за спиной исчезли. Менее угрожающим от этого он не стал. Алиса побледнела и спрятала лицо у Индры на груди.
Повелитель прекрасно знал обычаи своей страны, ему хватило одного взгляда на подростков, чтобы тоже осознать, что произошло. Его глаза налились темной синевой, как небо перед бурей. Невесть откуда взявшийся порыв ветра пронесся по поляне, взъерошив двум ослушникам волосы.
— Вы, — медленно и хрипло начал он, наступая на опешивших Индру с Алисой, — два неразумных сосунка, не думающие головой, нарушившие все возможные запреты, воззвавшие к силам, о которых не должны были даже и помышлять до совершеннолетия…
Он нервно выдохнул и тут же взревел снова.
— У вас и голов столько нет, чтобы можно было отрубить их за все, что вы тут натворили!..
И Илона не выдержала. Нет, она тоже очень хотела поговорить с неслухами по душам и жалела, что под рукой нет подходящего прута или крапивы, чтобы отстегать две тощие непослушные задницы! Но рубить головы?!
А еще в глубине души она прекрасно понимала, что Индра действительно спас ее несмышленую дочь от ползучего гада и всех последствий брака с ним. Да и выбор между мерзопакостным змеем и красивым юным соколом был очевиден. Но сначала она все равно оборвет ему уши, ибо заслужил! За то, что не сказал о себе всей правды с самого начала, и за то, что мог натворить наедине с юной, но любопытной и чрезмерно доверчивой девушкой.
Верная главному принципу последних дней «сначала делай, потом думай», Илона скинула руку валькирии с плеча и рванула из кустов на поляну.
— Не ори на них! — рявкнула она. Плевать на церемонии и на разницу в статусах! Спасибо, кланялись уже в прошлую встречу, и что из этого вышло? — Надо было раньше вмешиваться, пока они ничего не натворили! А творили они, между прочим, спасая друг друга и нас от Полоза!
— Мама?! — ахнула Алиса, поднимая голову.
Повелитель перевел взгляд на Илону, и она впервые увидела его глаза так близко. Ярко-синие, как васильки, нечеловечески прекрасные и страшные. Как разительно они отличались от лениво-равнодушных немигающих очей Полоза! У Гаруды сильных эмоций хватало с избытком. Как бы не снес голову и ей под горячую руку…
Под его нехорошим прищуром Илона враз почувствовала себя маленькой, чумазой и совершенно негодной для разговора с птицей столь высокого полета. Женщина прекрасно понимала, как выглядит сейчас: растрепанная, с красными от недосыпа и слез глазами, в камуфляжных штанах и куртке, в ботинках, которые от постоянной беготни по лесам и болотам вот-вот запросят каши.
Наконец, соколиный правитель скривился в ядовитой усмешке.
— Так это ты все подстроила? Решила в рамках сотрудничества, — это слово он выплюнул с особым презрением, — заодно устроить судьбу своей дочурки и выдать ее замуж за одного из видных женихов королевства? Хотя, чему я удивляюсь? Вы, люди, всегда найдете способ, как из самой глубокой грязи прыгнуть повыше, воспользовавшись чужой бедой.
Наверное, надо было сдержаться и объяснить, что он неправильно все понял. Предложить спокойно обсудить сложившуюся ситуацию, поискать пути ее решения, как сделал бы разумный человек. Как сделала бы сама Илона еще две недели назад, в жизни без драконов, соколов, валькирий, чудес и магии, самой обычной и привычной до зубовного скрежета. И как сделала бы мудрая главная героиня любой волшебной сказки.
Но сейчас Илона настолько устала, что все переживания, все бессонные и тяжелые ночи, наполненные кошмарами, головными болями и безысходностью, вдруг превратились в полыхающее пламя. А на его сдерживание не осталось никаких сил.
— Нет, я не знала, что он твой сын, — она сама поразилась стальным ноткам в голосе. — Мы просто нашли его и спасли от воспаления легких, выхаживая с помощью лекарств, за которые вся наша семья могла бы трижды погореть на позорной площади. Мы просто налаживали диалог с дворфом, который соколиное племя ни видеть, ни слышать не хотел, просто ввязывались в кровавые стычки с ламиями, ищейками, волшебными змеями и прочей нечистью, как будто у нас и без этого не было проблем. Знаешь, зачем мы ходили к Полозу, повелитель? Чтобы чешуи добыть, которая твоему войску позволила бы сохранять разум от воздействия белобрысых и скрывать магию. А он затребовал в уплату сначала меня, а потом мою дочь. Индра спас ее от этой участи, а как — уже дело десятое. Но я была не в курсе их идеи, иначе заранее заперла бы обоих под замок.
Гаруда недоуменно моргнул, и Илона поняла, что сын ему не сообщал, в каком состоянии попал на Землю. Сияющая синева в глазах противника начала утихать, но женщину уже было не остановить.
— Вы же обещали помочь! Вы — драконы, дворфы, соколы! — дрожа от ярости, выкрикнула она. — Тогда почему же ищут выход из сложившейся ситуации и разгребают последствия дети, да бабы, да калеки безногие, да мужики, которые нас любят и поэтому тоже рискуют своими жизнями ни за грош? Нас кусают и гонят по лесам чудовища, о которых мы только в сказках читали! Мы болеем, ранимся и едва ли не гибнем, и все равно пытаемся что-то сделать, пока вы сидите в безопасности во дворцах за высокими стенами, на теплых подушках и тронах, спите в уютных кроватях, не боясь за себя и детей! Это ли не доказательство, что нам можно доверять?! А тебя волнует лишь то, что я хочу Алису, которая еще совсем ребенок, пристроить замуж за царского наследника?!
Слезы обиды перехватывали горло, но она все же закончила.
— Да пропадите вы пропадом, с сокровищами, царством и наследием, не хочу и не хотела, я даже не знала, кто он такой! И вообще, катитесь со своим сотрудничеством к…
Фольклорный элемент, к которому Илона недрогнувшим языком отправила сомнительных союзников, с земной матушкой не имел ничего общего. Но, судя по тому, как вытянулось от изумления лицо сокола, сей материнский архетип был прекрасно известен и в его мире. Вот только вряд ли кто-то за всю историю правления повелителя Гаруды осмеливался даже мысленно предложить ему отправиться по этому адресу.
Белоснежные крылья снова выметнулись из плеч, налетевший порыв ветра едва не сбил Илону с ног. Нос иномирного гостя заострился, он ощерился, показывая клыки, отвернулся от детей и шагнул в ее сторону.
Илона не успела даже испугаться, только инстинктивно вытянула вперед обе руки, пытаясь не подпустить разъяренного противника. Правда, какой в этом толк, если он одним ударом способен выбить дух даже из Полоза, не то, что из слабой человеческой женщины?..
Именно тогда
