Впереди возникли зазубренные ледяные вершины. При таких температурах вода обрела прочность камня, а из-за малой силы тяжести тектонические поднятия вознесли горы на диковинную высоту. Они казались волшебными пиками из какой-нибудь детской сказки.
Челнок мчался прямо на гряду. Виенанд долго изучала подлетную траекторию, которая отображалась на стеклянном экране в виде тоннеля из прямоугольников, набегавших на модель корабля. Потом она снова посмотрела на горы, но не увидела никаких построек. Возможно, так Серые Рыцари избавляются от непрошеных гостей? Подстроенные катастрофы привлекают меньше внимания, чем необъяснимые залпы орудий.
Лихтер приблизился к скале из темного как ночь льда, превосходящего твердостью гранит. Маргерита затаила дыхание. Когда до склона осталось пятьсот метров, зеленый луч из невидимого источника упал на некрашеные ворота из пластали. Не прошло и секунды, как свет угас и проход исчез из виду. Гора за пеленой углеводородного снега вновь стала абсолютно черной. Виенанд не мешала кораблю лететь прямо на скалу, надеясь, что луч указал ей путь внутрь, а не дорогу к быстрой смерти.
Ворота оказались открытыми. Прожекторы челнока озарили маленький угловатый ангар, способный вместить только один штурмкатер Космодесанта. Громко выругавшись, инквизитор резко вывела носовые тормозные двигатели на полную мощность. Навстречу ей рванулась гладкая ледяная стена, но вдруг корабль замер, и Маргерита больно ударилась о страховочные фиксаторы кресла.
Ипфоэкран замерцал, привлекая ее внимание. Оказалось, что челнок инквизитора поймали в гравитационное лассо, как мяч в перчатку.
— Садитесь, — велел кто-то по воксу.
Виенанд запустила посадочную программу, и лассо отключилось. Через пару мгновений после того, как лихтер коснулся металлической площадки, та поехала вниз по глубокой шахте. Направляющие из закаленной пластали были вделаны прямо в лед, твердый как камень. Границы тоннеля отмечались единственными источниками света за пределами корабля — тускло-желтыми люменами, размещенными через каждые тридцать метров.
Доставив челнок в громадную пещеру, платформа развернулась. Откуда-то снизу донесся металлический лязг. Корабль двинулся вбок, потом назад и остановился в причальном отсеке, вырубленном в толще льда. Все другие ниши занимали «Громовые ястребы» в голубовато-серебряной расцветке.
Маргерита сидела на кресле в фиксаторах, ожидая дальнейших распоряжений.
— Привет, — произнесла она в вокс. — А теперь мне что делать?
Не получив ответа, Виенанд решила выйти в ангар. Внешний термометр показывал минус пятьдесят градусов: не так холодно, как на поверхности, но все еще смертельно опасно.
Инквизитор выдвинула аппарель, расстегнула замки страховочной обвязки и покинула челнок. «Громовые ястребы» дремали в мягком синеватом свете, на их корпусах поблескивала углеродная изморозь. Эмблему на их бортах — распахнутую книгу, пронзенную мечом, — покрывала водяная наледь.
Виенанд заметила еще несколько входов в ангар и корабли иных типов. В недра промерзшей коры Титана вел широкий пандус, испещренный следами танковых гусениц. Маргерита повернулась на месте, ища путь наружу. Не найдя его, гостья направилась к стене пещеры, где отыскала дверь, скрывавшуюся под естественным камуфляжем из инея.
— Это инквизитор Виенанд, я выполнила все инструкции. Вы собираетесь меня впускать?
Маргериту смутило то, как властно прозвучал ее голос в тихом ангаре.
Над выходом зажглись люмены. Дверь раскрылась с протяжным стоном, сбросив на порог пласты льда и снега.
Внутри возвышался космодесантник, подобных которому инквизитор еще не встречала. Воин неопределенного возраста — как и все Адептус Астартес — выглядел даже более почтенным и древним, чем Веритус. Дубленую кожу его лица, загоревшую в лучах бесчисленных солнц, пересекали тонкие морщинки. Складки вокруг глаз (один из них заметно косил — возможно, из-за давнего ранения) указывали на очень долгую жизнь, а во лбу сидело множество штифтов за выслугу лет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Несмотря на гибельный мороз, великан стоял босиком и в простой рясе. При каждом ровном выдохе из его ноздрей вырывались струйки пара. Груз прожитых лет не мешал воину стоять прямо и гордо. Его тело разрослось в процессе улучшения, на гротескно раздутых мышцах рук поблескивали невральные разъемы, но по-настоящему поразил Маргериту пси-потенциал космодесантника.
