не поняла бы, как умерла. Поднимайся, я сказал! Мне не нужны извинения. Мне нужна правда!
Подчинилась Руолан мгновенно, хоть и с большим трудом поднялась на ноги. Сцепив дрожащие руки в замок та, присела на краешек кресла, и подняла на меня раскрасневшиеся глаза, хотя её так и продолжало трясти.
— Первые проблемы стали намечаться через два года после вашего отбытия. Зачатком стали всякие сплетни, слухи и пересуды о гибели Палача Империи, — тихим и осипшим голосом начала своё повествование хунхуза. — Многая знать начала задаваться вопросом по поводу исчезновения князя Лазарева. В свет вы не являлись с женами и перестали показываться на публике. Всюду их сопровождал Габриэль, но княгини любые робкие поползновения в вашу сторону и в сторону рода пресекали жестоко. Император же их в этом только поддерживал. На тот момент это отбивало желание у многих. Тем не менее чем дольше времени проходило, тем отважнее становились нападки.
Ох, сукины дети! Значит, всё-таки вы…
— Через три года после вашего исчезновения всем стало понятно, что вы либо пропали, либо погибли. Именно тогда княгини и император приняли решение похоронить вас. Иного выхода уже не оставалось. А затем вся обозлённая на вас знать, все обиженные аристократы и опасающиеся вашей силы дворяне начали действовать. Они поняли, что вы более не вернетесь. Те обратились к различным законам империи и их словно прорвало. Они стали действовать в едином ключе, будто бы по чьей-то указке, буквально сорвавшись с цепи. Не только враждебные вам боярские представители пришли в движение, но даже обычные и младшие рода. Болезненные уколы по делам и бизнесу Лазаревых. Махинации и интриги. Различные угрозы. Тогда впервые какие-то олухи вздумали прибыть к княгиням с предложением о браке, за что в итоге и поплатились, — фыркнула злорадно Руслана, а затем, тяжело выдохнув, продолжила рассказ. — Я со своими хунхузами собирала всю доступную информацию по крупицам и передавали её Хельге, но чаще всего нам самим приходилось устранять одного, либо другого аристократа. На род же Лазаревых где-то еще через три месяца объявили полноценную охоту. Кто-то захотел либо уничтожить, либо подмять вашу силу под себя. Точнее этого желали все. К тому же на тот момент помощь Романовых стала слишком явной, и поползли слухи, что император перестал придерживаться нейтралитета и поступает не как правитель, а затем появились первые недовольства высокородных дворян. Да и нападавших отчего-то не страшило даже заступничество Потёмкиных, Трубецких, Долгоруких, Шереметевых и Пожарских.
— Кто? — выдохнул злобно я, еле сдерживая в себя в руках. — Какой… какой род? Чьих рук дело?
— В этом всё и дело, господин, — нервно зашептала Руслана, чувствуя мой негативный настрой. — Не род и не рода. Позже мы узнали, что против вас выступил целый альянс. Альянс родов.
— Кто? — прошипел полубезумно я. — Имена и название родов?
— Их очень много, господин. Со всей империи.
— ГОВОРИ!!! — рявкнул холодно я, резко поднимаясь на ноги. — ЕСТЬ ВЕДЬ ОСНОВНЫЕ⁈ КТО ОНИ?
— Из боярских — это Акинфовы, Аксаковы, Давыдовы, Неклюдовы, Травины, Васильчиковы, Дашковы, Дивеевы, Хилковы и… Осокины. А из обычных и младших родов еще больше.
— Что? — не поверил я в её слова, а глаза мои тотчас сузились. — Они… они там все бессмертные, что ли? Страх потеряли⁈ Им было мало крови? Я же их выпотрошу… сегодня же!
— Дослушайте, пожалуйста, господин, — испугано выпалила Руслана, схватив меня за руку. — Позвольте закончить.
В душе хоть и клекотал неконтролируемый гнев, а по телу уже начали блуждать разряды молнии, однако успокоиться получилось. Хоть и с трудом, но я утвердительно кивнул.
— Всем стало ясно, что Лазаревы с учетом поддержки императорской семьи стали слишком могущественны, а мощь вашего корпуса начала считаться одной из сильнейших в империи, но, увы, господин, вы были столпом своего рода. Вас многие боялись и не желали связываться с подавляющей силой Палача Империи. Но когда во главе рода стоите вы и ваши супруги — это две абсолютно разные вещи. Лишь после вашего ухода многие осознали, что союзников у Лазаревых слишком мало. И когда всем стало понятно, что на княгинь с их возросшей силой не надавить просто так, они начали бить по слабым звеньям, а затем смогли ударить и по вашим… по вашим…
— Договаривай… — просипел я, жадно сглатывая.
