парашютом из монгольфьера стабильного дохода не приносили.
Но это я отвлёкся от темы. Решено, створки бомболюка открываются, заряды устремляются к земле, «верёвки» вырывают предохранительную чеку или заставляют сработать тёрочный заряд. Каким сделать запал? Ладно, этим займутся профессионалы. Напрягу генерал-губернатора Гродекова, тот лучше знает, кто может заняться этой проблемой во Владивостоке.
С этими мыслями я дошёл до двери в кабинет начальника Владивостокского порта контр-адмирала Гаупта, который должен будет организовать процесс по изготовлению бочковых бомб. Потом мне к коменданту крепости генерал-майору Воронцу. Дмитрий Николаевич совместно с начальником жандармской крепостной команды ротмистром Радиевским должны будут обеспечить безопасность и охрану эксплуатации дирижабля на уже создаваемом причале и ангаре для него. Нельзя забывать и о том, что вместе с этой вундервафлей приезжает и великий князь Александр Михайлович, который, между прочим, не только Романов, но и любимый зять, и ближайший соратник императора. В общем, дел выше крыши, а времени – в обрез.
* * *
– И взял Ангел кадильницу, и наполнил ее огнем с жертвенника, и поверг на землю: и произошли голоса, и громы, и молнии, и землетрясение, – тихо произнёс генерал-губернатор Гродеков, после чего снял фуражку и начал креститься, что-то шепча про себя.
За Николаем Ивановичем, сняв головные уборы, в полной тишине начали креститься и остальные присутствующие на командирском мостике броненосного крейсера «Рюрик».
Картина, открывшаяся перед ними, и вправду напоминала местный Армагеддон. На остров Фуругельма в заливе Посьета было сброшено с дирижабля десять зажигательных бомб, большинство из которых взорвались в воздухе на высоте около двухсот метров, или ста саженей. В результате остров площадью в две с половиной версты превратился в один сплошной костёр.
Пролившийся огненный дождь, вид горящей воды вызвали у Гродекова ассоциации с пророчествами Иоанна Богослова. Признаться, я и сам не ожидал такого эффекта. В общем, можно сказать, что сегодня, 6 мая 1904 года, в день Вознесения Господня, прошло удачное испытание нового оружия – зажигательной бочковой бомбы. И это испытание оказало очень сильное впечатление на членов приёмной комиссии, собравшейся на палубе крейсера «Рюрик».
Сухопутное, морское, а теперь ещё и воздушное командование во Владивостоке решило совместить два дела разом: испытание бомбы и ходовые испытания «Рюрика» после ремонта.
И вот крейсер в окружении пяти миноносцев стоял на якоре в двух милях от острова, на который обрушился огненный дождь, вгоняя в шок наблюдателей. Жалко, что Сандро видит эту картину сверху, из дирижабля, так и не смог я его убедить, что с корабля вид будет более зрелищным. Хотя, может быть, я и ошибаюсь.
Великий князь Александр Михайлович стал полным фанатом воздухоплавания. Кроме полётов на дирижабле он уже успел полетать на экспериментальных моделях У-2 и совершить пять прыжков с парашютом. Всё, что связано с авиацией, стало у него идеей фикс. Благодаря его напору за полтора месяца после его приезда во Владивосток удалось всё подготовить к воздушному налёту на Японию.
Сегодняшнее бомбометание на безлюдный остров стало последним этапом перед бомбардировкой порта Отару. По полученной радиограмме послезавтра к Владивостоку подойдёт объединённая эскадра адмирала Макарова, после чего начнётся подготовка к десанту на Хоккайдо. Высадка планировалась в порту Отару, откуда десант, используя железную дорогу, должен был проследовать в Саппоро и другие крупные города Хоккайдо.
За сутки до интервенции на японский остров Сандро проведёт сброс шестидесяти двадцативедёрных бочковых бомб на порт Отару. Судя по всему, мне придётся лететь с ним, чему я не особо рад. Соседство зажигательных бомб и водорода заставляет меня чувствовать себя неуютно в дирижабле.
Про гелий пока речь не идёт. Нет отработанной технологии его получения в промышленных масштабах, да и, насколько я помню, в России залежи природных газов с содержанием гелия имеют низкую его концентрацию, не больше 0,1 %. Соответственно, себестоимость этого газа будет очень высокой. Это, кстати, и привело к тому, что в начале ХХ века летательные аппараты такого типа на самом взлёте своей популярности были оставлены в ангарах, а затем и вовсе забыты.
Небо было полностью отдано самолётам, хотя на тот момент времени грузоподъёмность дирижабля была значительно выше, чем у самолёта. Например, средний дирижабль объёмом 22 000 кубических метров мог нести восемь тонн груза. Самый крупный самолёт «Илья Муромец» брал на борт всего 1300 килограммов полезной нагрузки.
Именно во время Первой мировой войны встал вопрос безопасности дирижаблей и себестоимости добычи гелия. Позже в Германии нашли способ добыть первые объёмы газа из монацитового песка, но этих мощностей явно было недостаточно. Их не хватило, чтобы применить гелий для своего знаменитого «Гинденбурга». Этот дирижабль, который немцы строили с 1931 по 1936 год, имел объём в 190 000 кубических метров. Германия хотела приобрести гелий в США, но те ввели эмбарго на его экспорт. Именно это и привело к тому, что «Гинденбург» наполнили водородом, а дальше произошло то, что произошло.
В самом начале двадцатых годов двадцатого века в США создано и функционирует специальное хранилище гелия – «федеральный запас гелия». Этой стране очень повезло с их природным газом, в котором доля гелия доходит до пяти процентов. Объёмы добываемого в США гелия могли бы поддерживать строительство всех дирижаблей Земли, но вот что удивительно, США никому не продавали этот газ с самого начала его добычи. Ни когда он был необходим для дирижаблестроения и военных целей, ни по последний день моего пребывания в прошлом-будущем. Вот такая интересная тема к размышлению и задача на будущее.
– Господа, скажу, что это ужасное оружие. Не хотелось бы мне когда-нибудь оказаться под его воздействием, – прервал мои мысли генерал-губернатор Гродеков, продолжая смотреть на бушующее пламя с огромными клубами дыма на острове. – Честно скажу, мне жаль японцев.
С этими словами Николай Иванович повернулся к командиру крейсера и произнёс:
– Евгений Александрович, дайте команду кораблю следовать во Владивосток.
* * *
– Примерно через час будем на месте. Отдохну немного, – произнёс Сандро и сел рядом со мной в кресло.
Я достал часы, открыл крышку и посмотрел на циферблат. Одиннадцать часов и двенадцать минут мы находились в воздухе, следуя по курсу Владивосток – Отару.
Надо сказать, что воздушный корабль получился очень даже ничего. Жёсткий деревянный каркас – это пока. Менделеев получил задание от императора, которого уломал Сандро, создать в России производство дюралюминия.
В начале прошлого года попалась мне на глаза информация из отдела аналитики по мировым научным изысканиям, что германский инженер-металлург Альфред Вильм установил, что сплав алюминия с добавкой четырёх процентов меди после резкого охлаждения, находясь при комнатной температуре в течение четырёх-пяти суток, постепенно становится более твёрдым
