Читаем без скачивания Однажды в Марчелике 4 (СИ) - Сухов Лео

— Да? — удивился басом молодой парень.

— Да! Задержите его!!! — взмолился мальчик, пролетая мимо.

Он ожидал всего чего угодно, но только не того, что произошло в следующий момент. Какая-то неведомая сила подхватила его… И прямо-таки вырвала из седла, вознося в воздух, как пойманного перед Рождеством гуся. Жёсткий воротник больно впился в шею, а тонкие ноги по инерции взлетели чуть ли не выше головы.

У мальчика перехватило дух от ужаса. А потом он понял, что болтается в воздухе. Что-то крепко держало его за рубашку, не давая упасть на землю. И самое ужасное, что висящее тело мальчика двигалось назад, в посёлок Красная Скала…

— Метен Альфареро! — раздался голос того самого молодого человека, который должен был помочь подростку. — Вам зачем-то нужен этот сопляк?

— Дан, ну что за выражения! — возмутился его спутник девичьим голосом. — Это молодой хето! Не надо называть его сопляком!

— Метен Старган! Мешо Флинт! — голос Альфареро заставил мальчика сжаться в комок. А потом судорожно вцепиться в пуговицы рубашки, пытаясь их расстегнуть и выскользнуть вниз. — Как я рад вас видеть! И премного благодарен за помощь!

— Не за что, метен Альфареро!.. — ответил тот Старган. — А ты, хето Сопляк, не хватайся за пуговицы! Иначе будешь висеть вниз головой.

Мальчик обречённо опустил руки. Из глаз его брызнули слёзы обиды.

— Ну-ка, Дан, поверните-ка этого негодяя ко мне лицом! — попросил сыщик. — Надо вспомнить, где я видел этого ассенизатора…

— Зачем вспоминать?! — удивился Дан Старган и встряхнул пойманного мальчишку. — Хето Сопляк, ты кто такой?..

— Никто! — пискнул мальчик.

— Ну раз ты никто, значит, можно тебя пристрелить! — обрадовался Дан.

— Дан! Это же мальчишка! — возмутилась его спутница.

— Мне кажется, это излишне! — согласился метен Альфареро, чем сразу заработал в глазах мальчика пару очков в свою пользу.

Однако, к сожалению, их уговоры никак не подействовали на злобного пленителя.

— А мне плевать! У касадоров мальчишки в его возрасте пристрелят волла с одной пули! — рявкнул он. — А я взрослый и злой касадор!

Щёлкнул курок. Перед глазами мальчика появился ужасающих размеров револьвер…

— Парень! — раздался над ухом голос Дана Старгана, который явно не обещал пленнику ничего хорошего. — В последний раз спрашиваю: как тебя зовут?

— Моё имя… — дав петуха, пискнул мальчик. Однако взял себя в руки и постарался ответить с достоинством, как и подобает потомку благородного семейства: — Моё имя — Мендоса Филипп Бразос де Ацеро, смерд! Ты мешаешь священной мести моей семьи! Отпусти меня!

Как бы гордо ни разговаривал молодой Мендоса, но от ужаса и осознания того, что за его словами последует, он на всякий случай прикрыл глаза. Но меньше всего он ожидал услышать хохот…

Хохот трёх взрослых людей, смеющихся над глупым подростком. И хохот этот ранил больнее, чем пули — которые, впрочем, гордого потомка Бразос де Ацеро ещё никогда не ранили…

ГЛАВА 4

Лагерь у посёлка Красная Скала, Марчелика, 8 августа 1937 года М.Х.

— В общем и целом, хето, я уже получил ответы на свои вопросы… — начал было Гарри Альфареро, наблюдая за жующим мальчишкой.

Однако уже в который раз его сердито перебили.

— Дайте вы мальчику спокойно поесть! — нахмурила брови Пелла. — Тоже мне, нашли страшного врага!..

Замечание девушки ранило нежное сердце сыщика. Но Гарри понимал, что в чём-то она, конечно, права. Не сказать чтобы юный Мендоса тянул на того хитроумного злодея, которого воображал себе метен Альфареро…

Скорее, он выглядел как мальчишка, который одной ногой уже стоит в уличной банде — и лишь ради любимой бабушки, которая воспитывает его в гордом одиночестве, ещё не перешёл на откровенный криминал. А потому вынужден жертвовать сытостью, ради принципов.

