5) Задержка кампании дала русским время для полной мобилизации, которая должна быть закончена к 15-му августа».
«Источник, обычно дающий нам точную информацию о немецких планах, в конце июля сообщил, что решение немецкого верховного командования продвигаться до Урала, помимо военных соображений, базируется на важности приобретения богатых источников минеральных масел, в особенности в районе Оренбурга, который до сего времени полностью не эксплуатировался русскими».
Начальник разведу правления НКВД Союза ССР
(Фитин)
№ 5
Копия
Совершенно секретно
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ ОБОРОНЫ СССР т.т. СТАЛИНУ, МОЛОТОВУ, БЕРИЯ
НКВД СССР т. МЕРКУЛОВУ
28 августа 41 г.
Сообщаем содержание телеграммы министерства иностранных дел Англии от 18 августа с.г., адресованной английскому послу в США. Содержание телеграммы получено Разведуправлением НКВД СССР из Лондона агентурным путем.
«На параграф 3 Вашей телеграммы № 3708 от 8 августа.
1. Наше отношение к русским целиком строится на строгом взаимном базисе, для того, чтобы заставить их показать нашим представителям в России свои военные заводы и другие об’екты, в которых мы заинтересованы. Пока что русские у нас почти ничего не видели. В ближайшее время им будут показаны заводы, выпускающие стандартную продукцию, однако на экспериментальные об’екты они допущены не будут.
2. Начальники штабов установили порядок, в качестве общего принципа для руководства всем ведомствам, согласно которого русским можно давать только такую информацию или сообщения, которые если бы даже и попали в руки немцев — ничего бы не дали им.
3. С другой стороны, мы уже послали русским некоторые секретные материалы. Ясно, что имеются некоторые заводы, куда они могут быть безопасно допущены.
4. Изложенное выше может быть использовано для общего руководства, в случае если предложение, на которое Вы ссылаетесь в параграфе 1, реализуется.
Мы надеемся, что американские власти не пойдут дальше тех лимитов, которые мы сейчас соблюдаем».
Начальник разведуправления НКВД СССР
(Фитин)
№ 6
Копия Сов. секретно
т. СТАЛИНУ, т. МОЛОТОВУ, т. БЕРИЯ, т. МЕРКУЛОВУ
28 августа 41 г.
Сообщаем запись беседы министра иностранных дел Англии ИДЕНА с польским послом в Лондоне от 18 августа с.г. Запись беседы получена Разведуправлением НКВД СССР из Лондона агентурным путем.
«1. Сегодня днем, по поручению генерала СИКОРСКОГО[81], ко мне приходил польский посол в Лондоне, с тем, чтобы переговорить о трудностях, с которыми приходится встречаться польскому правительству, в результате заключения советско-польского соглашения и последних событий.
2. Он сказал, что поскольку, вероятно, в ближайшее время, ему будет поручено руководство внешней политикой Польши, он попытается сейчас подробно охарактеризовать мне эти трудности. Польское общественное мнение, как здесь так и в Польше, несомненно было встревожено заключением советско-польского соглашения. Поляки вообще рассматривают вступление СССР в войну как положительное явление, не только потому, что эта война ляжет тяжелым бременем на немецкие ресурсы, но и потому, что СССР, в результате ее будет ослаблен. Поляки понимают, что превращение СССР в союзника несколько отбрасывает Польшу и польские интересы на задний план. Говоря откровенно, у поляков сложилось общее впечатление, что заключение советско-польского соглашения скорее ослабило, чем укрепило позицию Польши против СССР в отношении польских восточных границ. В довершение всего была опубликована об’единенная англо-американская декларация, которая своим подчеркиванием принципа самоопределения разочарует поляков так же и в отношении их западных границ. Данциг несомненно германский город, но по экономическим принципам он важен для Польши и до тех пор, пока немцы будут находиться в Восточной Пруссии, польскую западную границу, с военной точки зрения, почти невозможно защищать. Мораль польского населения все еще не надломлена, однако впервые сейчас появились признаки, что германская пропаганда начинает занимать линию, которая может найти некоторый успех у поляков, то есть, что союзники хотят сделать из Польши русского раба.
3. Посол предложил, хотя он и не хотел в настоящее время настаивать на этом пункте, чтобы правительство его величества выступило бы с каким-либо публичным заявлением или обратилось бы к польскому правительству с представлением, в том смысле, что оно не имеет намерения настаивать на строгом применении принципа самоопределения, за счет исключения других соображений, таких как экономика и оборона. Он вынужден откровенно заявить, что совместная англо-американская декларация вызвала у польского общественного мнения дурные предчувствия.
