Эгвейн вновь помедлила. Вероятность того, что сейчас Шончан уже знают Перемещение, очень высока. Теперь никто больше не был в безопасности, не важно, как далеко или близко он находился. Если захватчики решат напасть на Тир, её помощи может быть недостаточно, даже если она предоставит Дарлину Врата для возвращения.
От воспоминаний о том, как в плену у Шончан из неё делали дамани, пробирал мороз по коже. Она ненавидела их, чувствуя отвращение настолько сильное, что порой это даже внушало беспокойство. Но для осуществления её планов помощь Дарлина была крайне необходима. Эгвейн сжала зубы и продолжила писать.
«Возрождённый Дракон должен увидеть все наши силы готовыми противостоять его опрометчивому замыслу. Если он увидит нашу нерешительность, мы не сможем убедить его отказаться от своих намерений. Пожалуйста, приведите с собой все свои войска».
Она присыпала письмо песком, свернула и запечатала. Дарлин и Илэйн - правители двух наиболее могущественных королевств. Оба были очень важны для осуществления её планов.
Следующим делом она собиралась ответить на письмо Грегорина дин Люшеноса из Иллиана.
Она ещё не сказала ему прямо, что Маттин Стефанеос находится у неё в Белой Башне, но намекнула на это. Также она переговорила и с самим Маттином, и во время разговора дала понять, что он волен уехать, когда пожелает. Она не станет заводить привычку удерживать монархов против их воли.
К несчастью, сейчас Маттин опасался за свою жизнь в случае возвращения. Он отсутствовал слишком долго и полагал, что Иллиан находится в руках Возрождённого Дракона. Вероятно, так оно и было. Как всё запутано!
Одна проблема за раз. Грегорин, наместник Иллиана, сильно колебался, стоит ли её поддерживать: он, по-видимому, был сильнее запуган Рандом, чем Дарлин, а Шончан для него являлись реальной опасностью. Они практически стояли у ворот города.
Она написала Грегорину решительное письмо, пообещав то же, что и Дарлину. И что, возможно, ей удастся уговорить Маттина держаться подальше (похоже, оба мужчины хотели одного и того же, но она сочла нужным умолчать об этом) в обмен на то, что он приведёт войска на север.
Она поняла, что делает, поступая подобным образом. Она использовала заявление Ранда как красную тряпку, при помощи которой можно объединить монархов и связать их с Белой Башней. Они могли прийти ей на помощь и поддержать возражения против уничтожения печатей, но в конечном итоге они послужат человечеству в Последней битве.
В дверь постучали. Она подняла голову и увидела заглянувшую внутрь Сильвиану. Женщина держала письмо. Оно было туго скручено, чтобы его мог доставить голубь.
- У тебя мрачное лицо, - отметила Эгвейн.
- Началось вторжение, - ответила Сильвиана. - Дозорные башни вдоль границы Запустения умолкают одна за другой. Толпы троллоков движутся вперёд, скрываясь под черными тучами. Война уже в Кандоре, Арафеле и Салдэйе.
- Они держатся? - спросила Эгвейн, почувствовав укол страха.
- Да, - ответила Сильвиана. - Но сведения отрывочны и недостоверны. В этом письме от глаз-и-ушей, которым я доверяю, утверждается, что такой массовой атаки не было со времён Троллоковых войн.
Эгвейн глубоко вздохнула:
- Что с Тарвиновым ущельем?
- Я не знаю.
- Узнай. Позови сюда Суан. Она может знать больше. Сеть шпионов Голубой Айя самая обширная.
Конечно, Суан не могла знать всего, но могла иметь представление.
Сильвиана коротко кивнула. Она не стала указывать на очевидное: сеть Голубых принадлежала их Айя и не могла использоваться Амерлин. Что ж, Последняя Битва была на носу. Нужно идти на уступки.
Сильвиана осторожно закрыла дверь и Эгвейн взяла ручку, чтобы закончить письмо Грегорину. Её прервал ещё один стук, более нетерпеливый. Секундой спустя Сильвиана распахнула дверь.
- Мать, - сказала она, - они заседают. Как Вы и предупреждали!
Эгвейн почувствовала укол досады. Она спокойно отложила ручку и встала.
- Тогда пойдём, поприсутствуем.
Она быстро вышла из своего кабинета, прошла через приёмную Хранительницы, в которой находились две Принятые: только что возвышенная Николь и Нисса. К Последней Битве Эгвейн хотела бы видеть обеих уже носящими шали. Они молоды, но сильны, а нужна будет каждая Сестра - даже такая, как Николь, совершавшая в прошлом ужасные проступки.
Эти двое прибежали с новостями о Совете; послушницы и Принятые являлись наиболее преданными сторонницами Эгвейн, но сёстры часто не обращали на них внимания. Сейчас спешащие на Совет Эгвейн и Сильвиана оставили их сидеть в приёмной.
- Не могу поверить, что они пытаются это провернуть, - тихонько сказала Сильвиана на ходу.
- Это не то, что ты думаешь, - сказала Эгвейн. - Они не попытаются меня сместить. Память о расколе ещё слишком свежа в их головах.
- Тогда почему они встречаются без вас?
- Есть способы противостоять Амерлин, не смещая её.
Уже какое-то время она ожидала чего-то подобного, но предвидение не спасает от разочарования. К сожалению, Айз Седай оставались Айз Седай. Вопрос был только в том, сколько времени пройдёт, прежде чем кто-то захочет отобрать у неё власть.
Они добрались до Зала Совета. Эгвейн толкнула створки дверей и вошла. Её появление было встречено невозмутимыми взглядами Айз Седай. Не все места были заняты, но две трети Восседающих присутствовало. Эгвейн была удивлена, увидев, что все три места Красных заняты. Что же случилось с Певарой и Джавиндрой? По-видимому, их затянувшееся отсутствие заставило Красных действовать. Отсутствующих заменили на Рэхин и Вирия Коннорал. После смерти Аделис и Вандене они остались единственными родными сёстрами в Белой Башне. Странный выбор, но вполне ожидаемый.
И Романда с Лилейн тоже были здесь. Они даже выдержали взгляд Эгвейн. Странно было видеть их здесь заодно со столькими сёстрами, с которыми у них были разногласия. Наличие общего неприятеля - Эгвейн - позволяло залатать множество трещин. Пожалуй, ей это даже должно быть приятно.
Лилейн была единственной представительницей Голубой Айя, и Коричневая тоже была одна - Такима, выглядевшая так, будто её вот-вот стошнит. Смуглая Коричневая отвела взгляд в сторону. Также присутствовало по две Сестры от Белых, Жёлтых, включая Романду, и Серых. Зелёные были в полном составе - трое. Увидев их, Эгвейн сжала зубы. Именно к этой Айя хотела бы присоединиться сама Эгвейн, но именно Зелёные причиняли девушке больше всего горя!
Эгвейн не стала попрекать их за то, что собрались без неё. Она просто прошла мимо них, пока Сильвиана объявляла об её прибытии. Эгвейн развернулась и села на Престол Амерлин спиной к большому окну-розетке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
