— Ты превратился в эгоиста, — продолжал Эрик, — не знаю даже, что в тебе нашла Айрис.
— Она-то тут при чем? — воскликнул Коля и тут же осекся, увидев реакцию мальчика, — ты… она тебе понравилась, да?
— Она меня отвергла! Сказала, что я еще маленький. Но я знаю, Рис положила глаз на тебя! Я видел, как вы целовались!
— Похоже, нас видел весь корабль, — не удержался от комментария Николай.
— Ну почему? Да, я не волшебник, я не умею проникать в тела животных и чувствовать опасность, но я же воин! Мы сражались с тобой бок о бок, скажешь, я плох?
— Нет, что ты!
— Посмотри на меня! Кайл! Я ведь уже далеко не мальчик! Три дня назад мне исполнилось семнадцать!
Коля взглянул на друга. Он настолько привык видеть его тем пареньком, которого встретил в день прибытия в Анделор, что не заметил произошедшие в нем изменения. А он подрос и расширился в плечах. Исчезла мальчишеская угловатость, лицо возмужало, щеки покрывал не легкий пушок, а темнеющая щетина. С забранным сзади хвостом он стал еще сильнее походить на своего отца.
— Прости, — он опустил взгляд, — я виноват.
— Ммм? — Эрик, похоже, не ожидал такой скорой капитуляции.
— Ты абсолютно прав, я стал забывать, что меня окружают друзья, не раз спасшие мне жизнь. Вы — моя поддержка и опора. И мне не следовало забываться. Но вот в одном ты ошибаешься.
— В чем?
— В том, что касается Айрис. Между нами ничего не было, да и не могло быть. Ты знаешь, то, что я чувствую к Эдель, — Коля вдруг замолчал. Вслух он еще ни разу признавался в том, любит ее, даже когда говорил с Грейдом, на балконе «Гавани». - В общем, Айрис мне всего лишь друг. Она это поняла практически сразу, так же как и то, что я люблю другую. Эдель.
— Я знал! — тут же просиял Эрик. — Почему ты сразу не сказал?
— А почему ты молчал, что влюбился в Айрис? О своих чувствах не кричат на каждом углу.
— Да, ты прав, — согласился тот, — но я рад.
— Чему?
— Что мы поговорили, — улыбнулся паренек.
— Я тоже. А теперь, идем обратно.
— Зачем?
— Как зачем? Праздновать твой День Рождения!
У самого входа в ресторан их встретил Эладир.
— Кайл, можно тебя на минуту?
— Конечно, — удивленно ответил он.
Коля пропустил внутрь помещения Эрика, а сам остался во дворе, ожидая, что ему скажет юноша.
— О таких вещах не говорят прилюдно, — помявшись, начал вельт.
— О чем ты? — недоуменно моргнул молодой человек.
— Сестра сказала, что ты убил Коргента. Это правда?
— Да.
— А ты знаешь, что он зверски убил моего отца?
— Мне очень жаль.
— Тогда я хочу, чтобы ты знал. Я в долгу перед тобой. И я буду рядом до тех пор, пока не оплачу его.
— Ты мне ничего не должен, — помрачнел Николай, — у меня с Коргентом были свои счеты. Так что…
— Ты не понимаешь, — взгляд Эладира сделался торжественно-грустным, — таков обычай. Его следует уважать. Если тебе приносится клятва о долге, то у тебя нет иного выбора, кроме как принять его.
— Хорошо, — Коля протянул вельту руку, — тогда я принимаю твою клятву.
Эладир благодарно кивнул и крепко ответил на рукопожатие.
* * *
В Каланаре они пробыли недолго. На следующий же день после празднования семнадцатилетия Эрика, они наведались на рынок, чтобы запастись в долгую дорогу до Белой пустыни. Оттуда до городка Зинад, последнего человеческого пристанища перед Великим эльфийским лесом, ходили караваны. К одному из них и планировали присоединиться друзья.
Путь до Зинада предстоял неблизкий, около полутора месяцев, так что закупки следовало сделать основательные. Сухари, орехи, вяленое мясо — все то, что успело так надоесть в путешествии, кое-что из одежды, меч и лук для Эладира. Лошадь решили не покупать, а разделить провизию по уже имевшимся четверым. Всего этого, конечно же, едва ли могло хватить до конца пути, однако здешние места славились своим плодородием и живностью, так что голод им не грозил. С теплыми вещами они также не спешили расставаться, впереди их ждал переход через Магиевы горы, а, значит, и царивший на их высотах холод.
Когда красивый и уютный Каланар остался позади, всадники пришпорили лошадей и понеслись во весь опор по гладкой и уезженной дороге, ведущей к горам.
Зеленеющие холмы, приятные селения с аккуратными домишками, теплая погода вытесняли прочь хандру и уныние, навеянную севером. Все складывалось слишком хорошо, но такой факт ничуть не настораживал. Страшное видение, которое Коле показал туман, казалось теперь не более чем ночным кошмаром. Он даже начал забывать, что за ними по пятам могут идти уварги, хотя их сомневался, что твари смогли преодолеть завесу тумана.
Через неделю, после того, как они покинули порт, Светофор начал потихоньку зеленеть. Магии в воздухе витало не очень много, но она все-таки существовала. И ее становилось больше, Коля чувствовал ее всей душой и радовался, как никогда. Слышать, пусть и глухое, но все-таки биение сердца Анделора, значило очень много. Будто он снова начал дышать, чувствовать и жить в полную силу.
Дни следовали за днями, стоянки, дежурства, разговоры у костра сближали путников как никогда раньше. Ничто не стояло между ними, ни обид, ни оскорблений, ни взаимной неприязни, как прежде.
Коля бы ни за что не поверил, скажи ему раньше, как переменятся их отношения с Эдель. Словно через разделявшую их до сих пор пропасть, перекинули мост. Пока что хрупкий, но уже способный вынести вес их тел. Что послужило этому причиной, он не знал, да и не хотел. Ведь каждый день они делали шаг навстречу друг другу, каждый день любимая улыбалась ему, что значило очень многое.
Чем ближе путники подходили к горам, тем выше поднималась дорога. Наконец, вдали стала заметна и сама горная гряда. Темной стеной, окутанной дымкой, она непрерывно тянулась с востока на запад. Ее острые пики исчезали за облаками, а подножье покрывало пушистое зеленое покрывало леса.
— Во имя Двейна! Мы видим Магиевы горы! — торжественно произнес Грейд. — Дойдем до перевала, а там уж ноги сами до Ферана донесут. Оттуда примкнем к каравану.
— Сколько еще идти? — Эдель заинтересованно разглядывала гряду.
— Где-то с неделю. Сущий пустяк по сравнению с тем, сколько мы прошли, — ободряюще улыбнулся меррил.
Несмотря на величественный пейзаж, красоту и вполне удобную горную тропу, Коля чувствовал исходящую оттуда опасность. Какая-то непонятная тревога шевельнула его сердце. И ему вдруг расхотелось идти туда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
