Читаем без скачивания Охота без милосердия - Майкл Утгер

– Вы, мистер, вероятно, бизнесмен и не черта не смыслите в психологии гангстеров, – деловым тоном продолжил долговязый. – С юга все Штаты блокированы войсками и полицией. До Кубы добираться через весь континент с севера на юг. Проскользнуть незамеченной такой путь самой популярной банде в стране невозможно! Их знает каждая собака!

Крис взял свой стакан и сел на табурет между долговязым и рыжеволосой.

– Какой выход вы предлагаете?

– Канада! Вот он, Мичиган! На катере опасно, но на аэроплане вполне реально его пересечь незамеченным.

– Интересная мысль. Но примитивная. Так думает и полиция, и граница с Канадой хорошо укреплена. Его там и ждут. А потом вы забыли, что Дэйтлон рисковый малый. Вряд ли он пойдет по легкому пути.

– Куда же делся этот рисковый малый? – возмутился очкарик. – Банки ломятся от денег! Он лишь пощекотал им пятки и смылся. Струсил! Нагадил в углу, как пес, и спрятался под стол!

Дэйтлона передернуло от этих слов.

– Это точно! – подала голос плоскогрудая девица, и ее подбородок опять ударился о ключицу.

– А если он в городе? – спросил Крис.

– Черта с два! – возмутилась рыжая. Она взглянула на Дэйтлона, пытаясь удержать его в фокусе, но это была для нее непосильная задача. – Он должен был проявить себя, если он в городе! Обязан! Что же он за Дэйтлон, если сидит в кустах?! Все? Был и нет? Не может такого быть!

– А вам нужен прощальный поклон со свистком?

– Конечно. А то что же получается? Это равносильно тому, как выйти из кинотеатра в середине фильма. Прерванный полет!

– Прерванный полет – это смерть! Не так ли, мисс?

– Смерть?! Согласна! Но где она? Не вижу. Смерть – это тоже точка. В данном случае закономерная точка…

– Нет! – оборвал подружку долговязый. – Смерть для Дэйтлона – это восклицательный знак. Это его бессмертие! Развязка должна быть эффектной, иначе все труды напрасны!

– Ты прав, Лу! – раздался голос за спиной. Все оглянулись, кроме худощавой. Она попыталась это сделать, но ее локоть соскочил со стойки, и она упала с табурета. Ей повезло, ее поймали.

К стойке подошел опоздавший член компании, он и подобрал несчастную с пола.

– А, вот и Кэрр! Главный консультант по Дэйтлону! – гордо произнес очкарик. – Знаете, мистер, этот человек брал интервью у Дэйтлона!

Крис старался не смотреть в лицо Кэрра. Он понимал, что парень очень внимательный и может узнать его по глазам.

– Ну, если бы такое интервью проходило, то его бы опубликовали.

– Вы правы, – сказал Кэрр, устраиваясь за стойкой. – Но не каждое интервью публикуют. Ублюдки из ФБР арестовали тираж. Но мне удалось припрятать несколько номеров. Ребята видели. Один я храню для Дэйтлона и собираюсь ему вручить на следующем интервью. Правда, не уверен, что оно состоится. Наш герой дал деру!

– Вы тоже в этом уверены? Кэрр пожал плечами.

– Мне кажется, я вас знаю. Вы журналист?

– Нет. Я эксперт по банкам из Нью-Йорка. Меня вызвали на консультации по сигнализации. Натан Эйслер, если не возражаете.

– Поздновато приехали, мистер Эйслер. Заваруха уже кончилась. Еще месяц назад здесь был фейерверк, а сейчас публика умирает со скуки. Только и разговору о том, что Рузвельт надрывает пупок, чтобы выйти из кризиса.

– Вы считаете, что с Дэйтлоном покончено?

– Нет. Я так не считаю. Мое мнение особое. С Дэйтлоном покончить нельзя. Я так думаю, что он остался один. Никому не известно, скольких его рейнджеров перебили во время большой охоты. Такая ситуация может его заставить уехать из страны.

– Я читал ваши репортажи, мистер Кэрр, в них есть проблески здравого смысла, но сейчас вы меня удивили.

– Напрасно, мистер Эйслер. Я еще не поставил точку. Главный репортаж впереди.

Бармен поставил возле Кэрра две рюмки. Одну он выпил сразу, вторую взял в руки, но не торопился ее прикончить.

«Все же удобно иметь другое лицо, – подумал Крис. – Но как вернуть то, которое потерял? Человек без лица – это все, чего он добился!» – вот что его испугало. – «Сколько труда, энергии, напряжения и в итоге? Фильм с обрезанной концовкой. Они ему не простят этой ошибки».

– Вы недовольны таким оборотом, мистер Кэрр?

Репортер усмехнулся.

