в часовых поясов. Я умылась, сняла платье и бережно устроив его на плечиках в шкафу, переоделась в хлопковую ночную сорочку, обнаруженную там же. Она по фасону тоже будто сошла из какой-то девичьей грезы – пышная, с рюшами и в цветочек. Мило.
Заснула я быстро…
Это был один из тех снов, которые тебе неподвластны. И приходится наблюдать за происходящим не в силах что-то изменить.
А я вот решительно что-то бы поменяла. А лучше все!
Потому что в моем сновидении это я, а не Эва, стояла у алтаря в храме Единого. На меня лились благодатные лучи, отчего мои волосы выглядели как огонь, а платье – белое пышное, сотканное из кружева, то, о котором я всегда мечтала, будто искрилось. Наверняка со стороны безумно красиво… Но не это занимало мои мысли.
А жених. Идеальный, одетый с иголочки, с собранными черными волосами и зелеными, как летняя листва, глазами.
Лорд Рейанар Рейвенс собственной (хотя я теперь в этом сомневаюсь) персоной.
И вот со смены жениха я бы и начала. Да хоть на того же мэра! Потому пока сновидение походило на кошмар.
– Согласна ли ты, Адель Норил тэ Харвис связать свою жизнь с этим мужчиной? – прозвучал откуда-то голос священнослужителя.
Откуда-то – потому что определить это было невозможно. Зал был пустым. Ни гостей, ни духовников – только мы с магистром стояли напротив друг друга, держась за руки.
И даже разорвать прикосновение не получалось.
– Согласна, – это был мой голос, но я совершенно точно хотела открыть рот и сказать – «нет».
– Согласен ли ты, Рейанар Рейвенс, связать свою жизнь с этой женщиной, стать ее защитником и идти с ней до конца своих дней?
– Согласен, – твердо произнес Рей.
Благодатные лучи, которые спускались со свода огромного храма, стали ярче. Затем в воздухе поднялись искры и лепестки красных роз. Мне подумалось – как же это пошло! Красные лепестки в белом храме как-то даже кощунственно смотрелись.
Картинка поменялась быстро, словно бы предыдущая просто растворилась, а под ней были другие декорации.
И светлый храм вдруг сменился таинственным полумраком. В комнате было единственное освещение – несколько свеч у столика с вином и фруктами. Но и этого мне хватило, чтобы увидеть большую кровать с деревянным изголовьем с теми же лепестками красного цвета.
К слову, Рейанар перенесся вместе со мной и стоял очень и очень близко. Готовый к продолжению, видимо, свадьбы.
Прелестно!
– Я так этого долго ждал, Адель, – выдохнул он, сжав меня в объятиях.
Я сдавленно крякнула. Именно крякнула, это единственное на что хватило моего протеста. Рею точно больше по душе бы пришелся сдавленный, томный стон. Но нет. Пока можем – будем не романтично кряхтеть!
Широкие ладони мужчины скользнули по талии вниз, к застежке, которая заканчивалась у копчика. Начал медленно расстегивать.
– Какая у тебя нежная кожа, – губы Рея скользнули по щеке вниз, к шее.
Я задрожала, но от страха. Я совсем не готова к брачной ночи. И пусть даже в наведенном сновидении! Только вот магистр ещё одну пощечину, пусть и не по-настоящему, не хотел получить и предусмотрительно лишил меня возможности сопротивляться.
– Только платье совершенно лишнее, – хрипло продолжил одержимый, целуя все ниже и при этом умудряясь расстегивать корсаж. – Ты бы знала, как я об этом мечтал… И во всех моих представлениях всегда была ты, Адель.
А-а-а!
Меня сначала захлестнула паника. А потом закономерно пришла злость.
Вообще-то это мой сон, верно? Тогда какого шуса главная не я, а этот?!
Платье все же грудой ткани сложилось на полу. К счастью, под ним оказалось короткая нижняя сорочка, едва закрывающая бедра, но и этому я была благодарна.
Возмущение и ярость достигли пика, когда меня аккуратненько так уложили на постель, к слову, до сих пор в этих лепестках, а Рей лег сверху, удерживая вес на локтях.
– Знаете, у вас нет фантазии, магистр! – прошипела я ему в лицо, когда он склонился для поцелуя.
Рей удивлённо приподнял бровь. Видимо, не ожидал, что я смогу хоть что-то сказать. Но я не только обрела голос, но и силу – во сне на мне не было браслета и ошейника, которые блокировали магию, и я теперь ощущала, как по венам течёт огонь. Он же обволакивал грудь, мягко и согревающе, но при этом готовый вырваться наружу и жечь дотла.
