Читаем без скачивания Анжелика и принц (СИ) - Кальк Салма

Но он согласился лишь однажды, только один человек сумел его убедить. И - не наградами и не дарами, но интересной постановкой задачи.

Да, награды и дары очень долгое время не интересовали Жиля совершенно. Ну подумаешь - золото, для чего оно, есть его, спать на нём? Так нет ведь. Поэтому - без надобности.

А вот женщины - интересовали, и даже очень. Его первой любовью была девчонка-ведьма из деревни, соседней с Лимеем, она славилась тем, что могла заговорить погоду -приманить дождь, когда это надо, и отвести град от полей, и призвать солнце. Жиль тогда ничего этого ещё не умел, зелёный был совсем, но та девчонка Маржолен что-то в нём разглядела. И учила его... разному. И тонкостям дружбы со стихией, и радостям плотской любви. Правда, однажды она исчезла, и никто не мог сказать - куда. Пришлось жить дальше - вместе с ветром.

А дальше случались и девы, и дамы, и босоногие девчонки, и неверные жёны правителей далёких земель. Они приходили и уходили, не сказать, что не трогали его сердце совсем, но - той остроты чувств, что складывалась из женской привлекательности и сходных магических сил, он больше не встретил ни разу.

Его утешало то, что ему, всё же, повезло, и он такое хотя бы видел и раз испытал, а другие могли и не встретить вовсе. Вроде братца Франсуа, правильного до тошноты, который женился на такой же правильной деве, и что из того вышло? Ничего особенно хорошего. Новый Лимей, правда, неплох, и сады вокруг него тоже хороши, но вот с наследниками у братца не задалось.

Впрочем, у Жиля и вовсе никаких наследников не было.

Когда он задумался о том, что неплохо бы попробовать повторить в потомстве его дарования? Правда, память услужливо подсовывала ему брата и сестёр, несхожих между собой и не похожих на родителей. А у некоторых одарённых приятелей дети рождались и вовсе без магической силы. Поэтому следовало положиться на волю всевышнего, но как раз этого-то Жиль и не умел. И его путешествия, кроме того, что ему было просто приятно и интересно путешествовать, имели цель - больше узнать о магической силе как таковой, и о способах её передачи.

Он не гнушался никаких проявлений магии - пробовал всё, с чем встречался, и что давалось ему хоть как-то. Г оворил себе - что он в первую очередь учёный, исследователь, а потом уже - Жиль де Роган, франкийский принц. К слову, быть принцем могущественного государства оказалось неплохо и в странствиях - к нему относились с уважением, его приглашали в приличные дома, его кормили и поили - в общем, его путешествия были достаточно приятными.

Конечно, осечки случались, не могли не случаться - из-за женщин, из-за того, что не все хотели делиться секретами, просто из-за непонимания и недоверия к чужаку. Не зря он вернулся домой хромым и с покорёженным черепом. Но - мог и не вернуться, поэтому -спасибо тебе, господи, что оставил в живых.

И чего он вернулся-то вообще? Может, стоило осесть на далёком Востоке, в горах, что подпирают небо вершинами, над которыми такой ветер - никакому морю не снилось, и слушать песню этого ветра вечно? Так нет же, потянуло домой. Увидеть стены преображённого Лимея, посмотреть на брата и сестёр, и на их потомство тоже посмотреть. Вдохнуть запахи лимейских роз. Искупаться в озере.

Да в конце концов, взять себе магически одарённую жену и породить магически одарённых детей. Что он, хуже других, что ли?

Не хуже, нет. Просто - другой. За годы вдали от родных земель он настолько изменился, что стал другим. Или - это они все изменились, а он - нет? Или - изменились вообще все, и точка, и ничего с тем не поделать?

Жиль не застал в живых не только отца - это было ожидаемо, но и старшего брата. Франсуа скончался за два года до его возвращения и передал дела и наследство единственному выжившему сыну, мальчишке, уже девятнадцатилетнему, по слухам -очень неплохому бойцу, посредственному магу и безупречному сеньору обширных земель Роганов. Сестрица Анриетта перенапряглась в магическом бою, и едва носила ноги. И только сестрица Катрин, самая старшая, процветала - муж-маршал, шестеро одарённых детей, а от старших детей - уже внуки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Оказалось, что у Жиля тоже есть какая-никакая собственность. Небольшой дом в столице и небольшой замок Акон неподалёку от Безье, где проживал его старинный, с юности ещё приятель граф Флориан. Увы, собственность нуждалась в твёрдой руке, а Жиль обеспечить таковую все эти годы не мог. Замок ветшал, столичный дом держался лучше, но - разве это владения для принца из семьи Роганов, который объехал полсвета, вышел живым из таких передряг, которые здешним лягушкам и не снились, и сам по себе - маг невероятной силы и весьма обширных способностей и умений?

