Дислоцировалась Латвийская партизанская бригада по-прежнему в Освейском районе, за исключением отряда Самсона, который перебазировался в Себежский район, с тем чтобы находиться ближе к латвийской границе. Хотя штаб Латвийской партизанской бригады и ее основная база остались в Белоруссии и в Себежском районе Калининской области, она своими действиями охватила почти всю Латвию, посылая туда группы диверсантов и разведчиков.
Осенью 1943 года 1-й отряд направил три партизанских взвода в лесные массивы Абренского уезда для создания новых партизанских отрядов, или, как их тогда называли, подотрядов. Такие подотряды были созданы в Вилякском лесу (командир Я. Биетаг), в Тилженском лесу (командир А. Поч). В Карсовском районе на базе бывшего отряда «Лиесма», имевшего крепкую подпольную организацию, был образован подотряд под командованием Ларионова. Такую же сеть подотрядов создал и 4-й партизанский отряд, действовавший в Валкском и Абренском уездах. В конце 1943 года 4-й отряд имел подотряд А. Отанькиса в Катлешских лесах, подотряд А. Чакстыня в Малупских лесах, подотряд М. Матулена в Трапенских лесах, взвод Я. Путана в Палсманских лесах.
Таким образом, осенью 1943 года действиями 1-го и 4-го партизанских отрядов была охвачена вся северная и северо-восточная части республики.
В августе — октябре 1943 года из Освейского района в Мадонский уезд перебрался 2-й партизанский отряд (командир П. Ратинь, комиссар Р. Блум, начальник штаба Х. Бендик).
Отряд развернул боевую деятельность на коммуникациях врага: совершал диверсии на железнодорожных путях, выводил из строя подвижной состав и т. д. Коммунисты отряда сразу же начали вести широкую массово-политическую и организационную работу среди населения, объединяя и направляя стихийное движение масс, расширяя базу для дальнейших боев с оккупантами.
По поручению оперативной группы ЦК КП Латвии группа партизан из пяти человек во главе с прославленным партизаном Андреем Мацпаном была направлена в Западную Латвию. Она получила задание освоить Кулдигский и Лиепайский уезды, расположенные у берегов Балтийского моря. Вместе с этой группой для создания подпольных организаций направился в Ригу Имант Судмалис.
Свои действия группа начала с дерзкой вылазки против врага. 29 сентября 1943 года Андрей Мацпан явился к леснику Циравской волости и из его дома позвонил по телефону начальнику Дунальской волости: «Говорит командир партизанского отряда. Предупреждаю вас: если вы не бросите свои позорные дела, то в самое ближайшее время вас постигнет справедливая кара».
Расчет Мацпана был прост: сейчас же должны собраться полицейские и броситься к дому лесника. Партизаны быстро перебрались через реку Дурбе, заняли выгодные позиции у дороги Лиепая — Вентспилс и стали ждать. Расчет оказался правильным. Как показали впоследствии взятые в плен шуцманы, они надеялись безнаказанно «поохотиться» на партизан: ведь до этого они имели дело только с безоружным населением и думали, что стычка с партизанами будет веселым развлечением. Но «охотников» постигло жестокое разочарование. Едва машина с кричащими полицейскими показалась на повороте, как раздались выстрелы четырех автоматов и одной винтовки. Машина опрокинулась. Спастись удалось только троим из тринадцати. Весть об этой смелой операции партизан облетела всю Курляндию. Она явилась искрой, воспламенившей пламя народной войны и в этом районе. Народ оживился, многие патриоты стали искать партизан, чтобы вступить в их ряды.
Авторитет партизан поднялся еще выше после того, как все попытки полиции найти партизан, напавших на машину дуналкских шуцманов, потерпели неудачу. Смело маневрируя по лесам Курляндии, группа А. Мацпана развернула большую работу по подготовке базы для широкого партизанского движения с участием сотен партизан из числа местного населения.
Продолжительное время терпели неудачу попытки партизан освоить левый берег Даугавы.