– Конечно. Я часто в своих репортажах сравнивал войну гангстеров и полиции с футбольным матчем. Когда играют две команды в полную силу, то болельщики на стадионе замирают. Мы видели, как тренированная знаменитая сильная команда проигрывает неизвестной, но ловкой и хитрой команде новичков. Но зрителя нельзя обманывать. Он должен точно знать, кто выиграл, а кто проиграл. А в данном случае на арену выходит судья и говорит: «Команда новичков, ведущая со счетом десять ноль, на второй тайм не выйдет. Победа присуждается команде профессионалов!» Абсурд Нонсенс! И просто глупость.

– Ваши друзья уже говорили о развязке, но они приводили в пример синематограф.

– Репортерская гордость. Не хотят использовать термины коллег. Но суть одна, как ни крути! Дэйтлон ушел с поля непобежденным, но он всенародно признан трусом! Закономерное заключение.

– Да вы жестокие люди! Компромиссов для вас не существует.

– Конечно. О каких компромиссах могла идти речь, когда Дэйтлон полгода назад захватил арсенал с оружием на целый полк агентов ФБР? Он что, в тот момент готовился к компромиссам? Сказал "а", скажи и "б".

– Но Дэйтлон не может победить всю страну.

– Конечно. Я ответил вам на заданный вопрос. Ответил, как болельщик. А вы рассуждаете, как адвокат Дэйтлона. Но мне кажется, что он не нуждается в адвокатах. Кроме него, никто его вопросов не решает.

– Вы перегибаете палку. Я не на стороне Дэйтлона. Я сбоку.

– Я тоже. Но сейчас ситуация изменилась. Дэйтлона нет. Он прошел, как ураган в ясную погоду, и вновь наступила тишина. Многие стали задаваться вопросом, а был ли он вообще. Дэйтлон – это явление. Он может быть очень убедительным, осязаемым, видимым, а может превратиться в мираж, в туман. Чтобы эта легенда продолжала жить, она требует постоянного присутствия. Но это невозможно. Это чревато неизбежной гибелью. Дэйтлон не глуп и знает, что у него есть выбор. Либо уйти, но как мираж, либо жить, но недолго и погибнуть.

– Любопытная трактовка. Ну что же, всего наилучшего. Удачи вам. Извините, но меня заждалась моя дама.

Дэйтлон встал с табурета и направился к столику, где его ждала обиженная Шерри.

Сделав несколько шагов, он остановился и, оглянувшись, сказал:

– Извините, мистер Кэрр, на секундочку.

Кэрр удивился, но, остановив друзей, подошел к новому знакомому.

– Я бы хотел попросить вас об одолжении. Вы не могли бы мне подарить один номер с интервью?

– Сожалею, мистер Эйслер, но у меня всего три экземпляра, и я не могу этого сделать.

– Хорошо. Я открою вам один секрет. Если моя наводка сработает, то вы мне подарите газету с интервью. Но вы никому ничего не должны говорить. Хорошо?

– Я не разглашаю чужих секретов.

– Отлично. Меня вызывают на утро в Холдинг-банк. Мы установили там новую систему сигнализации.

– Я читал об этом.

– Прекрасно. Но Дэйтлон решил, что ему плевать на сигнализацию. Он в городе и завтра в девять утра возьмет этот банк. Берите фотоаппарат и подстерегайте его в машине напротив банка. Таких кадров никто не имел и иметь не будет. Только не спрашивайте меня, откуда у меня эта информация. Я тоже не привык выдавать чужие секреты. Но помните, если у вас все получится, то один экземпляр газеты с интервью мой.

– Согласен. Но как я вам его передам?

– Я сам вас найду, либо кто-нибудь из моих приятелей попросит у вас этот экземпляр для меня.

– Хорошо. Такая сделка меня устраивает.

Дэйтлон похлопал Кэрра по плечу, улыбнулся и вернулся за свой столик.

Кэрр пил виски и наблюдал, как Эйслер со своей дамой покидают ресторан. Он не мог понять чувств, которые одолевали его. Разговор с Эйслером, обычная болтовня, но что-то она ему напоминала. Настрой! Неуловимая волна недоговоренности. Кэрр решил вернуться домой, и перечитать интервью с Дэйтлоном.

3. В сигарном дыму

Филл с трудом добрался до дома. Вид у него был хуже, чем у бродяги: лицо грязное и исцарапанное кустарником, одежда порвана. Ему повезло, что за рулем самосвала оказался неплохой мальчишка и подбросил его прямо до дома.

Филл прошел в ванную и сунул голову под струю воды. В нем кипела злость, отчаяние, он был в бешенстве.

После охлаждающего водного массажа ему стало немного легче, и он побрел в комнату, чтобы рухнуть в кресло и выпить хорошую порцию джина.

В гостиной его ждал новый сюрприз. В его любимом кресле сидел старик в стоптанных ботинках и грязном мятом плаще и пил его джин. Он хорошо помнил этого старика, он даже вспомнил его имя. С озверелой физиономией Филл подлетел к нему, схватил его за грудки и вырвал из кресла.

– Ты с ними заодно, сволочь! Я выброшу тебя в окно, ублюдок! Мерзавец!

Малик выхватил из кармана пистолет и приставил ствол к животу хирурга.