Толька про лук и стрелы даже вспомнить не сумел. Он бросился бежать вниз, к болоту, но запнулся ногой о корень, шлепнулся наземь и потерял сознание. Скорее всего — со страху.
Глава XIII «ОХ, НЕЛЕГКАЯ ЭТО РАБОТА…»
Еще в момент падения Лаптев был убежден, ему настал конец. И очень удивился, что сумел открыть глаза, а затем услышать басовитый, но вежливый и приятный голос:
— Прошу прощения, сэр! Должно быть, я был несколько неосторожен, что и послужило причиной вашего падения. Надеюсь, вы не получили серьезных ушибов?
Интонации этого утробного баса, а также обращение «сэр» сразу навели Тольку на нужную мысль. «Сэром» его называл в этом мире только маленький Говорящий Поросенок, то есть вепренок. А это, стало быть, его папаша.
Поднявшись на ноги и задрав голову, Лаптев, наконец-то, увидел Говорящего Вепря во всей красе. Да, тут было чего бояться! Этот представитель семейства парнокопытных в холке достигал почти двух метров, а туловище шириной превосходило кузов грузовика «Газель». Клыки тянулись едва ли не на полметра, а в пасть — тьфу-тьфу, чтоб не сглазить! — мог пролезть не только Лаптев, но и трактирщик Хлюпс в человеческом облике. Да что там клыки и пасть! Каждое копыто у Вепря было не меньше, чем диск колеса «Жигулей» без покрышки, а пятак — размером с суповую миску.
— Нет-нет, — поспешил сказать Толька, опасаясь быть невежливым в присутствии такого монстра. — Вам не стоит так переживать, я только чуть-чуть ударился коленкой. Уже все прошло!
— Если б вы знали, сэр, как мне приятно слышать ваше заявление! — Говорящий Вепрь церемонно склонил голову. — Было бы весьма печально сознавать себя неблагодарной свиньей. Сегодня вы спасли моего сына от верной смерти, и я хотел лишь выразить вам свою глубокую признательность. Позвольте представиться, сэр: Вепрь Говорящий! Позвольте мне узнать ваше имя?
— Анатолий, — Тольке показалось, что так будет солиднее.
— Еще раз прошу принять мою глубокую благодарность за спасение моего сына, сэр Анатолий!
«Хорошо еще, что не затоптал от избытка чувств!» — подумал Толька.
— К сожалению, в мои планы вмешалось одно чрезвычайное обстоятельство, — виновато покачал головой Вепрь. — Мой друг, Быкоподобный Великан, попал в какую-то беду. И я вынужден был поспешить ему на помощь. — Тут воздух над заболоченным оврагом в очередной раз потряс мощный рев. Теперь Толька сообразил, что этот рев напоминает многократно усиленное «му-у-у!». — Мне надо спешить, — сказал Вепрь, — прошу простить меня, сэр!
— Могу я присоединиться к вам? — спросил Толька. — Может быть, я смогу оказать какую-то помощь?
— Это весьма благородно с вашей стороны, сэр. Ничего не имею против! — в голосе Вепря послышались нотки иронии. Дескать, куда тебе, малахольному!
Впрочем, Вепрь и вправду был хорошо воспитанным монстром.
— Если вам угодно, сэр, можете взобраться ко мне на загривок. Особых удобств это не гарантирует, но значительно ускорит наше передвижение.
Вепрь наклонил голову, и Толька, не без опаски ухватившись за клыки, вскарабкался на щетинистый загривок. Сидеть, правда, удавалось лишь чуть-чуть удобнее, чем на проволочном коврике для вытирания ног, а держаться — только за кабаньи уши, но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят.
Как уже было сказано, Толька на лошади катался всего один раз, а на слонах вообще ни разу не сидел. Вепрь представлял собой по размерам нечто среднее, а потому Толька очень боялся свалиться. Тем не менее он вполне благополучно доехал на загривке до начала гати, откуда стало наконец видно, что же происходит на болоте.
Болото было не очень большое, но, как видно, топкое. В нескольких десятках метров от той точки, куда Вепрь доставил Тольку, примерно на середине болота, гать провалилась. Провалилась она не сама по себе, а под тяжестью огромного существа, которое в данный момент торчало из болота и издавало тот самый рев, что так напугал Тольку.
