Сегодня, после того, как я почти два года проработал с Рохлиным, могу утверждать: ничего сверхъестественного в его способности предвидеть нет. Цепкая память генерала дает возможность накапливать информационную базу, которая позволяет выстраивать логические схемы и просчитывать на их основе варианты дальнейшего хода событий.
Три высших учебных заведения хотя и не выработали в нем способности красиво и тонко излагать свои мысли, не прибавили запаса слов и умения правильно ставить в них ударения, тем не менее развили природный ум и научили анализировать информацию.
ИЗ АТТЕСТАЦИИ ВЫПУСКНИКА ВОЕННОЙ АКАДЕМИИ ИМ. М. В. ФРУНЗЕ (1977 г.):
"На занятиях всегда активен, любознателен. Решения принимает самостоятельно, наиболее целесообразно. Принятое решение может отстоять и обосновать оперативно-тактическими расчетами".
Кроме того, многолетняя служба в экстремальных условиях вооруженного противостояния, где академические знания служат отнюдь не для теоретических упражнений, сформировала профессионала, оценить которого невозможно ни по стилю поведения, ни по словам, ни по характеру, ни даже по умению своевременно принимать нужные решения. Оценить его можно в первую очередь по способности проводить эти решения в жизнь.
- Опыт, - говорит генерал, - ничем не заменишь.
Он собрал все наличные силы. Несмотря на полтора года упорной работы, у него все же не было не только полнокровного корпуса, его силы не тянули даже на дивизию.
- Была бы у меня полнокровная, обученная дивизия, - скажет он позже, - и задачи, вставшие перед нами в Чечне, были бы решены без привлечения дополнительных сил. Во всяком случае, поддержка потребовалась бы минимальная.
Но в стране нет такой дивизии. Об этом заявил главнокомандующий тогда Сухопутными войсками генерал-полковник Владимир Семенов. Рохлин знал об этом и раньше. Пример собственного корпуса был ярким тому подтверждением. Его только удивило, что главком заявил об этом лишь тогда, когда поступил приказ идти на войну...
1700 солдат и офицеров входящей в корпус 20-й гвардейской дивизии составляли в лучшем случае полк мирного времени.
"Отправка в зону конфликта целого полка напрочь опустошила Волгоградский гарнизон. На сегодня из 2-го городка, что у Свято-Духова монастыря в самом центре города, выехало две трети личного состава. А в казармах 11-го городка (возле технологического техникума) осталось только шестьдесят человек. Дошло до того, что на КПП дорожки подметает прапорщик". ("Комсомольская правда", волгоградский выпуск, № 227, 16-19 декабря 1994 г.)
Вместе с другими частями корпуса численность отправленных из Волгограда в Чечню людей за весь период боевых действий не достигла и 4000 человек, что составляет менее половины обычной численности дивизии.
Рохлин не мог допустить, чтобы его люди стали тем, что называют "пушечным мясом".
А потому взял всю имевшуюся у него артиллерию: от крупнокалиберной, дальнобойной, до зенитных тридцатимиллиметровок. На всех боевых машинах, у каждого бойца было по четыре и более комплектов боеприпасов.
Банальное по сути действие - погрузка и крепление техники на железнодорожных платформах - превратилось в операцию, сравнимую по сложности со всем, что пришлось потом делать солдатам и офицерам в Чечне. И дело не в том, что они этого не умели, а в том, что необходимый для этого крепежный материал отсутствовал. Ушли в далекое прошлое те времена, когда у армии было все Сегодня нет даже самого необходимого. А потому комкору и его подчиненным пришлось проявить максимум энтузиазма, чтобы найти проволоку для крепления боевых машин и орудий на платформах. Благо выручил завод "Красный Октябрь", охрану объектов которого несли солдаты корпуса. Было время, когда завод лихорадило от воровства металла, вывозимого с его территории десятками тонн. Вневедомственная охрана или не видела, или не хотела видеть, кто это так лихо обирает предприятие. Информация об этом попала даже в центральную печать. Газета "Известия" опубликовала заметку о том, как ловко правоохранительные органы поймали одного из воров. Позднее те же "Известия" и ее волгоградский корреспондент Валерий Корнев "забудут" о том, что творилось на заводе и кто помог предприятию принципиально решить проблему, встав на пути беспрецедентных хищений. Зато газета с неподражаемым лицемерием подаст все дело так, будто бы Рохлин, взяв предприятие под охрану, извлекал из этого личные выгоды. (Подробнее об этой публикации в "Известиях" мы поговорим позже.) Впрочем, выгода действительно была. Завод дал комкору (кому же еще, если говорить о личной выгоде?) несколько тонн стальной проволоки.