Сердце ухнуло куда-то вниз, а внутри на смену гневу пришел поглощающий душу страх.
— Они ударили по вашим… по вашим детям, господин… Точнее по вашему сыну Матвею, — едва слышно заключила хунхуза. — Но с юным господином всё в порядке! Теперь рядом с вашими детьми всегда присутствует сильная целительница и повелитель. Валери и Габриэль всегда находятся рядом с ними. Так что ваши дети и жены живы! — мгновенно исправилась глава тёмного клана, но уже было поздно.
МОЛИТЕСЬ! Молитесь всем известным богам и астральным сущностям! Да хоть самому Катаклизму! ГНИЛАЯ ПАДАЛЬ!.. ВЫРЕЖУ!!! ВЫРЕЖУ ПОД КОРЕНЬ ВСЮ ГРЯЗЬ!!! НИКОГО В ЖИВЫХ НЕ ОСТАВЛЮ!!!
Хотелось рвануть в столицу и убивать, убивать и еще раз убивать! Ярость, злоба, гнев, горечь. Всё это было настолько поглощающим, что не давало здраво мыслить, и чтобы привести себя в порядок пришлось действовать иначе. В руках моментально сформировалась стихийная игла, а затем нисходящим ударом сверху-вниз, под шокированный возглас Русланы, я насквозь пронзил ею свою ногу.
Терпи, Зеантар! ТЕРПИ!!! Уничтожать слишком рано! Руслана сказала, что они живы! Главное, что с ними всё в порядке.
Все негативные эмоции пришлось с трудом подавить и лишь после кратких размышлений я смог понять, что прозвучало знакомое имя.
Валери?
— Г-господин… — зашептала с паникой в глазах Руслана, глядя на ужасную рану. — Вы… вы как?
— В… порядке… — с тяжелой одышкой прошептал я, медленно оседая на кровать и поднимая хмурый взор на хунхузу. — Ты сказала Валери? Валери Мартелл? Что она забыла рядом с моим сыном?
— Так и есть, господин, — кивнула женщина. — Она была принята в род княгинями два с половиной года назад. Как понимаю на место… на место вашей наложницы. Франциск Валуа и её отец до сих на седьмом небе от счастья.
Наложница? Ладно, бес с ней. Девчатам виднее. Сейчас не это важно.
— Мой сын и другие мои дети точно целы?
— Я не смею вам лгать, — клятвенно заверила меня Руслана.
Слава Бездне она и вправду не лжет.
— Что было дальше? Говори!
— Далее… далее началась бойня, господин, — тихо произнесла хунхуза, присаживаясь рядом со мной и глядя на то, как из моего бедра всё также продолжала обильно выступать кровь. — Со слов Хельги император рвал и метал, а затем впал в настоящее неистовство. Через двое суток третий тайный отдел смог найти тех, кто оказался причастен к случившемуся, и цепные псы империи сделали всё, как и полагается. По слухам операцией руководил сам цесаревич и новоявленный князь Решетников. Но лично мне кажется, что альянс боярских родов просто нашел самые слабые звенья на тот момент и отправил тех на закланье. Давыдовых и Акинфовых. Думаю, об этом догадывался и сам государь, но жалеть он никого не стал. Ведь к моменту прихода отдела, жандармы застали лишь всю верхушку родов в овощном состоянии. Но, так или иначе, оба боярских рода были казнены и отныне под забвением.
Туда им и дорога! Позорные твари!
— Почему девчата выбрали Васильчикова? — сухо поинтересовался я. — Он ведь из числа этих паскуд.
— Вы ошибаетесь, господин. Не все ваши жены вышли замуж за Васильчикова, а лишь две. Княгиня Виктория и княгиня Калира. К тому же нечто подобное стало затеваться через полгода после истребления двух родов. Альянс присмирел, однако ненадолго, вскоре всё началось по новой. Ваши жены сражались несмотря ни на что, однако вы сами должны понимать, что дети для них сейчас самое важное. Они не только княгини, но и матери. Боюсь, всё именно из-за ваших наследников. Невозможно уследить за всем и нападение на юного господина лишь укоренило эти мысли. Но если я не совсем глупа, то вся эта авантюра со свадьбой замысел самого императора. Как мне кажется и, исходя из того, что я знаю, пока альянс ведет охоту на Лазаревых, желая прибрать всё к своим рукам, государь решил покончить с ним раз и навсегда. А по поводу кандидатуры Васильчикова Хельга сказала, что друзей надо держать близко, а врагов еще ближе. К тому
