Он провел в университете уже полгода. И даже не заметил, как прошло это время. Первоначально Трой рассчитывал задержаться здесь не больше чем на пару недель, максимум месяц. То есть, конечно, задача обучить какого-нибудь из магов университета каррхамскому языку за месяц на первый взгляд выглядела невыполнимой. Но идш все уши ему прожужжал о том, что существуют заклинания, способные обострить память человека практически до предела, так что он будет намертво запоминать все, что только ни услышит… или просто перестанет забывать, потому что на самом деле человек и так намертво запоминает все, что услышит, увидит, понюхает… только большую часть информации сразу забывает. А помнит только малую часть… Короче, Трой не совсем разобрался в мудреных объяснениях идша, но главное понял. А именно — с помощью заклинаний можно в совершенстве выучить совершенно незнакомый язык за пару недель. Вот на эти пару недель он и рассчитывал. Но вышло по-другому…
К тому моменту, когда Столп поднял их до верхнего пандуса, все уже немножко освоились с таким необычным способом передвижения. То есть, конечно, по-прежнему было жутковато медленно плыть вверх в призрачном радужном сиянии, прекрасно видя сквозь него, как уплывают вниз стены замка, верхушки могучих деревьев, а затем и тот обрыв, с которого они недавно спустились, а под ногами — ничего… но с этой жутью уже как-то свыклись, а тут новое испытание — шагнуть вперед, оперевшись ногами на это самое ничего. Тут-то и стало понятно, почему пандус имеет три витка, а не один. На первом витке все как один замешкались. На втором Трой, собравшись с духом, сделал-таки шаг вперед и оказался уже ПО ТУ СТОРОНУ, снаружи Столпа. Все остальные вывались из Столпа на третьем, последнем витке. Все как один были мокрыми, как мыши, с вытаращенными глазами и сбившимся дыханием, будто только что преодолели эти несколько сотен ярдов вверх, не вися в сиянии Столпа, а карабкаясь по отвесной стене. Трой, выглядевший явно не лучше своих товарищей, но сейчас уже немного оклемавшийся, сразу после того как покинул Столп, окинул свое войско насмешливым взглядом и снисходительно кивнул:
— Ладно уж, пошли…
Сразу за пандусом их встретила небольшая толпа людей.
— Комнаты, господа, прекрасные комнаты…
— Комнаты и ужин, недорого…
— Комнаты в ближайшей к университету таверне…
— Две комнаты по цене одной, господа, отличный вид из окна.
Трой затормозил, слегка ошалев от такого натиска, но тут вперед выдвинулся идш, и толпа заметно скисла.
— А недорого это сколько?
— Да вам-то что, — буркнул кто-то, — небось у Аарона остановитесь.
— Может, у Аарона, — расплылся в ухмылке идш, — а может, и нет. Так сколько?
— Ну… девять золотых за ночь, — рискнул кто-то. По-видимому, это была неслыханная цена, поскольку большинство тут же уставилось на предложившего. Для Троя она действительно была неслыханной, по скольку даже в Эл-Северине, самом дорогом городе, в котором он побывал, стоимость ночи в очень приличной таверне редко доходила до одного золотого. Но тут, видимо, действовали другие законы…
— Идет, — рявкнул идш и расплылся в довольной улыбке. Арил и Глав недоуменно уставились на него.
— Ты чего, с ума сдвинулся? Девять золотых за ночь! Это ж…
— Самая низкая цена, которую предложили здесь вновь прибывшим, — гордо произнес идш, — да ты сам погляди.
Толпа быстро рассасывалась, причем большинство расходилось, укоризненно поглядывая на хозяина, предложившего комнату за девять золотых, а некоторые даже злобно крутили пальцем у виска. Да и сам хозяин выглядел несколько уныло. Совсем не как человек, только что заработавший кучу денег. Короче, картина была настолько наглядной, что Глав удивленно покачал головой.
— Ну и цены здесь…
— А то, — вздохнул идш, — я и сам, когда первый раз услышал, едва не подавился.
— А может, у этого твоего Аарона…
— Да нет, — отрицательно мотнул головой идш, — но Аарон берет с единоверцев по десять, а с остальных по пятнадцать. Но дядюшка говорит, что он ортодокс, значит, вполне может не признать меня единоверцем.
— Это почему? — удивился Глав.
— Ну… одет неправильно, не всегда питаюсь кошерно, посты соблюдаю от случая к случаю, опять же работаю по субботам.
— Да уж, по субботам особенно, — ехидно заметил Арил.
— Э-э, ты не понимаешь. У нас по субботам запрещено просто влезть на коня и проехать пару миль, даже нагнуться за валяющимся под ногами кошельком…
— Да неужто! — одновременно удивились Глав и Арил. — Надо проверить.
Идш ехидно сощурился и произнес самым невинным тоном:
— Вы забыли, я работаю по субботам.
И все расхохотались…
К ректору в тот вечер они так и не попали. Как потом выяснилось, Императорский ковен, главой которого и являлся ректор университета, проводил в тот вечер какой-то важный эксперимент на вершине башни Эрникарты, третьей из Сумрачных сестер, одной из немногих башен университета, построенных уже во времена владения людей и одной из тех, которые видны всегда. Так что перед ректором Трой предстал только утром.
Комендант оказался прав — утром и днем у ректора всегда было много дел, так что первая аудиенция оказалась короткой. Ректор прочитал письмо императора, задумчиво хмыкнул, вызвал какого-то молодого мага и, представив его Трою, сообщил, что тот будет, с одной стороны, учиться у уважаемого барона языку каррхамов, а с другой — постарается раскрыть, в какой области уважаемый барон имеет наибольшие магические таланты.
Спустя две недели, когда маг уже вполне прилично болтал по-каррхамьи, но так и не смог обнаружить у Троя никаких особых талантов к магии, его снова вызвали к ректору. На этот раз у него сидел маг постарше, одетый в гораздо более богатую мантию. Ректор представил их друг другу, сообщив, что маг является деканом факультета прорицания и ясновидения, и теперь ректор предоставляет Троя его заботам. К тому же у декана есть несколько аспирантов, которых тоже необходимо научить каррхамскому.
За последующие два месяца Троя пытались научить всевозможным магическим заклинаниям простым, и не очень. Его также пытались научить видеть ауры, различать, к каким магическим школам принадлежат амулеты, чувствовать и устанавливать простые охранные, предупреждающие и воспрещающие заклятия и тому подобное. Результатом стало заключение декана о том, что уважаемый барон Арвендейл не имеет абсолютно никаких способностей к магии.
Во время следующей встречи ректор долго, задумчиво листал резюме, представленное деканом, в котором было расписано, что и как делалось с целью обнаружения у господина барона магических способностей и каковы результаты этих действий, после чего отложил его в сторону и внезапно объявил, что решил сам заняться Троем. И вот уже более трех месяцев Трой регулярно приходил сюда в Башню Зари, в которой располагались апартаменты ректора. Дверь, расположенная в дальнем конце библиотеки, распахнулась, и в библиотеку величественно вошел сэр Игреон Асвартен, глава Императорского ковена, ректор университета и пэр империи. Трой склонился в глубоком поклоне (каковые давались ему теперь с большим изяществом и легкостью, чем полгода назад).
