– Что? – переспросила жестом Милли. – Повторите.
– Не имеет значения. Хочешь мороженого? – Должно быть, ей удалось правильно выразить жестами слова. Милли с удовольствием закивала и, отнеся грязную тарелку в мойку, терпеливо ожидала лакомства, стоя с ложкой у холодильника. Девочка обняла Линду, словно желая утешить и сказать, что, хотя тетя не такая способная и не может жестикулировать так же хорошо, как сама Милли, она ее все равно любит.
Этот жест тронул Линду до глубины души. В первый раз она подумала о ребенке, который теперь жил в ней, как о будущем человеке. Кто же будет у нее – мальчик или девочка? С темными глазами Джеральда или с ореховыми, как у нее? Но более важно – будет ли ее ребенок так же жизнерадостен, как Милли, или его ждет трудная судьба, как у самой Линды?
Она прошла в гостиную и взяла рамку с портретом отца. Всматриваясь в нечеткие черты человека на фотографии, Линда подумала, что, может быть, ее ребенок будет похож на него и она увидит их сходство в маленьком личике… Если, конечно, сможет это сделать. По фотографии было трудно судить о внешности ее отца. Маленький снимок, с которого делали увеличенный портрет, был настолько выцветшим и поврежденным, что даже то, что получилось, хотя и было настоящим чудом, не давало представления о человеке.
Линда никогда не знала, разорвала ли мать снимок в гневе и потом пожалела об этом или это было делом рук ее отчима. Так или иначе, это не имело значения. Ребенок не повторит ее судьбу. Она сделает все возможное, чтобы этого не случилось. Девушка долго сидела, наблюдая, как Милли играет с куклой, и размышляла, что же ей делать. Она настолько погрузилась в свои мысли, что подпрыгнула от неожиданности, когда зазвонил телефон.
– Линда? – раздался грубоватый голос Кристофера. – Ты как, держишься?
Она прижала трубку плечом и вытерла неожиданно вспотевшие ладони о джинсы.
– Конечно. Спасибо, что позвонили.
– Ну, я рад, что тебе лучше. Послушай. Я буду завтра разговаривать с Джеральдом. Если хочешь, спрошу его о твоей работе…
– Нет, пожалуйста! – проговорила она поспешно. Слишком поспешно, так что человеку на другом конце провода это могло показаться подозрительным. – Крис, пожалуйста, не говорите ему ничего обо мне.
– Линда, не будь дурочкой.
– Стараюсь. Но лучше, если я сама поговорю с ним. Я скоро позвоню ему, Крис. Обещаю.
На другом конце ненадолго замолчали.
– Ты уверена, что тебе лучше?
– Абсолютно. У меня все прекрасно, Крис. По крайней мере, когда-нибудь так и будет.
Она как-нибудь выкарабкается. Ничего другого ей не оставалось.
Запасшись крекерами, которые ей порекомендовала Сьюзен, Линда смогла проработать до конца недели, хотя в агентстве по трудоустройству сказали, что ей не следует возвращаться в офис мистера Уинстона.
В субботу она сделала необходимые покупки в супермаркете, отнесла белье в прачечную и сходила в аптеку. Удивительно, что, куда бы она ни шла, везде встречала детишек – в колясках и рядом с мамашами – одного, двух, трех. Почему же раньше она этого не замечала?
После обеда Линда купила в магазине мороженое и, перейдя улицу, спустилась в парк. Не в первый раз за эту неделю она приходила сюда и, сев на скамейку, наблюдала за играющими детьми.
Что, если бы она была мамой вот этого карапуза в песочнице, который только что стукнул игрушечным грузовичком по голове своего товарища по играм? Как бы она поступила? А если бы ее ребенком был тот, которого этот карапуз ударил? Смогла бы она нормально отреагировать? Поцеловала бы место ушиба или, схватив ребенка, бросилась в больницу? Если она не готова взять на себя ответственность за жизнь маленького человечка, если чувствует, что не сможет справиться с воспитанием ребенка одна, лучше признать это сейчас, пока еще есть время. Но мысль об отказе от ребенка вызвала у нее холодный пот. Значит, она уже приняла решение, даже не подозревая этого?
Чья-то тень упала на нее, и Линда автоматически подвинулась, освобождая место.
– Привет, ты сказала Крису, что позвонишь мне, – произнес Джеральд.
Она замерла. Ей стоило большого труда поднять голову и посмотреть на него.
Он выглядит по-другому, показалось ей. Возможно, потому, что на нем были джинсы и рубашка без рукавов с открытым воротом вместо традиционного делового костюма, в котором так привычно его видеть.
Линда доела мороженое и положила пластиковый стаканчик рядом с собой на скамейку.
– Я бы и позвонила. Правда, не знаю когда, – произнесла она на удивление ровным голосом. – Между прочим, как ты узнал, где я?
Он оперся рукой о спинку скамейки. Темные очки скрывали его глаза, но в их уголках был заметен веер морщинок. Она могла поклясться, что они стали глубже, чем она помнила, или ей так показалось из-за яркого солнечного света?
– Я встретил твою соседку. Не вини ее, она была очень осторожна. Разглядывала меня минут пять, прежде чем пришла к выводу, что я, возможно, не маньяк, разыскиваемый полицией.
Даже в этой одежде он может внушить к себе доверие кого угодно, подумала Линда. Естественно, и Сьюзен не могла устоять перед ним.
– И она послала тебя сюда?
– Не совсем так. Она сказала, что ты пошла в парк поиграть в собственную мазохистскую игру воображения и притворства.
Линда не смогла сдержать улыбку. Сьюзен считала сумасшествием даже малейшее сомнение Линды в том, сможет ли она стать хорошей матерью. Конечно, сможет, объявила Сьюзен, и лучше ей поменьше размышлять на эту тему, а заняться более практичным вопросом: решить конкретно, что делать дальше. Идею отдать ребенка бездетным Сьюзен даже не стала обсуждать. Возможно, она почувствовала, какое решение примет Линда, когда та сама еще этого не осознала.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Джеральд. – Крис сказал мне, что ты болела, и теперь я сам это вижу. – Он протянул руку, чтобы коснуться ее щеки, но что-то удержало его в последний момент.
Она увидела в его очках свое похудевшее лицо, обрамленное пышными волосами.
– Я чувствую себя нормально, – ответила Линда, не отрывая взгляда от карапуза на лужайке, и добавила почти неслышно: – Насколько это возможно для беременной женщины, конечно.
Она не представляла себе его реакции: может, он закричит, или подскочит, или начнет рвать на себе волосы. Но она недооценила президента крупной корпорации – он не показывал удивления ни при каких обстоятельствах. Может, на его лице и промелькнуло легкое презрение, но она не хотела этого видеть, поэтому и не смотрела на Джеральда.
– Ты была у врача? – спокойно спросил он.
– Да. К сожалению, нет никаких шансов, что это игра воображения.
– Ты думала о… вариантах?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