4. Я сказал графу РАЧИНСКОМУ[82], что мы всегда рады выслушать все, что он может сказать о взглядах польского правительства.
По моему мнению, мало вероятно, чтобы президент и премьер-министр, при составлении своей декларации, имели в виду польские границы. Правительству его величества будет очень трудно наводить сейчас какой-то глянец на декларацию, в смысле желательном для польского правительства, за исключением может быть толкования в самых общих тонах; тем не менее я всегда готов глубже изучить этот вопрос совместно с послом.
5. Граф РАЧИНСКИЙ затем коснулся темы польского внутреннего кризиса, который генерал СИКОРСКИЙ надеялся разрешить очень скоро. Сейчас выяснилось, что включение в состав правительства членов национал-демократических партий невозможно. Генерал СИКОРСКИЙ все еще имеет неприятности с некоторыми своими коллегами, в результате статьи «Таймс» от 1 августа, и если бы я согласился выпустить коммюнике, проект которого граф РАЧИНСКИЙ вручил мне, это помогло бы генералу.
6. Я заявил ему, что хотя и согласен со всем тем, что написано в проекте, однако нахожу не совсем удобным затрагивать вопрос о статье в «Таймс» в официальном публичном заявлении. Тем не менее я могу написать послу письмо примерно того же содержания, что и проект. Я могу также попытаться убедить «Таймс» опубликовать другую статью, которая удовлетворит польское правительство. Я могут также подумать следует ли мне в речи, которую я должен произнести в провинции 30 августа, сказать что-либо, чтобы сгладить впечатление, произведенное статьей «Таймс». После этого я продиктовал и дал ему мое письмо, копия которого прилагается…».
К записи беседы приложен проект коммюнике и копия секретного письма, врученного СИКОРСКОМУ ИДЕНОМ. В обоих документах речь идет о том, что «Таймс» не является правительственным органом и не отражает официальной точки зрения британского правительства.
Начальник разведуправления
НКВД СССР (Фитин)
№ 7
Сов. секретно
СООБЩЕНИЕ РЕЗИДЕНТУРЫ ИЗ АНКАРЫ ОТ 30 АВГУСТА 1941 г.
Надежный источник сообщил, что Германия и Турция ведут переговоры о военном соглашении и что считают вполне вероятным поездку в ближайшее время турецкой военной делегации в Берлин. Предметом особого обсуждения между двумя правительствами являются проливы и независимость Кавказа. Немцы требуют, чтобы английские силы в случае окончательного соглашения Англии с СССР ни в коем случае не были бы пропущены через Турцию и проливы и чтобы турки приняли на себя активную роль в организации движения за независимость Кавказа и особенно Азербайджана.
Исмет (имеется в виду президент Турции Исмет Иненю. — Прим. ред.) ищет повод и причины к тому чтобы нарушить союзный договор с Англией. Однажды в присутствии председателя Меджлиса Ренда, председателя независимой группы Рана Тархана, бывшего начальника кабинета премьер министра Ведит Узгторена, Исмет высказал следующую мысль: «От англичан нельзя ожидать какой-либо пользы, было бы хорошо если бы они нажали на нас по какому-либо вопросу и мы, используя этот предлог, расторгли бы наш договор».
№ 8
Копия Сов. секретно
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ ОБОРОНЫ СССР товарищу СТАЛИНУ, товарищу МОЛОТОВУ, товарищу БЕРИЯ
НКВД СССР — тов. МЕРКУЛОВУ
7 сентября 41 г.
Сообщаем содержание телеграммы английского посла в США за № 3893 от 22 августа с.г., адресованной английскому министерству иностранных дел. Содержание телеграммы получено Разведывательным управлением НКВД СССР из Лондона агентурным путем.
«В дополнение нашей телеграммы № 3892. Нижеследующее о содержании второго меморандума, врученного РУЗВЕЛЬТОМ японскому послу.
Вначале говорится о возможности встречи ответственных членов правительства с целью обсуждения средств, которые могли бы улучшить отношения между обеими странами. Этот вопрос был поднят японским послом 8 августа во время его беседы с американским министром иностранных дел. Также делается скидка на пожелание, выраженное японским послом во время его посещения американского министра иностранных дел 16 августа с.г. Смысл этого пожелания сводится к тому, что неофициальная беседа, успешно проводившаяся обоими правительствами и направленная к установлению наличия базы для переговоров относительно мирного соглашения, разрешающего всю тихоокеанскую ситуацию, должна быть возобновлена.
