К красному топу она подобрала длинную красно-коричневую юбку с маленькими золотистыми лилиями. Мэган слегка коснулась век тенями, а на губы нанесла темно-красный блеск. На дворе стояла поздняя весна, но было невероятно тепло, почти как летом. И, направляясь к кухне, Мэган уговаривала себя, что оделась по сезону: в джинсах и свитере было бы слишком жарко.
В ноздри ей ударил запах яичницы с беконом.
Когда Кайл предложил приготовить завтрак, она представила себе чашку хлопьев и тосты с мармеладом. Но горячий завтрак?.. Кажется, ее спаситель — настоящий фокусник.
Кайл распахнул оба окна, проветривая кухню. На столе по обе стороны от бело-голубых тарелок были разложены вилки и ножи. Кайл с повязанным вокруг бедер фартуком стоял посередине кухни с лопаткой наготове. Он выглядел как заправский повар.
Мэган огляделась. Кухня выглядела так же безупречно, как и всегда. Оказывается, он не просто умел готовить, но и соблюдал чистоту и порядок.
За все годы супружества ее муж даже яйца не мог сварить, не то что приготовить целый завтрак. Какие еще сюрпризы ждут ее впереди?
— Хотите есть? — спросил Кайл, не поворачивая головы.
Желудок девушки заурчал в ответ. Прошло так много времени с тех пор, как Мэган заставила себя пообедать: тарелка постного овощного супа и две булочки.
— Умираю от голода, — честно призналась она, никогда не могла противиться яичнице с беконом.
Мужчина оглянулся, положил лопатку и медленно вытер руки о фартук. От плиты воздух в комнате нагрелся, но через несколько секунд ей стало еще жарче: огонь в тигриных глазах Кайла почти испепелил ее.
— А я больше не испытываю голода, но если и есть голод, то он иного свойства… — Кайл медленно растягивал слова.
Нежные щеки Мэган вспыхнули. Она отвела глаза и скрестила руки на груди, подчеркнув свои формы. Смелый вызов. Его можно было истолковать как маленькую женскую хитрость, чтобы сильнее подогреть его интерес. Он именно так и воспринял ее жест. Мэган готова была провалиться на месте.
— Вам не кажется, что вы забываетесь? О, я несу околесицу. Забудьте. — Тяжелой поступью она прошла мимо него и включила электрический чайник. Она злилась на себя, ее движения стали неуклюжими, нервными, лицо пылало. Девушка достала с полки изящные чашки и блюдца, предназначенные для особых случаев.
— Мэган?
Она замерла. Затем скользнула по нему взглядом. Его правильные черты лица обозначились сейчас четче и ярче, и он смотрел на нее так, словно забыл о завтраке и думал.., совсем о другом.
— Да? — Неужели это дребезжание было ее голосом?
— Кажется, у меня проблемы с давлением…
— О! Серьезно? — Мэган тут же засуетилась.
— С того момента, как вы вошли, облаченная в столь дивные одежды. — Кайл издал тяжкий вздох и покачал головой. Ее замешательство доставляло ему огромное удовольствие.
Господи, с тревогой подумала Мэган, она всегда попадается на удочку. Когда Всевышний раздавал мозги, она наверняка оказалась в очереди последней. У нее никогда не находилось достойного ответа, чтобы осадить наглеца.
— Очень интересно, — вот и весь ответ. Затем она развернулась и пересекла комнату со всем достоинством, на которое только была способна, что, впрочем, сильно затрудняла ее хромота.
Кайл смотрел на эту стройную гибкую спину, осиную талию и соблазнительные бедра…
В мгновение ока в его уме всплыло видение: она, обнаженная, стоит спиной к нему, опершись о спинку стула, одной рукой приподнимая вверх роскошную массу блестящих черных волос, солнечный свет струится через окно…
Кайл был очарован и возбужден. Он должен нарисовать ее, и даже больше, он должен соблазнить ее…
ГЛАВА ШЕСТАЯ
В парке, куда они отправились на этюды, царила весна. Прелестные желтые и фиолетовые крокусы мелькали в сочной зелени травы, буйно цвели колокольчики, качая изящными головками в такт теплому ветерку. Они сели в тени огромного дуба — древнего стража природы, и Мэган не удержалась от того, чтобы не сорвать несколько цветков.
Кайл захватил из дома все для рисования. Девушка взяла в руки карандаш и покатала его, наслаждаясь давно забытыми ощущениями. Прикосновение всегда значило для нее многое. Фактура бумаги, ощущение глины между пальцами, ручка ребенка в ее ладони. Прикосновение способно открыть целый мир, нужно научиться ценить его.
Она взглянула на Кайла. Вытянув длинные ноги, мужчина прислонился спиной к крепкому стволу дерева и сидел неподвижно, закрыв глаза. Казалось, эти двое слились в единое целое.
От такого причудливого видения Мэган громко вздохнула.
— В чем дело, мисс Бренд? Не знаете, что делать, или этот легкий звук — всего лишь уловка, чтобы привлечь мое внимание?
— Я просто думала… — Она вспыхнула, обиженная его подозрениями. Возможно, она и хотела привлечь его внимание, но совсем чуть-чуть.
— Личные соображения или собираетесь поделиться ими?
— Я просто думала, какие же здесь удивительные деревья.
Кайл подобрал с травы трость, которую Мэган часто брала с собой. Он тщательно изучал трещинки и выпуклости на дереве, его взгляд упал на рунические символы.
— Если не ошибаюсь, трость из тиса, — задумчиво проговорил он.
Мэган просияла: ей было приятно убедиться в его таланте.
— Она сделана белым магом по имени Дасти Миллер. Он вырезал ее специально для меня.
— Дасти Миллер?
— Он белый маг.., из семьи белых магов, язычников. Полагаю, вы слышали о них. Они помогают природе, окружающей среде.
— Так вы интересуетесь магией? — Кайл провел большим пальцем по вырезанным знакам и, улыбаясь, взглянул в лучистые глаза Мэган…
Сегодня она выглядела иначе. Длинные черные волосы откинуты за плечи, красная кофточка и юбка в стиле хиппи, изящные обнаженные руки образ безмятежно-тихий. Только Кайл знал, что впечатление обманчиво. За открытой, почти детской улыбкой таится океан боли и страдания.
Лишь мысль о потере сестры Иветт, погибшей в ужасной автомобильной катастрофе, может сравниться с ее…
— Это добрая магия, — бросила она, осторожно снимая травинку со своей сандалии. — Все совершается в единении с природой. Руническая запись сделана для защиты, так что, используя эту палку, я буду спасена.
Она боится? Кайл аккуратно положил трость.
— Может, изобразите несколько деревьев? мягко предложил он. — Или для начала одно. Мужчина поднялся на ноги, сделал несколько шагов в сторону, засунул руки в карманы и посмотрел на свою ученицу.
Во рту у Мэган пересохло. Перед прогулкой он сменил одежду и быстро побрился. Его янтарные глаза выглядели немного сонными — ничего удивительного после прошлой ночи, но породистое красивое лицо излучало агрессивную чувственность.
