В общем, план, Шульцы, Гордеевы и жезл Радмилы - именно так выглядел порядок беспокоящих Антонину вещей. И все эти пункты были взаимосвязаны и не реализуемы друг без друга. К сожалению Антонины, она не могла обойтись без серьёзной группы поддержки. Особенно учитывая беспрецедентные меры безопасности в столице, которые после попытки переворота выросли многократно. И именно воительницы немецкого клана должны были нести на себе основную нагрузку по отвлечению внимания. И всё бы ничего, но прежде чем переходить к основной части плана, баронесса фон Шульц в категоричной форме потребовала наглядно продемонстрировать возможности жезла. Причём возражения Антонины, что демонстрацию проще провести на менее опасной цели, а также высланные короткие видеофрагменты о стычках в Северной Америке натолкнулись на железобетонную и непробиваемую аргументацию.
Шульцы желали лично убедиться в силе артефакта и вполне справедливо считали, что после реализации основной части плана им уже не хватит времени и, главное, возможности достигнуть своей второй цели, а значит порядок действий надо поменять. Благо, что именно сейчас шансы на успех были максимально велики. Но Антонина уже подспудно жалела, что выкинула перед Шульцами сразу два козыря: поделилась информацией о муже княгини Гордеевой и одновременно с этим приоткрыла планы по жезлу Радмилы. Да, тогда ей было нужно максимально быстро заинтересовать своих возможных союзников. Но теперь Антонина страстно желала, чтобы князь Сергей вернулся к себе в Нижний и тогда Шульцы были бы вынуждены перейти к основному плану. Однако убедить упрямых немок сейчас можно, только если Антонина признается, что жезл имеет ограниченный ресурс. Но она осознавала, что в этом случае, скорее всего, последует отказ от дальнейшего сотрудничества.
В принципе, Антонина прекрасно понимала баронессу фон Шульц, и с одной стороны требования немки, касаемо наглядной и полезной в практическом смысле демонстрации югославского артефакта, звучали разумно. Данная перестраховка была единственной из доступных немкам. Как ни крути, а германский клан шёл на чудовищный риск, и если что-то пойдёт не так, Шульцам конец. Почему конец? Тут всё просто. Несмотря на большой интерес к полученной информации, Августа не могла пойти на такой шаг в одиночку. Не-ет, несмотря на силу немецкого клана, самостоятельностью здесь и не пахло. Слишком высока цена ошибки, чтобы так подставляться, и Антонина не сомневалась, что за Шульцами стоит кто-то более могущественный, а кроме Виттельсбахов - правящей династии Германии - больше вариантов не было. Во всяком случае, Антонина их не видела.
Вот только поддержка поддержкой, но если основная часть операции провалится, то закономерная смерть, а точнее, уничтожение всего немецкого клана станет единственным выходом для Германии, чтобы быстро замириться с Россией. И вряд ли Виттельсбахи будут долго раздумывать над тем - отдавать ли головы всех Шульцев или нет. Понимают ли Шульцы такой расклад? Скорее всего, да. Почему тогда рискуют? Точного ответа Антонина не знала и могла только предполагать. Возможно, виной всему обязательства или кровный долг, который необходимо отдать. И всё вместе, вкупе с обещанными преференциями, и толкает Шульцев на опасный шаг. А может, после неудачного переворота и инцидента в Эфиопии клан попал в серьёзную опалу и теперь просто вынужден идти ва-банк. В общем, вариантов может быть много, а то и все сразу.
Впрочем, вопрос с мотивацией “союзника”, хоть и был важен, но волновал Антонину постольку-поскольку, ибо главной проблемой для неё самой оставался недостаток времени, которое сжималось словно петля на шее, не оставляя ей места для манёвра. Антонина не была наивной дурочкой и прекрасно осознавала, что бегать от СИБа - одной из могущественных спецслужб мира - конечно, можно, но долго это не продлится. А если сюда добавить возросшую активность японской и югославской разведок, которым было совсем не сложно откликнуться на просьбу русских подруг, то дело становится практически безнадёжным. И Антонина понимала, что чем больше она тянет, тем выше риск быть обнаруженной. Да, можно залечь на дно, но это точно не гарантирует полную безопасность. Да и жить “тише воды - ниже травы” не её метод. Лучше ударить самой, и пусть этот удар станет последним, но его точно запомнят все. И враги, и друзья. Хотя Антонина очень рассчитывала выжить и посмотреть на результат своих усилий.