Определить это было несложно. Дан Старган хоть и был сильным человеком, но не настолько, чтобы легко держать в одной руке подростка пятнадцати лет. В общем, Мендоса явно давно и привычно недоедал…

Этот факт ещё как-то скрывала более или менее аккуратная одежда. Однако стоило приглядеться, как правда всплывала наружу: слишком худой, слишком слабый, слишком лёгкий. В общем, отвратительный результат для пятнадцатилетнего юнца.

Неподалёку раздался тяжёлый перестук волловьих ног. Дан возвращался на своём чудовище из посёлка. Огромный чёрный волл под завистливым взглядом мальчишки остановился у импровизированной коновязи. Со спины Ночки спрыгнул молодой касадор, накидывая поводья на поваленный напл, и направился к костру.

Мендоса сразу рефлекторно перестал есть. И немного сжался, глядя на сурового главу вадсомада. Тот шёл, бликуя в свете костра оружием и металлическими деталями одежды. Дан всегда ходил с достоинством и неспешно — когда ни с кем не дрался, разумеется. И это не слишком-то удивляло того же Гарри. При росте и силе молодого касадора спешить — значит, рано или поздно покалечить окружающих. Однако в глазах Мендосы всё это приобретало героический флёр, помноженный на уважение и страх…

Усевшись у костра, Дан вытащил из объёмного мешка шляпу. И, не спрашивая разрешения, нацепил её на встрёпанную голову мальчика.

— Только дурак ходит по Марчелике без шляпы, хето! — произнёс он наставительно.

— Я как-то обходился без неё… — огрызнулся мальчик, немедленно срывая головной убор.

— Ох уж эти подростки!.. — закатил глаза Альфареро, поймав понимающий взгляд Пеллы.

— Дело твоё! Значит, и без волос обойдёшься… — не стал спорить с ребёнком Дан, роясь в мешке.

Мендоса с опаской посмотрел на Дана. И всё-таки решил уточнить:

— Почему это я обойдусь без волос?

— Я видел достаточно дураков, которые ходили без шляпы под палящим солнцем, — неторопливо ответил Дан. — Но я не видел ни одного, кто сохранил бы при этом волосы…

Мендоса поспешно натянул шляпу на голову, хотя никакого палящего солнца уже и в помине не было. А скоро это самое солнце вообще собиралось скрыться за горизонтом. Тем временем Дан вытащил плотный тканевый сюртук, который был явно великоват мальчишке. Видимо, касадор брал его на перспективу.

— Держи! Считается, что на юге Марчелики всегда тепло. Но ты попробуй доказать себе это ночью, когда становится вдвое холоднее!.. — усмехнулся он.

— Спасибо… — на этот раз Мендоса спорить не стал. И сразу же нацепил куртку.

На улице уже холодало. Худенькое тело, разогревшееся за день, чувствовало дискомфорт. И если бы не горячая похлёбка и травяной настой, то мальчик уже трясся бы от холода. Как это, впрочем, неоднократно бывало с тех пор, как он пересёк океан…

— В этом заплечном мешке лежат запасные штаны и две рубашки. А ещё повязка на лицо, чтобы не вдыхать песок во время бурь! — Дан вытащил из своего объёмного мешка другой, поменьше, и передал мальчику.

Тот принял подарок и крепко прижал к груди. Ему очень хотелось доесть похлёбку и допить травяной настой, но ещё ему было страшно… Когда Мендоса осуществлял свою священную месть, он жил на кураже. А вот сейчас, когда его поймали, мальчику было себя ужасно жалко. И это не укрылось от внимательного взгляда Дана…

— Первое, чему учат юнцов в номадах — отвечать за свои поступки! — негромко проговорил он. — Нам не запрещают ошибаться. Просто потом бьют палками по заднице. И, кстати, за ухо никто будущего касадора под палки не потащит. Он должен дойти до места, где его накажут, сам. Если, конечно, хочет стать касадором… Так что доедай… И готовь задницу!

— Я благородный! Меня по заднице нельзя!.. — насупился мальчик.

— Благородный, кривомордый — это просто слова… — усмехнулся Дан. — Человек — это дела, которые он делает. А не слова, которыми прикрывается.

Мендоса неохотно отложил подарки. А потом с тяжёлым вздохом взял тарелку и принялся доедать. Аппетит оказался испорчен, но оттягивать неизбежное не имело смысла. Нужно было доедать и приступать к неприятному разговору. А то, что он будет именно неприятный, не сомневалась даже Пелла…