— О-о!
Айвен выпрямился.
Как и следовало ожидать, призыв к благородству немедленно возымел действие. Это было сильнее логики, требований или увещеваний. Айвен есть Айвен… И Майлз мягко добавил:
— Это все равно что сидеть в тактическом центре.
— Это все равно что сидеть в ловушке! — неудивительно, что Айвен стоял на своем.
— А ты когда-нибудь сидел в тактическом центре, когда отключается питание? Это и есть ловушка. А чувство, что ты всеми командуешь и контролируешь события, — всего лишь мыльный пузырь, иллюзия. Я предпочитаю драться. — Тут Майлз коварно улыбнулся и повел головой в сторону клона. — Тебе не кажется, что Марку просто необходимо изведать твои недавние ощущения?
— Ну разве что поэтому, — проворчал Айвен. — Это, конечно, добавляет привлекательности твоей афере.
Майлз спустился в насосную станцию первым. Ему показалось, что в коридоре уже слышится отдаленный шум шагов. Марк вел себя как перепуганный мальчишка, но в спину ему дышал Айвен, так что выбора у него не оставалось. Но вот и Айвен, шумно сглотнув, опустился рядом с ними. Майлз включил фонарик. Айвен, самый высокий из них, прикрыл тяжелую крышку люка, и они оказались в кромешной тьме.
Распухшие руки Айвена конвульсивно сжимались и разжимались.
— По крайней мере нас тут не слышно.
— А по-моему, тут очень уютно, — повысил голос Майлз. — Будем надеяться, что наши преследователи — тупицы вроде меня. Я-то два раза пробегал мимо дверцы.
Он открыл футляр и настроил приемник на сканирование коридора. Про себя Майлз отметил, что по камере гуляет легкий сквозняк. Если он усилится, значит, по трубам несется вода и надо выметаться отсюда, наплевав на цетагандийцев.
— Что теперь делать? — спросил Марк. Похоже, он уже не сомневался, что попал в ловушку — еще бы, сидит между двумя барраярцами.
Майлз небрежно привалился К скользкой стенке.
— Ждать, конечно. Что же еще. Точь-в-точь как в тактическом центре. В тактическом центре мы только и делали, что ждали. Если богатое воображение, то можно с ума сойти. — Он включил наручный комм. — Ним?
— Да, сэр. Я как раз собирался вас вызывать. — Голос Нима то и дело прерывался, словно он бежал или полз. — Возле седьмой башни только что приземлилась полицейская авиетка. Мы отходим через парковую полосу за барьером. Наблюдатель докладывает, что местные вошли и в шестую башню.
— Что-нибудь получили с комма Куин?
— Она по-прежнему не отвечает на вызовы, сэр.
— А с капитаном Галени удалось связаться?
— Нет, сэр. А что, разве он не с вами?
— Он ушел почти сразу после того, как я потерял Куин. Последний раз я видел Галени на наружной стене барьера, где-то на полпути от башни шесть к башне семь — он искал другой вход. То есть я послал его поискать другой вход. Э-э… как только заметите Галени, доложите мне.
— Да, сэр.
Еще одна беда. Похоже, у Галени неприятности, только вот какие: барраярские, цетагандийские или местные? Их тут целый букет. А может, он все-таки уже был не в себе, когда отправился на поиски? Теперь Майлз жалел, что не оставил Галени при себе. А также о том, что отправил Элли на поиски. Но тогда они еще не нашли Айвена. Нельзя было поступить иначе. Майлзу казалось, что он складывает детскую головоломку из живых крошечных человечков, которые все время убегают и меняют форму… Так, спокойнее. Он здесь не один. Майлз постарался разжать зубы — Марк в страхе смотрел на него. Айвен, съежившись, не обращал внимания ни на что: судя по всему, боролся с недавно приобретенной клаустрофобией.
Но вот сканер засек движущийся объект — кто-то появился в южном конце коридора. Майлз решил, что это цетагандийский стрелок, но только в гражданской одежде. Он сжимал парализатор, а не плазмотрон: видимо, цетагандийцы поняли, что в представлении участвует слишком много посторонних, которым не заткнешь рот старым испытанным способом — отправив на тот свет. Теперь они старались превратиться в невидимок, максимально сокращая масштаб операции. Цетагандиец прошел по коридору еще несколько метров, потом повернул назад и исчез за поворотом.
Не прошло и минуты, как началось шевеление на северном участке — в коридоре показались двое громил. Судя по всему, они крались на цыпочках, причем одним из них был тот самый дурень, который умудрился отправиться на секретную операцию в военных сапогах. Он уже сменил прежнее оружие на более скромный парализатор, но его спутник не успел спрятать нейробластер. Похоже, дело шло к поединку на парализаторах. Ах, парализатор! Великолепное, незаменимое оружие в тех ситуациях, когда нужно сначала выстрелить, а уж потом задавать вопросы.
— Вложи нейробластер в кобуру — вот так, умница, — пробормотал Майлз, когда второй спецназовец поменял оружие. — Выше голову, Айвен! Когда еще ты увидишь такое шоу!
Айвен поднял глаза, и его вымученная улыбка превратилась в нечто мефистофельское. Теперь это был прежний Айвен.
— О, Майлз! Дестанг тебе башку открутит за такое.
— Дестанг и не подозревает, что я имею к этому отношение. Ш-ш. Началось.
Цетагандийский разведчик между тем вернулся. Он сделал приглашающий жест — и второй цетагандиец вышел вперед. В другом конце коридора, пока что вне их поля зрения, прятались трое барраярцев, отрезанных от товарищей кордоном местной полиции. Видимо, они уже перестали охотиться за таинственно исчезнувшей добычей и теперь отступали, надеясь незаметно выбраться из седьмой башни, чтобы избежать объяснения с земными властями. Цетагандийцы, которые видели, как лже-Нейсмит пробегал здесь, все еще сохраняли боевой порядок, хотя их арьергард почти наверняка столкнулся с полицией и отступил.
А где Куин? Если цетагандийцы схватили ее, то сейчас наверняка волокли бы ее за собой. Майлз не знал, стоит на это надеяться или уже нет. Лишь бы она была жива. Правда, это будет дьявольски трудно — вырвать ее из лап цетагандийцев до появления полиции. Сценарий попроще предполагал, что ее парализуют (и арестуют) вместе со всеми, а потом уж можно думать, как вытребовать Элли у полиции. Но что, если какой-нибудь цетагандийский громила припомнит поговорку «Мертвым не больно?» При одной только мысли об этом Майлз похолодел.
Может, бросить в атаку Айвена с Марком? Двое калек и раненый против неизвестно кого — замечательная компания! Нет. Но если бы командовал не он, а кто-то другой, хотя бы Дестанг, что бы придумал этот «кто-то»? На какой безрассудный ход отважится этот «кто-то», если не боится, в отличие от Майлза, рисковать жизнью своих людей? А вдруг его осмотрительность равносильна предательству? И Элли, и дендарийцев…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
