данный момент отлито тридцать малых и двадцать средний орудий и подготовлено по триста выстрелов картечью к каждому. Общее количество ядер ко всем пушкам составляет четыре тысячи. Можно было бы сделать и больше, но отпущенной суммы хватило лишь на это, а проявить инициативу управляющий не решился.
В целом денег хватает, но немалая часть уходит на лейб-гвардию и ведомство Верёвочкина. Правда, и прибыль от розыска неблагонадёжных лиц тоже есть, поскольку многие нынешние сидельцы чем-то да владели.
— Неплохо, неплохо. Как там наш купец Голованов поживает? Почти процветает? Ну и хорошо. Дай ему указание подготовить людей для торговой конторы в Ельце или у ближайшего к нему торгового поста, что на берегу Дона. Он должен знать… Примерно в марте контора должна начать работу, а в апреле, как только сойдёт лёд, и прибудут из столицы ещё люди, пусть посылают корабли в Хазарию к тому месту, где купцы перевозят свои товары между Итилем и Доном. Вот тебе лист, здесь нарисован план той местности и магазин одного хитрого дельца, не совсем чистого на руку.
Бессонов удивлённо уставился на меня.
— Что непонятного? Человек торгует контрабандой и прочим конфискатом, купленного по дешёвке у всякого отребья. И не смотри так на меня! Они там грабят хазар и булгар, и нам до сего дела никакого нет. Пусть наладит купец сотрудничество, может нанять охрану, которую порекомендует тот скупщик, дабы самих же не ограбили… Короче, надо чтобы проявлял инициативу, скупал по дешевке полезное и вез в Империю.
— Понял, мессер.
— Запиши, а то забудешь, — невесело ухмыльнулся я. — Я скажу Верёвочкину, чтобы он подготовил несколько парней из своего ведомства для Голованова, дабы они как-то обжились как в новой конторе, так и в той хазарской фактории, и держали нос по ветру.
— Записал, мессер.
— И последнее… Сегодня-завтра подготовь на ферме или поблизости места для десяти лошадей, которых я привёл с собой из похода. Надо поскорее построить для них отдельное теплое каменное здание... И напомни купцу Голованову об его обещании привозить племенных скакунов. И совсем последнее: зайди в казарму и пусть тебе покажут тех мастеровых, что я выкупил у работорговцев. Обеспечь их проживанием и работой.
— Всё будет сделано, — с некоторой грустью в голосе ответил управляющий.
— А чтобы самому не зашиваться, готовь помощников. Скоро дел найдётся ещё больше, и ты один никак не справишься.
Глава 54
Последние дни сентября запомнились чередой нескончаемых забот: не доверяя управляющему пришлось проконтролировать размещение купленных мастеровых; проверил лейб-гвардейцев, несколько расслабленно живших в последнее время; заехал на фермы, дабы узнать, что некоторые коровки померли, а другие разродились; побуждал управляющего ускорить постройку конюшни; посетил управляющего конторой банка Vertrouwen с целью не только закрыть свой кредит, но и прощупать, что конкретно он знает о связях идумеев с фюрстами и вообще об их положении в германских землях; разговаривал с алхимиком Лином насчёт его изысканий огнеупорных материалов и производства медикаментов…
Верёвочкин хорошо подсуетился и вскоре было представлено два парня примерно того же возраста, что и покинувшие меня «просветители». Этих звали Карп и Римма. Нормальные имена. Что здесь такого? Если кто скажет, что Римма — женское имя, то будет прав лишь отчасти, поскольку таковым оно, наряду с Инной, в моём предыдущем мире стало лишь из-за окончания а, обычно считающимся женским.
Парням заранее было объяснено их двойственное положение, дабы они не думали, что теперь можно целыми днями сидеть в моих комнатах и бездельничать, пока я ношусь как угорелый по столице в понятном желании заработать несколько монет.
— Вы твёрдо это усвоили? — как можно суровее спросил я. — Можете делать во дворце что угодно, лишь бы это было на пользу. Но учтите, что прикрывать я вас за слишком большие косяки не буду. Кстати, знаете, что означает в вашем ведомстве слово ‘косяки’? Ага… Ну и хорошо. Первым делом идёте сейчас на кухню и знакомитесь как можно с большим количеством работников. Все должны вас знать, дабы сервировать мне еду ещё не остывшей и без очереди. Ну а потом посмотрю, кто из вас лучше пуговицы сможет застёгивать, а кто — аккуратно гладить утюгом бельё.
— Гладить? — удивился Карп.
— А что ты думал? — я даже не подумал рассердиться. — Будешь бегать по коридорам в поисках девицы, умеющей управляться с утюгом? Нет, дудки! Бегал один такой… Пока со служанкой миловался, утюг мне камзол прожёг насквозь. Всё будете учиться делать сами, поскольку и в походы со мной ходить начнёте.
Парни заметно скисли. Ага, думали, что работа во дворце — мёд? Ещё наплачетесь у меня…
За всеми этими важными и неотложными делами неожиданно наступил день ежегодного осеннего бала. Ну, один день можно и потерпеть наплыв посетителей. Тем более, что их на верхние этажи, как и ранее не пустят. Правда, мне придётся там весь вечер пробыть, показывая, как наследник престола интересуется жизнью подданных и не чурается общения с ними. Только надо будет запастись несколькими парами перчаток, чтобы не держать руки в мокрых от потных тел партнёрш по танцам.
На этот раз, поскольку год не юбилейный, были в основном дворяне. Лишь пара десятков представителей богатых купеческих семей гордо вышагивали по зале, пытаясь привлечь к себе внимание. Почти все разговоры крутились всего вокруг трёх тем: как рано наступит зима, когда закончится война и где это так долго пропадал наследный принц. Да, именно в таком порядке. Моя личность хоть и интересовала подданных, но не так сильно, как возможные ранние морозы.
Военная же тема оказалась неоднозначной. Большинство поддерживало наши действия в германских землях, а вот меньшинство, те, у кого близкие родственники вернулись ранеными или изувеченными, не были также воодушевлены и задавались логичным вопросом: «А на кой?» Впрочем, возникали они лишь в узких компаниях и где-то в далёких закоулках.
В целом молодёжь танцевала, а старички — играли в карты, остальные же интриговали. Некоторые особо много возомнившие о своих семьях матроны в открытую подводили мне своих дочек-племянниц и чуть ли не заставляли пригласить их на очередной танец. Иногда я изволил соглашаться, поскольку мода за прошедший год не изменилась, и свободные покрои тонких