Поздней осенью 1943 года за эту трудную задачу взялся опытный партизанский вожак — комиссар Латышской партизанской бригады Отомар Ошкалн. Группа Ошкална в составе 17 человек форсировала Даугаву и остановилась в Тауркалнском-Екабпилском лесном массиве. Отряд провел ряд смелых операций, что всерьез встревожило оккупантов. Против партизан было проведено несколько экспедиций, в которых участвовали шуцманы трех уездов. Но отряд Ошкална, опираясь на население, всегда уходил от преследователей. В связи с местными жителями большую роль играли личные качества Ошкална. Он был прирожденным вожаком масс, умел быстро располагать к себе людей, находить пути к их сердцам. Опираясь на массы, применяя правильную тактику, умело используя местные условия, отряд Ошкална создал обширную базу для развития партизанского движения в этом районе. Большое значение имело и то обстоятельство, что отряд Ошкална встретился с местным отрядом партизан, созданным капитаном Богодистым.
В отряд Ошкална стали прибывать одиночки и мелкие группы патриотов. Партизанское движение стало быстро расти и в этой — юго-восточной и южной части Латвии. Таким образом, пламя партизанской борьбы охватило всю территорию республики.
Одновременно повсеместно стали возникать подпольные партийные организации. Теперь их деятельность охватывала не только крупные города, но и многие уезды и области.
Во главе подпольных организаций стояли уездные и областные комитеты партии. Были созданы Валкский, Абренский, Мадонский и другие уездные, а также Видземский, Латгальский, Курземский и Земгальский областные комитеты партии. Значительно усилила свою работу подпольная партийно-комсомольская организация Риги, которую возглавлял И. Судмалис.
Всей подпольной деятельностью на территории Латвии непосредственно руководила оперативная группа ЦК КП республики во главе с К. М. Озолинем.
Большую роль в проведении массово-политической работы среди населения и партизан стала играть подпольная печать. В течение лета и осени 1943 года некоторые подпольные обкомы и укомы партии организовали подпольные типографии и издание нелегальных газет и листовок. Так, Валкский уком и Видземский обком партии издавали нелегальную газету «Мусу земе» («Наша земля») тиражом до 1500 экземпляров, Мадонский уком — газету «Циняс балсс» («Голос борьбы»), Абренский уком — газету «Латгальская правда» на русском языке, Латгальский обком партии — газету «Тайсниба» («Правда») на латгальском диалекте. Оперативная группа ЦК партии Латвии издавала газету «Пар Дзимтени» («За Родину»), оперативная Группа ЦК комсомола Латвии — газету «Яунайс Латвиетис» («Молодой латыш»). Кроме того, выпускались сотни листовок и воззваний, отпечатанных в подпольных типографиях, а чаще всего написанных от руки. Один только политотдел партизанского отряда Северной Латвии выпустил за 1942—1944 годы более 40 листовок и воззваний, написанных от руки и размноженных под копировальную бумагу.
Латышские партизаны в 1943 году имели не только организационные и политические успехи. Одновременно они усилили боевую активность, нанесли врагу чувствительные удары. Особенно активно действовали латышские партизаны осенью 1943 года.
В этот период боевые операции латышских партизан характеризуются следующим: а) усилением диверсий на коммуникациях противника, особенно диверсий на железных дорогах, включая и так называемую «рельсовую войну»; б) усилением нападений на кордоны и полицейские участки противника; в) более успешным противодействием карательным экспедициям; г) продвижением зоны боевых операций в западные районы республики. Кроме того, в связи с установлением радиосвязи с «Большой землей» партизанские отряды собирали много ценных сведений о противнике и передавали их командованию Советской Армии.
Возросшая боевая активность партизан подняла на борьбу против оккупантов новые слои населения, значительно усилила все формы народного сопротивления захватчикам.
Наиболее активную боевую деятельность в этот период развернул 1-й отряд латышских партизан под командованием В. Самсона, являвшийся наиболее сильным и хорошо вооруженным отрядом, имевшим в своих рядах много опытных командиров и бойцов.
Об этом периоде деятельности своего отряда В. Самсон пишет:
«Основными видами операций, проводившихся группами, были взрывы железнодорожных путей, ночные налеты на местные оккупационные учреждения, внезапные атаки из засад на небольшие отряды оккупантов, на штабные и транспортные машины, не считая, конечно, постоянных стычек с бандами местных полицейских. Эта тактика давала возможность отряду с минимальным количеством бойцов достигать максимально возможных результатов военного характера и значительно расширять район операций»[382].
Именно в это время выросли такие прославленные подрывники 1-го отряда, как Паэглис, Кононов, Смирнов, пустившие под откос по 13—16 эшелонов противника.