Хотя Виенанд, в отличие от многих инквизиторов, не обладала псионическими способностями, даже она почувствовала мощь, струившуюся из глаз великана. Вокруг его головы сиял нимб, создаваемый лучами какого-то люмена у него за спиной. Маргериту охватил религиозный трепет: она видела перед собой воинствующего святого, который лишь на один шаг отстоял от самого Императора. Гостья едва справилась с желанием пасть ниц.
— Я — верховный гроссмейстер Янус из Серых Рыцарей, — сказал космодесантник и посмотрел на нее.
Маргерита вздрогнула, ощутив прикосновение его разума к своему сознанию.
— Я инквизитор Виенанд. У меня для вас известия о реорганизации наших ордосов и создании структуры, имеющей особое отношение к вашему братству.
— Зиндерманн говорил мне, что такой день придет. Скорблю о его кончине. Он был моим старым другом, и нам будет его не хватать. Но не стоит жить прошлым. Того, что случилось, уже не изменить; только будущее можно спасти. Чувствую, настало время заводить новых друзей. — Шагнув в сторону, он приветственно раскинул руки. — Можете войти, госпожа инквизитор Виенанд. Идемте, нам многое нужно обсудить.
ГЛАВА 16
Ярость космодесантников На Терру прибыли четыреста Адептус Астартес. По одной роте от двух недавно основанных орденов, Траурных Мечей и Братства Ореола, с которыми летели двести Имперских Кулаков из Первой, Четвертой и Пятой рот. Их уже не встречали толпы на улицах.
— Лорд Тейн, спасибо, что почтили меня, поручив возглавить экспедицию! — Кублик Амар, повелитель Траурных Мечей, не носил шлем, и ему пришлось кричать, чтобы перекрыть рев турбин «Громового ястреба». Транспортник пробивался через атмосферу Терры. — Говорили, что командовать должны вы! Имперские Кулаки одержали множество славных побед со времени падения Зверя!
— Нет, не я, — возразил Максимус. Он надел шлем, и вокс-динамик усиливал его голос. — Вангорич — моя ошибка. Я прибыл исправить ее, но командовать нужно кому-нибудь другому. Мои суждения о великом магистре необъективны.
Кублик снова уселся в десантный ложемент. «Громовой ястреб» лязгал и подскакивал, преодолевая восходящие течения теплого воздуха.
— Вы уже больше века не ступали на поверхность Тронного мира и не могли предсказать, что произойдет. Но, Тейн, благодаря вашим усилиям близится новый золотой век. Если забыть о Терре, то Империум уже оправился от войны. Сотни миров отвоеваны и восстановлены. Армии человечества увеличились в размере и лучше организованы. Новые флоты бороздят звездный океан и варп. У Инквизиции глаза повсюду, она бдительно следит за возникновением угроз. Скоро придет время для крестовых походов, для расширения наших границ во имя Императора.
— Ты все говоришь верно. Но по моей вине пострадали сама Терра и множество других планет. Я не вправе руководить экспедицией.
Максимус не желал дальше обсуждать эту тему, и Амар, оставив его в покое, в последний раз занялся проверкой снаряжения.
Ранее Тейн ожидал, что тактическую группу встретят огнем, но случилось иначе. Кубик сердечно поприветствовал их с Марса. По ним не стреляли ни звездные форты, ни корабли-мониторы Солнечной системы. Новые пустотные крепости радушно предложили космодесантникам занять причалы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
После того как флотилия вышла на высокую орбиту над Террой, минуло несколько напряженных часов. Делегация Верховных лордов встретилась с Тейном и Амаром на борту «Высокой стены», нового звездного форта типа «Голиаф», висевшего над Дворцом. После коротких переговоров к цели отправились двадцать «Громовых ястребов». В полете Максимус предложил Кублику расположить шгурмкатера кольцом на Полях Крылатой Победы — ему почему-то казалось, что так будет правильно.