Новую жизнь, будь она неладна, нужно было с чего-то начинать. Жиль даже подумал, что зря не накопил больших богатств в своих странствиях, но ему была неприятна сама мысль о том, чтобы что-то копить, или служить кому-то за деньги. Он служил, бывало, но - из интереса или если не было другого выхода. И считал, что для принца это единственно верный вариант. Но теперь вдруг оказалось, что нужны деньги - нанимать слуг, ремонтировать все эти клятые замки и дома, и что там ещё с ними делают? Деньги были -что-то оставил ему отец, что-то дожидалось его с тех пор, пока он ещё не отправился в путешествие, и всё же какие-то подарки и подношения за службу он тоже принимал, другое дело, что - можно было принимать больше, сейчас он понимал это очень хорошо. Ему хотелось жить на широкую ногу, но как это устроить, он себе не представлял.

Жиль переговорил с роднёй - то есть с сёстрицей Анриеттой и ещё с сестрицей Катрин, и встретился её мужем. Все они приняли его довольно радушно, и все предлагали гостить в их домах, сколько понадобится, но разве ж он вернулся для того, чтобы гостить? Нет, он желал быть уже хозяином, наконец. Только с какой же стороны за это взяться?

Наверное, было бы правильно встретиться с племянником Анри и осмотреть его владения - раз в них всё хорошо. Сестрица Катрин говорила, что у племянника, кроме прочего, отличный управляющий, он может подсказать и посоветовать. Но идти за советом к племяннику? К мальчишке? Ему, Жилю де Рогану? Не дождётесь.

Вот если бы сам пришёл и всё принёс - другое дело. Или хотя бы просто поделился.

Идея возникла в ночной пьяной беседе с дражайшим соседом и приятелем юности -Флорианом де Безье. Убить двух зайцев - получить часть семейного имущества Роганов и жениться на дочке того же Флориана, за которой тот давал недурственное приданое, и вполне готов был вручить её Жилю - как-никак, принц Роган, хоть и помятый жизнью, зато кровь - не водица, да и силы магической накопил немеряно. Конечно, дочка Флориана в магии была ни в зуб ногой, но был шанс на то, что сила передастся через поколение. Зато она была красавица, эта юная Анжелика. Правда, Жиль ей ощутимо не понравился, но - кто ж вас, сударыня, спрашивать-то будет?

Дальше следовало заявить претензии на исконные земли Роганов. И для того они с Флорианом придумали завещание братца Франсуа. Якобы, кто женится на деве Безье - тот и наследник. Жиль даже при дворе потряс этой бумаженцией. Уж конечно, два отличных мага сделали так, что до правды там не докопаешься, хоть на первоэлементы эту бумагу разбери, да кто бы взялся, что называется.

Племянник Анри, прослышав про такое дело, резво прискакал жениться. Держался хорошо - как вельможа, деву очаровал, да так, что она заголосила и потребовала от отца, чтоб разрешил ей племянника, а не дядю. Правда, отец не разрешал, но дева стояла на своём - топала ножками и рыдала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тогда подумали вместе с отцом девы и придумали так: пригласить Анри, пригласить его, Жиля, и чтоб оба погостили подольше. И тут уже Жиль не сомневался, что сможет очаровать юную деву, просто потому, что умеет это делать, а какие там умения у двадцатилетнего юнца, который во всём похож на братца Франсуа, такой же каменный и холодный?

А ещё он совершенно случайно, на попойке в столице с некоторыми приятелями юности, узнал, что сынок Безье, Антуан - на самом-то деле вовсе не Безье, а бастард покойного короля. Это были великолепные, прекраснейшие сведения, и источник не лгал и не заблуждался - такое Жиль проверял на раз, а проговорился один из ближних людей его покойного величества, бывший в курсе его любовных похождений. Но тут Жиль сделал ошибку. Нужно было молчать и донести эти сведения до Флориана, а потом уже вместе подумать, как их лучше применить. А Жиль решил сделать Антуана дрянным, но сторонником, и попытался запугать его - сказал, чтоб уговорил сестру отказаться от Анри и согласиться на него, а не то он расскажет всем, кто был отец того Антуана, и начнёт с Флориана де Безье. И похоже, щенок Антуан испугался. Или у Флориана были могущественные враги, о которых он ничего не рассказал Жилю.