И уже сам Шепилов готовил проект печально знаменитого постановления ЦК «Об одной антипатриотической группе театральных критиков». От этого постановления пролегла дорога к намечавшейся Сталиным новой кровавой кампании. Она не состоялась только потому, что Сталин умер…
ПРОГУЛКИ С ХРУЩЕВЫМ
Маленков Дмитрия Трофимовича Шепилова не любил и нашел способ убрать его из аппарата. Появилась бумага, что в редакции главного партийного журнала «Большевик» и в Агитпропе засели приверженцы «врага народа» Николая Вознесенского, бывшего члена политбюро, арестованного по «ленинградскому делу». В эту группу вписали и Шепилова.
Дмитрий Трофимович пишет в воспоминаниях, как пришел к Маленкову:
— Георгий Максимилианович, я вполне допускаю, что мог оказаться неподходящим для работы в Агитпропе. Ну и отпустите меня с миром. Я не цепляюсь за свою должность, был бы счастлив снова оказаться научным сотрудником. Но зачем обвинять меня в том, чего я не совершал?
Маленков ответил ему добродушным тоном:
— Мы давно добираемся до вас. Но все не удавалось. А теперь не сорветесь.
В июле 1949 года появилось решение ЦК «О журнале «Большевик». В нем говорилось и о Шепилове: «Отметить, что тов. Шепилов, как зав. Отделом пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), оказался не на высоте в деле контроля за журналом «Большевик». Указать тов. Шепилову на то, что он совершил грубую ошибку, допустив рекомендацию Отделом пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) книжки Н. Вознесенского в качестве учебника для работы с секретарями райкомов партии и пропагандистскими кадрами. Отменить эти указания как ошибочные».
Осенью Шепилова сняли с поста заведующего Агитпропом. Он несколько месяцев сидел без работы. Обычно за таким увольнением следовал арест. Поздно ночью, когда обычно брали обреченных, он уходил гулять. Бродил вокруг старого здания университета, возвращался домой под утро. Надеялся инстинктивно: вот придут за ним, а его нет. Но его не тронули. Искренность Шепилова произвела впечатление на стареющего и разочарованного в своих соратниках Сталина. Может, поэтому Шепилова и не тронули.
30 января 1950 года ему позвонили из ЦК:
— Завтра к двенадцати часам просьба прибыть на заседание секретариата ЦК.
Его судьба решилась в самом конце заседания. Маленков, который вел заседание, сказал:
— Нам осталось рассмотреть вопрос о товарище Шепилове. Он у нас пока не у дел. А человек он образованный, опытный. Давайте утвердим его инспектором ЦК, а дальше посмотрим. Как, товарищ Шепилов?
Инспекторами ЦК обычно назначали перспективных работников из провинции, которых ждал пост первого секретаря обкома или секретаря ЦК национальной республики, чтобы дать им возможность познакомиться с работой центрального аппарата. О Дмитрии Трофимовиче, как он потом сам узнал, вспомнил Сталин. На заседании политбюро спросил:
— А где у нас Шепилов? Что он делает? Чем занят?
Маленков осторожно ответил:
— Мы все хотели спросить у вас, товарищ Сталин, как быть с Шепиловым.
Вождь действительно не забыл его.
— Мы покритиковали Шепилова. Но он марксистски образованный человек. Нельзя разбрасываться такими кадрами.
Понадобился экономист, способный писать просто и понятно. За год до своей смерти, в 1952-м, Сталин поручил Шепилову написать учебник политэкономии. Шепилов рассказывал потом, что в тот день вечером — это было воскресенье — он с женой был в Театре оперетты. Его нашли в зрительном зале.
— Товарищ Шепилов, вас срочно к телефону.
Он набрал номер секретариата Сталина. Вождь был в хорошем настроении.
— Говорят, вы в театре? Что-нибудь интересное?
— Да, такая легкая музыкальная комедия, — осторожно ответил Шепилов.
Сталин демонстрировал исключительную любезность:
— Если вы в состоянии оторваться, может быть, приедете?
Шепилов с удовольствием засел за приятную для него работу над учебником. Причем Сталин интересовался, как у него идут дела, внимательно читал одну главу за другой, делал замечания, сам правил текст. Работа над учебником шла в идеальных условиях — в Горках в двухэтажном особняке на берегу Москвы-реки, который некогда принадлежал Горькому. Дмитрий Трофимович разместился в комнате, где жил сын писателя Максим, умерший очень рано и при очень странных обстоятельствах…
На похоронах Шепилова академик Леонид Иванович Абалкин, директор Института экономики, в котором когда-то работал Дмитрий Трофимович, говорил:
— Для экономистов старшего поколения имя Дмитрия Трофимовича Шепилова неразрывно связано с выходом первого учебника «Политическая экономия». Это было крупным научным событием и помогло поднять экономическую культуру миллионов граждан.
Леонид Абалкин, надо полагать, преувеличивал научные достоинства учебника, хотя в октябре 1953 года Шепилова избрали членом-корреспондентом Академии наук СССР. А учебник он дописывал уже в кресле главного редактора «Правды». Сталин распорядился включить Шепилова в состав депутатов Верховного Совета СССР. На Х1Х съезде ввел его в состав ЦК. В октябре 1952 года на совещании по идеологическим вопросам Сталин говорил о плохой работе Отдела пропаганды ЦК и редакции «Правды», предложил снять главного редактора Леонида Федоровича Ильичева и создать при президиуме ЦК постоянную комиссию по идеологическим вопросам.
Председателем комиссии назначили Шепилова. Сталин придавал этой должности такое значение, что Шепилову на Старой площади отвели тот самый кабинет на пятом этаже, который считался кабинетом генерального секретаря. Но Сталин им давно не пользовался, потому что перебрался в Кремль.
В ноябре Шепилову позвонил Суслов:
— Имеется в виду назначить вас главным редактором «Правды». Ильичев не справляется с работой.
Шепилов описывал в воспоминаниях свой разговор со Сталиным:
— Мне оказана великая честь работать над учебником политической экономии. Вы говорили, какое огромное значение придает партия его созданию. Мой уход из авторского коллектива может задержать сдачу книги.
Но Сталин сказал, что Шепилов может и работать над учебником, и редактировать «Правду»:
— Разве быть редактором «Правды» — значит торчать в редакции день и ночь? Это совсем не нужно. Редактор должен обеспечить правильную политическую линию. Задавать тон. Остальное должен делать секретариат редакции.
5 марта 1953 года поздно вечером в правдинском кабинете Шепилова собрались известные писатели — Симонов, Фадеев, Корнейчук. Пока они разговаривали, Шепилову позвонили по вертушке. Это было около десяти вечера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