18 эшелонов и 4 транспорта с техникой и боеприпасами пошли в Кизляр.
"Вы что, совсем обалдели?" - рыкнули из штаба Северо-Кавказского военного округа. Там, видимо, приказ о разоружении незаконных формирований в Чечне понимали буквально. Войны не ждали.
Часть эшелонов пришлось вернуть. Но основу своих сил Рохлин сохранил.
Позднее командир 20-й гвардейской дивизии генерал-майор Владимир Михайлов скажет: "Все, что говорил нам Рохлин перед выходом, все, чего он ожидал, произошло на самом деле".
Дар предвидения рождает полководцев. Природа и судьба не обидели Льва Рохлина этим даром...
МАРШ "ЧЕРНОЙ" КОЛОННЫ
"Командир корпуса генерал-лейтенант Рохлин со своим начальником штаба и несколькими заместителями отбыл из города в неизвестном направлении. Может, совещается где-нибудь по поводу Чечни ?" ("Комсомольская правда", волгоградский выпуск, № 223, 9-12 декабря 1994 г.)
К тому времени все совещания уже закончились.
- Проку от этих совещаний было немного, - вспоминает Рохлин. - Но на них можно было увидеть отношение военачальников к планируемым мероприятиям. Директор ФПС Андрей Николаев на одном из таких совещаний, которое вел назначенный старшим Грачев, всячески демонстрировал свое пренебрежение к происходящему. Я сидел недалеко от него и видел, как он ухмылялся, постоянно переговаривался с соседями и не обращал внимания на то, о чем говорится. Тогда я впервые понял, что отношения руководителей силовых ведомств далеки от деловых. И на организацию ими взаимодействия друг с другом надеяться не приходится...
В районе Кизляра части корпуса проводили боевое слаживание и пристрелку оружия. По приказу комкора были сформированы группы, которые учились вести бои в городе, штурмовать дома, передвигаться по улицам. Времени на это было отведено очень мало. Но кое-какие навыки бойцы все же получили. Тем более что приобретались эти навыки не на пустом месте.
ИЗ "РАБОЧЕЙ ТЕТРАДИ ОПЕРАТИВНОЙ ГРУППЫ ЦЕНТРА БОЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ 8 ГВ. АК9":
"11 декабря 1994 г. В 13.25 части и подразделения 8 гв. АК начали движение по маршруту Кизляр - Александро-Невское - Солнечный - Терекли-Мектеб - Кумли - Баклазай - Сарсакай - Виноградное - Толстой-Юрт..."
"Ни одно решение о движении войск, - рассказывает генерал-майор Владимир Михайлов, - не было принято комкором так, чтобы не обмануть противника. По крайней мере, я таких решений не знаю".
Сам Рохлин не считает свои решения чем-то необычным, ссылаясь на требования "Боевого устава Сухопутных войск" к командирам: действовать так, чтобы ввести противника в заблуждение.
Это требование, похоже, пытались соблюсти и авторы плана ввода войск в Чечню. Первый этап этой операции с их легкой руки получил кодовое название "Дуристика".
Вряд ли в истории войн и вооруженных конфликтов можно найти название плана военной операции, которое одной лишь лексикой, из которой оно заимствовано, заставляло задуматься над способностями его авторов и, кроме того, позволяло, при минимальной доле иронии, без труда отнести это название к характеристике тех, кто его придумал... Особенно если известен результат самой операции.
В любом случае по сей день остается неизвестно, как Грачев и Квашнин собирались дурить (?!) чеченских боевиков. Зато известно, что на совещаниях командиров постоянно звучала мысль, что обходить населенные пункты нельзя. Это, дескать, будет демонстрировать недоверие к местному населению. А мы не можем показывать, что у нас есть опасения.
- Складывалось впечатление, - говорит Рохлин, - что вопрос обсуждается людьми, пытающимися изобразить из себя политиков.
Однако изображать что-то было уже поздно. Время политиков и дипломатов прошло. Ни те, ни другие ничего не сделали для избежания конфликта. Они даже ввод войск не сумели как следует подготовить и обосновать.
- В результате, - скажет позднее Рохлин, - получилось так, что мы вломились в чеченский дом в грязных сапогах и начали бить всех подряд, умудрившись сделать своими врагами даже тех, кто был далек от симпатий к Дудаеву и его политике.
