Читаем без скачивания Террор - Дэн Симмонс

– Ну… – начал молодой человек.

– Магнус идет, – сказал Хикки, давая великану знак выйти из строя. – И мистер Эйлмор.

Угрюмый кают-компанейский вестовой неспешно выступил вперед, с вызовом и нескрываемым презрением глядя на Крозье.

– И Джордж Томпсон… – продолжал помощник конопатчика.

Крозье не удивился, что Томпсон примкнул к группе заговорщиков под водительством Хикки. Этот матрос всегда отличался наглостью и леностью и – пока не кончился ром – напивался при каждой возможности.

– Я тоже иду… сэр, – сказал Джон Морфин, становясь рядом с прочими.

Уильям Оррен, которому только что стукнуло двадцать шесть, молча выступил из строя и присоединился к группе Хикки.

За ним последовали Джеймс Браун и Френсис Данн – конопатчик и помощник конопатчика с «Эребуса».

– Мы думаем, это наш единственный шанс, капитан, – промолвил Данн и опустил глаза.

Крозье ждал, когда о своих намерениях объявят Рубен Мейл и Роберт Синклер, – сознавая, что, если большинство стоящих в строю мужчин присоединятся к группе Хикки, его собственные планы двинуться дальше на юг рухнут, – и немало удивился, когда вперед медленно вышли Уильям Гибсон, офицерский вестовой с «Террора», и кочегар Льюк Смит. Они исправно служили на корабле и были выносливыми упряжными.

Чарльз Бест – благонадежный матрос «Эребуса», всегда хранивший преданность лейтенанту Гору, – выступил из строя вместе еще с четырьмя матросами, последовавшими за ним: Уильямом Джерри, Томасом Уорком, серьезно пострадавшим во время карнавала, молодым Джоном Стиклендом и Абрахамом Сили.

Перед капитаном стояли шестнадцать человек.

– Так, значит, это все? – спросил Крозье, ощущая разлившийся в животе холодок облегчения, от которого мучительно засосало под ложечкой, как от голода, теперь ни на миг не отпускавшего.

Перед ним стояли шестнадцать человек; им понадобится одна лодка, но без них у него остается еще вполне достаточно верных людей, чтобы отправиться вместе с ними к реке, оставив нескольких ухаживать за больными здесь, в лагере Спасения.

– Я отдам вам полубаркас, – сказал он Ходжсону.

Лейтенант благодарно кивнул.

– Полубаркас весь разбит и оснащен для речного плавания, а тащить сани – только задницу рвать, – заявил Хикки. – Мы возьмем вельбот.

– Вы возьмете полубаркас, – отрезал Крозье.

– Мы хотим также взять с собой Джорджа Чемберса и Дейви Лейса, – сказал помощник конопатчика, который стоял перед своими людьми, сложив на груди руки и расставив ноги, точно Наполеон из кокни.

– Черта с два, – сказал Крозье. – С какой стати вам брать с собой двух человек, которые не в состоянии сами о себе заботиться?

– Джордж может идти в упряжи, – сказал Хикки. – И мы все время ухаживали за Дейви и хотим ухаживать и впредь.

– Нет, – сказал доктор Гудсир, выступая вперед и становясь между Крозье и людьми Хикки, – вы не ухаживали за мистером Лейсом, и вы хотите взять его и Джорджа Чемберса не в качестве спутников. Они вам нужны в качестве пищи.

Лейтенант Ходжсон растерянно заморгал, не веря своим ушам, но Хикки сжал кулаки и дал знак Магнусу Мэнсону. Коротышка и верзила одновременно шагнули вперед.

– Стойте, где стоите! – проревел Крозье.

Позади него три оставшихся в живых морских пехотинца – капрал Пирсон, рядовой Хопкрафт и рядовой Хили, – явно больные и еле державшиеся на ногах, вскинули свои длинные мушкеты и прицелились.

Что еще важнее, старший помощник Дево, помощник Эдвард Кауч, боцман Джон Лейн и боцманмат Том Джонсон взяли на изготовку свои дробовики.

– У нас тоже есть ружья! – прорычал Корнелиус Хикки.

– Нет, – сказал капитан Крозье. – Пока вы находились на перекличке, старший помощник Дево собрал все оружие. Если вы мирно уйдете завтра, вы получите один дробовик и патроны. Если вы сейчас сделаете еще хоть шаг, вы все получите заряд дроби в лицо.

– Вы все умрете. – Корнелиус Хикки наставил костлявый палец на людей, молча стоявших в строю на своих местах, и повел рукой по широкой дуге, словно тощий флюгер. – Если вы пойдете за Крозье и остальными дураками, вы все умрете. – Помощник конопатчика повернулся к врачу. – Доктор Гудсир, мы прощаем вам ваши слова насчет того, почему мы хотим спасти Джорджа Чемберса и Дейви Лейса. Пойдемте с нами. Вы не сможете спасти этих людей… – Хикки презрительно указал на провисшие мокрые палатки, где лежали больные. – Они уже мертвы, просто еще не знают этого, – продолжал он голосом, на удивление громким и звучным для столь тщедушного человечка. – А мы выживем. Пойдемте с нами, и вы снова увидите своих близких, доктор Гудсир. Если вы останетесь здесь – или даже присоединитесь к Крозье, – вы покойник. Пойдемте с нами.

