Читаем без скачивания Зверь из бездны - Алексей Корепанов

Никакого состава преступления в этих случаях обнаружено не было. Не исключено, что нет состава преступления и в трагедии на Фениксе. Просто раз за разом, так же, как и сотни лет назад, нечто (Вселенная?) показывает нам (или некто показывает нам?), что оно гораздо сложнее, чем мы думаем, что между явлениями существует множество связей, о которых мы и не подозреваем, и которые, скорее всего, нам так и не удастся нащупать... Наши мерки далеко не всегда годятся для Вселенной.

Это, конечно, нужно принимать в расчет и все-таки - не опускать руки и стараться выявить как можно большее число таких связей. Я, во всяком случае, думаю именно так.

Кофе у меня всегда получался чуть похуже, чем в "Якоре". Я вымыл чашку и решил, что пора возвращаться в кабинет - у парней было достаточно времени, чтобы ознакомиться со сводкой и пораскинуть мозгами.

Я не ошибся - они уже оживленно переговаривались, и видно было, что дело перестало казаться им почти безнадежным. Я еще не дошел до кресла, когда Стан напористо обратился ко мне:

- Господин Грег, готов поработать по Журавлиной Стае. Чувствую, есть там какая-то зацепка.

Молодец, Стан! А ведь он пока ничего не знает о Валентиновом анализе телесных повреждений, причиненных госпоже Карреро.

- Извини, но Журавлиной займусь я сам, - ответил я. - Валдис будет работать по Коршуну. Драган координирует и замещает меня. А ты, Стан, прозондируй все, что известно о гравитационных аномалиях. И вообще возьми на себя вопросы по силовым полям. Вместе с Бертом. Не возражаешь?

Стан покусал губу, но возражать не стал.

- Сергей - повторные запросы по остальным пунктам сводки, - продолжал распоряжаться я. - Дино - трудоустройство специалистов, вводная у Драгана. Запускай прямо сейчас, там объем приличный. Интервал сам подберешь. И, естественно, всем - самостоятельная разработка собственных версий. - Я взглянул на Сергея. - Не исключая и возможность ксенопроникновения.

- Не слишком ли узко берем? - спросил Фарид. - Лучше уж потом отсекать, чем добавлять.

- Что предлагаешь?

- Анализ не только полицейских сводок, но и медицинских заключений. Особенно по линии психотерапии.

Я мысленно прикинул предполагаемый объем работы в этом направлении. Объем получался солидный. Очень солидный. Что ж, надо тянуть за любую ниточку. Возможно, в лавинах информации удастся отыскать определенные закономерности, найти какой-то след...

Да будут благословенны имена создателей биокомпов! Без них на сбор и обработку информации ушло бы у нас, я думаю, никак не меньше пяти-шести сотен лет - при условии круглосуточной работы без перерыва на обед...

- Медицинские заключения... - повторил я и надавил ладонью на крышку стола. - Согласен. Рыбачить так рыбачить. Но прежде наведи справки - может быть, кто-то занимался таким анализом?

- Есть, - сказал Фарид. - И еще: шестнадцатый пункт. Голубка. И семнадцатый. Земля. По-моему, есть некоторое...

- Действуй, Фарид, - прервал я его. - Я же сказал: самостоятельная разработка собственных версий. И все - Драгану. По зернышку, по веточке... Валентин, фиксируй конкретные мероприятия.

Всегда, при каждом расследовании, наступал у нас такой период, когда дело доходило до вполне определенных действий. Под ногами ощущалась уже довольно твердая почва, и нужно было как можно быстрее шагать и шагать по ней - к цели. Если бы еще эта цель внезапно не ускользала, как случалось порой...

Мы все утрясли, мы все обсудили и согласовали, и разложили по полочкам. Нет, не все, конечно, а только то, что удалось предусмотреть; а ведь вполне могло быть и так, что истина притаилась в совсем другой стороне. Но, во всяком случае, начало было положено.

Экран погас, парни ринулись в бой, и мне тоже следовало поспешить на Журавлиную Стаю. Валентин выяснил, что нуль-переброска на эту планету в созвездии Льва производится в семь ноль-ноль.

Было уже начало шестого, на крыше пробовали голос дирлилинки, и я решил, что пришло время побеспокоить Кондора. Тем более, я знал, что он, конечно же, ждет, когда мы хоть чем-нибудь разродимся. Таков был наш Кондор - не в его стиле было подгонять или постоянно напоминать. Зачем дергать лишний раз, если дергает само случившееся?..

Кондор выслушал меня, не перебивая, а, выслушав, коротко бросил:

- Действуй, Лео.

Я видел, что он озабочен еще чем-то - таких групп, как наша, была у господина Суассара без малого дюжина и занимались они отнюдь не расследованием карманных краж.

Кондор провел ладонью по широкому, с небольшими залысинами лбу, словно стирая невидимый пот.

- Подключать кого-нибудь?

- Нет, господин Суассар, пока не надо.

- О возможности нового оружия думали?

- Да.

- И что решили?

Я неопределенно развел руками.

- Ясно. Кто займется Махачем?

- Доллинт.

- Хорошо. Докладывай по необходимости. - Кондор опять провел ладонью по лбу. - На Парящем Орле серьезно заворошились...

Я вспомнил вчерашний трезвон у него в кабинете, срочный вызов по линии ноль-ноль и сочувственно кивнул. Жизнь бурлила и клокотала.

- Все, вперед! Удачи, Лео.

- Спасибо. И вам, господин Суассар.

Я в последний раз прошелся по кабинету, мысленно проверяя, не упустил ли что-нибудь. Нет, все, кажется, в порядке. Хотя все ли в порядке покажет будущее.

- Я поехал, Валентин. Пожелай счастливого пути. И не забудь передать мой допуск на Журавлиную Стаю.

- Счастливого пути, Леонардо-Валентин, - сказан биокомп. - Насчет допуска не беспокойся. Между прочим, в третьей декаде вероятность дождей в сорок первом округе и, в частности, в Мериде-Гвадиане - семьдесят семь процентов. Так что не промокни.

Славия спала тихо, все так же свернувшись клубком, словно и во сне защищалась от кого-то, словно старалась отгородиться от какой-то угрозы. Впрочем, все это были мои собственные, ни на чем не основанные домыслы. Я не стал будить ее - зачем? - и оставил записку: "Я на Журавлиной. Вернусь завтра-послезавтра. Целую". Сунул в карман легкой куртки чистый вок-диск для записи возможных показаний, прихватил расческу и пакетик "сосалок" и пустился в путь по маршруту Кремс, Соколиная - Мерида-Гвадиана, Журавлиная Стая, в путь, протяженностью, если не ошибаюсь, в три десятка с лишним парсеков.

По улицам ползали огромные коробки поливалок, мощные водяные струи с веселым шумом смывали пыль с мостовой и, превращаясь в быстрые ручьи, вприпрыжку неслись вдоль тротуаров. Небеса были выспавшимися, умытыми и безмятежными, вдоль пляжа, у кромки воды, бегали трусцой пенсионеры. В свежем воздухе витал аромат цветов - так всегда пахло в Кремсе уходящее лето. По Дунаю неспешно плыл широкий бревенчатый плот и посредине плота, возле будки, застыли две женщины в купальниках, подняв вверх руки, заряжаясь вместо завтрака питательной энергией космоса. Все шло своим чередом...