К тому же сейчас если и не наилучший, то точно самый удобный момент. Во-первых, интерес немок играет Антонине на руку. Но это пока. А стоит ей сдать назад и взять паузу, дабы лучше подготовиться к операции, как ситуация может кардинально измениться. Ведь помимо основных и второстепенных целей для Шульцев, немецкий клан и тех, кто стоит за ними, явно интересует жезл Радмилы, и Антонина прекрасно понимала, что попытки скрываться ещё и от германских спецслужб превратят её жизнь в безостановочный марафонский забег, и рано или поздно она споткнётся.
Во-вторых, к излишней торопливости подталкивает эта сучка Коршун, которая очень рьяно взялась за дело на посту главы СИБа. Профессионально, с чувством и расстановкой вычищая СИБ от остатков преданных Антонине людей. Ещё немного, и она лишится последних агентесс, которые давали хоть какую-то информацию. А в её случае это всё равно что остаться слепой и глухой, и равносильно проигрышу. Не говоря уже о том, что в таких условиях найти новых союзников будет неимоверно сложно. Ведь даже немки согласились на операцию лишь по счастливому стечению обстоятельств. И не последнюю роль в этом сыграла международная обстановка.
Да, не захоти Россия расширить свои границы, то немки могли бы ещё поколебаться. Но тут в дело вступила большая политика и Виттельсбахи посчитали, что есть неплохой шанс ослабить сильного соседа, причём чужими руками и рискуя всего лишь одним немецким кланом. А с такими раскладами вполне можно и даже нужно играть. Молодцы, конечно, что тут ещё скажешь. И время действительно удобное. Ведь после неудачной попытки переворота власть Романовых пошатнулась и стала очень сильно зависима от силы и преданности Гордеевых, которые вместе со своими сторонниками лишь слегка зацементировали трещины под троном Евы. И если убрать Еву, то начнётся кровавое и жестокое противостояние различных группировок, каждая из которых будет поддерживать своего кандидата на императорскую корону. А в такой мутной воде Антонине можно было половить нечто большее, нежели просто шанс на спокойную жизнь. Всё-таки просто месть ради мести не столь интересна.
И кстати… Новая мысль неожиданно вторглась в сознание, и Антонина замерла, устремив взгляд в невидимую точку. Возможно, что и новый конфликт между Турцией и Югославией, который сейчас стремительно набирал обороты, тоже возник неспроста. А если учесть, что Германия и Франция очень давно и активно снабжали Турцию оружием, то очередное противостояние двух давних врагов похоже на хорошо срежиссированную постановку. Уж больно в удобное время для европейских держав закипел этот Югославо-Турецкий котёл. Ведь обычно, когда накал достигал пика, хватало одного слова из Москвы: “Довольно!”, и практически сразу воцарялся мир. Несомненно, Югославия могла в одиночку сломить Турцию, но это обошлось бы им большой кровью. А турчанки прекрасно понимали, что едва они станут серьёзной угрозой для балканских кланов, то на них сразу же обрушится Россия. Но это было раньше, а сейчас, если у неё всё получится, Москва будет озабочена совершенно другими вещами.
Затёкшие мышцы напомнили, что пора сменить позу, и слегка изменив положение тела, Антонина скосила взгляд на Гульнару, сидящую через проход между креслами. Тоже вопрос. Причём из тех, что нужно решить прямо сейчас. Если бы Нариса оставалась на посту главы СБ, то Антонина не сомневалась бы в будущей полезности слуги рода Кайсаровых, но сейчас… Гульнара могла как пригодиться ещё, так и стать опасным свидетелем. “Хвосты нужно обрубать или…” Слегка прикрыв глаза, Антонина ещё раз попыталась взвесить все “за” и “против”, но тут Гульнара подала голос:
