, всей кожей ощущая ненавидящий взгляд барона. Почему же он так неприязненно смотрит? Я же не сам нагло вломился сюда, верно?..
— А этот нам зачем? — вполголоса буркнул он.
Катерина вскинула палец, вроде как призывая минутку потерпеть. Барон удивлённо взглянул, но промолчал. И в этот миг звонко протрубила труба с середины поля. А потом, пёстро разодетый человек, стоящий рядом с трубачом, громогласно возгласил, что турнир в честь дня рождения благородного барона Гельмута считается открытым, что судить результаты поединков благородных рыцарей будет лично благородный барон Гельмут, и что королевой турнира благородный барон Гельмут избирает её светлость графиню Катерину из Мино! Распорядок турнира…
— Ну, вот! — опустила палец Катерина, пока глашатай — или герольд? — объяснял зрителям, что будет за чем следовать, — Ну, вот! Судя по тому, что я единственная дама в этой палатке, я так и подумала, что я буду королевой турнира. А королеве нужен паж! Ну, нельзя же в самом деле назначить пажом крестоносного рыцаря, не так ли?!
— Ни за что! — поддержал девушку брат Марциан.
— Ну, вот, я и подумала, пусть моим пажом будет Андреас из Афин. А что? Я ему доверяю. А вы, брат Марциан?
— И я, — согласился Марциан, пряча усмешку.
— Ну, вот и договорились! Пусть сидит!
— Ну, пусть сидит… пока! — пробормотал Гельмут с оттенком угрозы.
Опять, получается, меня втравливают во внутренние разборки, не спрашивая, хочу ли этого я… Не хочу! Мне и среди оруженосцев неплохо было! Ну, разве что, отсюда вид, действительно, открывался получше…
Разумеется, то что говорил герольд — или глашатай? — я пропустил. Ай, ладно! Буду смотреть, как представление! Действие за действием. Может, и антракт предусмотрен? Я не брат Вилфрид, но с удовольствием смочил бы в антракте горло глотком вина…
Но тут опять пропела труба и трое рыцарей вскочили на коней. Все в полном доспехе, у каждого громадное копьё и не менее громадный щит с гербом. Каждый подъехал к выбранной им палатке и стукнул по щиту, висящему на шесте, обратной стороной копья. А потом все трое отправились на противоположный конец поля. Тем временем, из выбранных палаток вышли рыцари, тоже в доспехах, оруженосцы подвели им коней, рыцари ловко вспрыгнули в седло и сгруппировались на своей стороне. В каждой из групп один из рыцарей вскинул вверх руку. И тогда барон Гельмут взмахнул каким-то уж особо большим платком. Ярко алым, который, наверняка, был хорошо виден издали. И рыцари начали разгон. Быстрее, быстрее, ещё быстрее… ТРЕСЬ!! На самой середине рыцари столкнулись и дружно ударили копьями друг в друга. Все шесть копий разлетелись в щепки!
— О-о-о! — восторженно взвыли зрители.
Шестеро рыцарей разъехались в разные стороны, где оруженосцы вручили им новые копья. И снова всадники пришпорили коней! Быстрей, быстрей, в галоп… УДАР! Опять разлетелись копья! Только теперь один из рыцарей пошатнулся и закачался в седле.
Оруженосцы подали рыцарям третий комплект копий. Ну, не знаю! Если кто-то после турнира соберёт с поля щепки, ему на пару дней этих щепок хватит, чтобы печку топить! Рыцарское копьё, это не тоненький шест, это массивное сооружение, в середине которого делают специальное углубление, чтобы рука рыцаря вообще могла это копьё ухватить. А так, внешне, это толстенный ствол дерева! И вот, рыцари берут уже третий комплект? Ну-ну…
Всадники вновь пустили коней в разгон. Быстрее, галопом… ХРЯСЬ! Опять противники сошлись ровно посередине поля. Тот, который пошатывался в седле, на этот раз упал наземь. Но не зря! Теперь в рядах противника зашатался рыцарь! И не просто зашатался. Похоже, он получил серьёзные повреждения. Во всяком случае, когда он проскакал до конца поля, там его бережно сняли с седла и принялись быстро снимать латы. Не иначе, чтобы оказать первую помощь. Рыцари остались двое против двух.
— Ну и как вам? — внешне небрежно, поинтересовался барон Гельмут.
— Отлично! — с воодушевлением ответил брат Марциан, — Молодёжь тренируется в совместных действиях, в составе отряда!
И как я не прислушивался, я не уловил фальши в словах крестоносца!
ХРЯСЬ! — четвёртый раз сшиблись рыцари. Четвёртый комплект копий разлетелся мелкими брызгами. Да-да, я помню, что мне говорили, что боевые копья делаются из твёрдых пород дерева, а турнирные копья из мягких пород, специально, чтобы после любого удара разлетались, но, господа! Вы же разоритесь на этих копьях, право слово!
Я догадывался, что рыцарский таранный удар — это не лёгкое испытание. Я догадывался, что отражая подобный удар можно не только вывихнуть руку, но и поплатиться здоровьем в более крупных размерах. Но, чтобы вот так?.. Один из рыцарей неверно подставил щит под удар. Может, от усталости, может, не рассчитал по юности, может от других причин… не знаю! Но рыцаря так вшибло из седла, что он пролетел метра три в воздухе, пока не шлёпнулся на землю. К упавшему тут же бросились оруженосцы, а остальные рыцари разъехались по противоположным углам. Теперь получилось, двое против одного? Как
