— Георгий, — он вздрогнул от неожиданности, услышав ее голос совсем рядом. Медленно поднял голову и тут же вскочил со ступенек. Лита стояла перед ним с большой, тяжелой сумкой на плече.
— Доброе утро, — настороженно сказал он и замолчал в ожидании.
— Доброе утро. Знаете… Я согласна. Мне даже неловко говорить о том, как я этого хочу. Сама от себя не ожидала. Только одно условие. — Ее щеки разгорелись. — Мы сегодня уедем вместе. У меня такое чувство, что если я останусь, то все окажется сном. Прежней Литы больше нет. Я оставляю ее на этом пляже, в этих волнах. Мне здесь нечего делать без вас. Вы заберете меня с собой?
Мартов снял с ее плеча сумку. На оголенном плече выделялся ярко-красный след от ремешка. Георгий нежно провел пальцем по полосе, коснулся губами, скользнул по ключице вверх по шее. Наконец жадно поцеловал полураскрытые губы. Поцелуй получился долгим, нежным и страстным одновременно. Дыхание сбилось, в висках застучало. Георгий ощутил, как волна опьяняющего счастья накрыла его всего, увлекая в бушующую стихию. Лита не ожидала, что прикосновение этого мужчины будет настолько приятно. Она почувствовала, что ничто в мире не сможет лишить ее вновь обретенного счастья быть просто женщиной.
— Лита, дорогая, я даже мечтать не мог, что ты так прекрасно обо всем скажешь. Давай выпьем по бокалу холодного шампанского? — Он незаметно перешел на «ты».
— С утра шампанского?
— Как аристократы, разумеется. Тем более что у нас всем поводам повод. Пойдем.
Они поднялись по лестнице в дом, зашли на кухню, где Елена Васильевна перед отъездом приводила все в порядок. Запотевшая бутылка шампанского стояла на столе.
— Здравствуйте, — улыбаясь, сказала Лита, встретившись взглядом с женщиной, так упорно не замечавшей ее присутствия вчера.
— Здравствуйте, — брови Елены Васильевны на мгновение поднялись вверх, придавая лицу выражение удивления. В голосе промелькнуло недовольство.
— Еленочка, присоединяйтесь к нам, — звеня бокалами, весело сказал Мартов. Шампанское разлито, все застыли в ожидании. — Познакомьтесь, прошу вас. Лита, перед тобой хранительница моего покоя, терпящая тирана-хозяина, когда он не в духе. Удивительная женщина, ты еще успеешь в этом убедиться. Мы столько лет знаем друг друга, что у меня язык не поворачивается сказать: «Она работает в моем доме». Скорее, живет и способствует уюту в нем.
После такого признания своих заслуг любая домохозяйка почувствовала бы себя на седьмом небе. Но Елена вся напряглась, легким кивком давая понять, что оценила услышанное. Мартов приобнял Литу и, будучи на голову выше, неловко чмокнул в макушку.
— Эта женщина с необыкновенным именем Аэлита согласилась выйти за меня замуж. Так что, надеюсь, вы подружитесь. По приезде домой нам предстоят свадебные хлопоты. Без шума и гама, но все-таки самых близких мы соберем на праздничный ужин. Давайте поднимем бокалы за благополучие в нашем доме! Бог не забывает о нас и дарит долгожданный шанс начать другую жизнь.
— Как хорошо ты сказал. Не начать новую, а именно по-другому, — улыбаясь, сказала Лита.
Они выпили шампанское. Елена Васильевна, поздравив счастливую пару, извинившись, вышла. Ее рука сильно дрожала, когда она ставила свой пустой бокал на стол.
— Пообещай мне меньше курить, — вдохнув запах волос Литы, попросил Георгий. Она согласно кивнула в ответ. — Еще по бокалу?
— Нет, мне довольно. Я вообще не пью, даже легкие дамские вина не люблю. По глупости как-то напилась до безобразия, просто потому, что не знала действия спиртного. Чувствовала себя ужасно, ночевала у подруги. Мне тогда казалось, что в голове все навсегда смешалось, а ноги больше не будут передвигаться сами, без посторонней помощи. Родители с ума бы сошли, увидев меня в таком состоянии.
— Ну тогда надо покончить с сигаретами, и ты — образец совершенства! — Лита покачала головой. — Я люблю тебя. Мне с тобой так хорошо, спокойно, будто я давно тебя знаю.
— У меня тоже такое чувство. Я словно прирастаю к тебе. Вот даже не захотела без тебя здесь оставаться. Только это не означает, что я перестаю быть собой, понимаешь?
— Я этого и не хочу. Мы такие, какие есть, и у нас целая жизнь впереди. Не будем ничего планировать, время покажет, на что мы способны.
— Мне кажется, ты сейчас опять заговоришь стихами.
Так, в жизни есть мгновенья —Их трудно передать,Они самозабвеньяЗемного благодать.
— Получилось? — улыбаясь, спросил Мартов.
— Как мне хочется поменяться с тобой головами, ненадолго. Посмотреть, как у тебя там столько всего вмещается. Ты зарабатываешь большие деньги, но это такая мишура в сравнении с тем, что в твоей голове есть место для стихов. Даже слов нет, чтобы я могла выразить все, происходящее у меня в душе. Я постараюсь соответствовать тебе. Чувствую, это будет непросто, учитывая то, что ты уже привык к определенным отношениям в семье.
— Ты не о том думаешь. Я не собираюсь устраивать наш быт в соответствии с тем, как вела его Светлана. Это ненужная, пока закрытая тема. Когда-нибудь я соберусь с духом и расскажу тебе кое-что об этом. Никто не собирается возвращать прошлые традиции. Были ли они? Я не такой идеальный человек-романтик, каким ты меня представляешь. Хотя мне очень приятно, что ты так думаешь. Я тоже постараюсь этому соответствовать.
— Начались какие-то загадки.
— Не пугайся, ничего такого, что помешало бы нашим планам. У каждого есть свои призраки, важно не дать им распоясаться. Это не всегда просто, согласен. Сейчас главное то, что мы нужны друг другу. Наша встреча — не случайность, и мы на верном пути. — Георгий взял Литу за руку, закинул за плечо ее сумку. — Пора ехать.
Они вышли из дома. Уже за спиной услышали шум воды на кухне. Елена Васильевна поставила чистые бокалы в сушку и, окинув взглядом воцарившийся в тишине порядок, пошла к выходу.
Машины были готовы к отъезду. Передав сторожу ключи, Стеблова села в серо-голубую «Мазду» с Игорем за рулем. Он, как и Саша, совмещал обязанности охранника и водителя. За рулем белоснежной «БМВ» сидел Александр. Его лицо ничего не выражало. Казалось, он сосредоточен где-то внутри себя и все внешнее его не волнует. Мартов сел на переднее сиденье, Лита сзади.
— Ну, с богом, — после приветственных слов тихо сказал Саша и завел мотор. Машина плавно тронулась с места, оставляя позади дом, аллею, пансионат. Соблюдая дистанцию, за ними двигался второй автомобиль. Серпантин дороги предполагал умелого водителя. Далеко внизу блестело под ярким солнцем море. Его все хуже было видно после очередного поворота. Наконец бескрайняя синь исчезла. За окном мелькали горы, белоснежные облака словно остановились передохнуть на их вершинах, неброская крымская растительность. Незаметно для себя Лита заснула.