– Тебе не понравилась спальня? – спросил он, не делая попытки даже слезть с меня.
– Ну что вы, здесь миленько, – я попыталась покрутить головой, но быстро поняла, что мне сегодня хотели продемонстрировать только потолок.
Говорю же – прелестно! Только можно это все для Эвы приберечь, пожалуйста? Так-то она законная жена, пусть супружеский долг отдает. А тот липовый свадебный ритуал в начала сна ничего не значит!
– Тогда что не так?
– Лепестки ужасные, – вздохнула я. – Ещё и красные.
Попыталась оттолкнуть мужчину и подняться, но одним движением он пригвоздил обе мои руки к покрывалу. И недвусмысленно прижался ко мне!
И вроде бы магистр не раздевался – он был занят освобождением меня от пышного платья, но вдруг одежда на нем начала исчезать.
Сначала сюртук. Затем рубашка.
– Только не… – взмолилась я.
И штаны тоже исчезли.
Теперь точно А-А-А!
– Только что, дорогая? – мурлыкнул мне в ушко мужчина, лизнул мочку уха. Поцелуями спустился к… декольте.
– Лепестки все еще ужасные! На таких совсем не хочется отдаваться, – дрожащим голосом выдала я, когда ложе вспыхнуло огнем. Моим, родным! Хоть в этом плюс сна, я понемногу возвращаю контроль не только над телом, но и над магией. Конечно, пока по чуть-чуть, но надеюсь это только начало!
Мне вот мой огонь не мог навредить, Рей тоже в принципе не пострадал и можно даже сказать спас меня – рывком поднял нас в воздух. Затем поставил меня на ноги, а сам с каменным лицом наблюдал, как огонь пожирает кровать.
– Упс, перестарались, – с усмешкой проговорила я. – Хотела только розы, но не рассчитала силы.
Эта сцена, как старые декорации, посыпалась, облезла, и мы оказались в новой комнате. Она в точностью повторяла мою спальню в особняке Харвисов. Я и рот открыть не успела, как меня бросили на кровать.
– Специально выбрал знакомые тебе декорации, – сообщил мне мужчина. – Я слышал, невинные девицы сильно нервничают в первый раз. Поэтому побудем здесь, чтобы ты не сильно волновалась.
– Плохой выбор, – доверительно сказала я и приподнявшись, шепнула на ухо замершего магистра: – Эту кровать выбирал мне лорд Ибисидский. Знаете, не очень этично спать с другим мужчиной на подарке от жениха.
Откровенное вранье, конечно, но мне было ни капли не стыдно. Да и что скрывать – приятно!
На щеках магистра выступили желваки. Аристократ, глядя мне в глаза, сжал мою грудь широкой ладонью и произнес с ухмылкой:
– А мне нравится, – затем взгляд ужесточился и он сцедил: – И запомни, Адель, он тебе никакой не жених! Ты моя – всегда была и будешь! И для тебя же будет лучше, если я в дальнейшем не стану этого повторять.
– Да вы… извращенец! – вспыхнула я в прямом смысле слова – то есть на коже выступили язычки пламени, с удовольствием поглощая заодно и кровать.
Она горела куда сложнее прежней, но треск раздавался очень приятный. Будто сижу у костра, жарю мясо на палочке…
Следующую кровать, на которой я оказалась уже лежа животом, постигла та же участь, несмотря на то, что лорд Рейвенс любезно зафиксировал мои ноги моим телом, а запястья сжал.
Я не стала даже представлять, как мы выглядим со стороны и спалила все.
Потом следующую кровать и ещё одну. Рей злился, но перестраивал полотно снов снова.
А потом меня уронили на шерсть какого-то белого животного, которое было расстреляно на каменный пол в гостиной у большого камина.
– Можешь попытаться спалить, – выдохнул в лицо Рейанар. В его глазах читалось торжество. – Но ничего не получится. Пол каменный, а шкура принадлежит огненному льву.
Я сглотнула ком, подкативший к горлу, когда лорд Рейвенс, крепко держа мои ладони, склонился ко мне. Поцеловал мои сжатые губы.
Во мне схлестнулись паника, страх и злость.
Через пару секунд он прекратил меня целовать, но только потому, что решил снять с меня нижнее платье.
И молитва с губ сорвалась машинально:
– О, Единый, владыка мира этого, душ грешных, спаси и сохрани…
– Серьезно?!
Ну…