Вообще-то и самого монстра можно было напугаться. У него была огромная бычья голова, лишь немного уступавшая по размерам автомобилю «Ока». Рога у Быкоподобного Великана достигали двух метров в длину, и, как представлялось Тольке, он вполне мог бы пропороть ими бронетранспортер, если б, конечно, тут имелась такая техника. Вместе с тем плечи, руки и грудь — все, что торчало над поверхностью болота, — у Быкоподобного ничем, кроме размеров, не отличались от человеческих. В плечах Великан имел не одну «косую сажень», а две, то есть примерно метров пять, а если б руки раскинул во всю ширь, то они бы вытянулись метров на двадцать. Кожа у Быкоподобного была черная, как у обитателей Экваториальной Африки, и блестела, будто ее гуталином начистили. Однако, кроме собственной кожи, на Великане просматривалась и какая-то жилетка, сшитая из звериных шкур. Возможно, были и штаны, но поскольку Великан уже увяз в трясине по грудь, Толька их не видел.
Поглядев на Быкоподобного, Толька подумал, что даже у Говорящего Вепря маловато шансов оказать помощь своему другу. Вепрь в соотношении с Великаном выглядел в лучшем случае, как маленькая собачка, а в худшем — как большой ежик. Что же касается самого Тольки, то даже мизинец на руке Великана был выше Лаптева. Толь-ка разглядел, что все деревья и кусты на дне оврага вокруг Великана обломаны или вырваны с корнем — должно быть, бедолага пытался уцепиться за них руками, но они не выдерживали его огромной тяжести.
— Как же он рискнул идти по такой маленькой гати? — удивился Толька. — Все, все эти бревна по сравнению с ним — как карандаши…
— Сейчас мы все узнаем, сэр! — озабоченно произнес Вепрь. — К сожалению, Быкоподобный не владеет человеческим языком. Я попробую переговорить с ним, а потом сообщить вам вкратце, что тут имело место. Чтобы избежать неприятных ощущений, рекомендую вам сойти на землю и прикрыть уши.
Едва Толька слез с кабаньего загривка, как Вепрь издал несколько мощных «му-у-у» на самом чистом, если можно так выразиться, коровьем языке. Быкоподобный тоже замычал в ответ, но уже в более спокойном тоне — должно быть, присутствие старого друга его подбодрило. Действительно, Тольке пришлось зажать уши, потому что иначе он просто оглох бы от рева этих лесных чудищ.
Наконец диалог между Вепрем и Великаном закончился. Вепрь взволнованно хрюкнул и сообщил:
— Он сказал мне, что всего лишь собирался пощипать свежие деревца на этой стороне оврага. Великан всегда переходил болото в этом месте и никогда не проваливался. Ему ведь достаточно всего двух шагов… Обычно он сперва ставил ногу на большую кочку посередине болота, к которой с двух сторон подходит гать, потом отталкивался и перепрыгивал на эту сторону. Сегодня он сделал все, как всегда, но кочка почему-то провалилась, и он по пояс ушел в болото. Попытавшись вырваться, он опустился в болото еще глубже и теперь сидит в трясине по грудь, продолжая погружаться. Если так пойдет дальше, то к вечеру он утонет совсем. Увы, похоже, мы ничем не сможем ему помочь… Хорошо еще, что проклятая Черепаха пока не появилась!
— Это которая Крокодилообразная? — припомнил Толька.
— Она самая! — слегка поежился Вепрь. — Мало того что она сама — кровожадное чудовище, так она еще и нам с Великаном испортила репутацию. Почему-то все убеждены, что это мы с Великаном пожираем людей, которые забредают в этот овраг. Боюсь, что и вас кто-нибудь неверно информировал, сэр?
— Мне намекали, — осторожно произнес Толька.
— Так вот, не верьте этому. Все это ложь и клевета, распространяемая гнусной Черепахой, а также Черным Драконом, которому она доводится дальней родственницей. Я лично, конечно, иногда позволяю себе полакомиться мясом. Но это в основном червяки, улитки, насекомые и тому подобные твари. Ни разу меня не посещала мысль съесть млекопитающее! Правда, я растоптал несколько охотников и поднял на клыки два десятка орков, но это было исключительно в пределах необходимой самообороны. Они первые напали на меня, сэр! А главное в моем рационе составляют желуди и корешки — это вам любой зоолог скажет. Что же касается моего несчастного друга Великана, то он убежденный вегетарианец. Все, что ему надо, — это сжевать несколько кустов или деревьев в день. А все три десятка орков, которых он якобы нарочно раздавил, погибли исключительно по собственной неосмотрительности. Ведь им было гораздо проще заметить Великана, чем ему их, не правда ли?