Гудсир по рассеянности вышел из палатки в очках и сейчас снял их и принялся неторопливо протирать мокрые стекла окровавленной полой своего шерстяного жилета. Невысокий и щуплый, с по-детски пухлыми губами и скошенным подбородком, лишь частично прикрытым курчавой бородкой, которая отросла под жидкими бакенбардами, Гудсир казался совершенно спокойным. Он снова водрузил очки на нос и посмотрел на Хикки и стоявших за ним мужчин.

– Мистер Хикки, – негромко промолвил он, – я благодарен вам за великодушное предложение спасти мою жизнь, но должен вам заметить, что вы не нуждаетесь во мне для того, чтобы осуществить задуманное, а именно расчленить тела ваших товарищей с целью обеспечить себя запасом мяса.

– Я не… – начал Хикки.

– Даже дилетанту не составляет труда освоить диссекционную анатомию, – перебил Гудсир достаточно громким голосом, чтобы заставить помощника конопатчика замолчать. – Когда один из джентльменов, взятых вами в качестве личного запаса пищи, умрет – или когда вы поможете ему умереть, – вам нужно всего-навсего заточить нож поострее и начать резать.

– Мы не собираемся… – проорал Хикки.

– Но я настоятельно рекомендую вам прихватить с собой пилу, – возвысив голос, продолжил Гудсир. – Одна из пил мистера Хикки вполне подойдет вам. Ножом вы легко отсечете пальцы и срежете мясо с голеней, бедер и живота, но вам наверняка понадобится пила, чтобы отделить от туловища руки и ноги.

– Черт вас побери! – истерически выкрикнул Хикки.

Он двинулся вперед вместе с Магнусом Мэнсоном, но остановился, когда помощники капитана и морские пехотинцы снова вскинули мушкеты и дробовики.

Сохраняя полную невозмутимость и даже не глядя на Хикки, врач указал на огромного Магнуса Мэнсона, как если бы он являлся анатомической таблицей, висящей на стене:

– Когда приступаешь к делу, оно оказывается немногим сложнее, чем разделка рождественского гуся. – Он прочертил в воздухе несколько вертикальных линий в области верхней половины туловища Мэнсона и одну горизонтальную чуть ниже пояса. – Руки следует отрезать в месте плечевого сустава, разумеется, но, чтобы отрезать ноги, вам придется распилить тазовые кости.

У Хикки вздулись жилы на шее и бледное лицо покраснело, но он не произнес ни слова, в то время как Гудсир продолжал:

– Я бы воспользовался своей маленькой пястной пилой, чтобы отрезать ноги на уровне колена и, разумеется, руки на уровне локтя, а потом взялся бы за скальпель, чтобы отсечь отборные части – бедра, ягодицы, бицепсы, трицепсы, дельтовидные и икроножные мышцы. Только потом вы приступаете к разделке грудной клетки – срезаете грудные мышцы – и добираетесь до подкожного жира, который у вас, джентльмены, мог сохраниться в области лопаток, по бокам и на пояснице. Конечно, количество жировых отложений и мышц будет незначительным, но я уверен, мистер Хикки употребит по назначению все до единой съедобные части ваших тел.

Один из матросов позади Крозье упал на колени, корчась от рвотных позывов.

– У меня есть специальный анатомический инструмент для отделения ребер от грудины, – негромко сказал Гудсир, – но, боюсь, я не могу одолжить его вам. Хороший молоток и зубило – они входят в набор инструментов, имеющийся в каждой лодке, – послужат вам для данной цели почти столь же успешно. Я бы посоветовал вам сначала срезать и съесть все мясо с костей, а головы, кисти, ступни и внутренности – все содержимое мягкой брюшной полости – ваших друзей оставить на потом… Предупреждаю: раскалывать длинные кости, чтобы извлечь из них костный мозг, труднее, чем вы думаете. Вам понадобится какой-нибудь скребковый инструмент – вроде стамески мистера Хани, предназначенной для резьбы по дереву. И учтите: костный мозг, извлеченный из сердцевины костей, будет комковатым и красным… и смешанным с острыми осколками и фрагментами кости, а потому есть его сырым небезопасно. Я рекомендую вам класть костный мозг ваших товарищей в котелок и кипятить несколько минут на медленном огне, прежде чем употребить в пищу.

– Да пошел ты… – прорычал Корнелиус Хикки.

Доктор Гудсир кивнул.

– Ах да, еще одно, – мягко добавил он. – Когда вы перейдете к поеданию мозгов друг друга, это будет проще простого. Просто отпилите нижнюю челюсть и выбросите прочь вместе с нижними зубами, а затем воспользуйтесь любым ножом, чтобы пробить и прорубить мягкое нёбо и проникнуть в черепную полость. Если пожелаете, можете перевернуть череп и сидеть вокруг него, зачерпывая мозг ложкой, точно рождественский пудинг.