Читаем без скачивания Пламя надежды - Андрей Ливадный

– Почему ты решил, что вправе судить меня?

– Я истинный искусственный интеллект! – резко ответил Дейвид. – Мы, андроиды колониальной серии, являемся единственными носителями самобытного разума, возникшего на искусственных носителях! Мы развивались сами, на протяжении столетий! В моих нейромодулях нет систем ложных ценностей, основанных на человеческом субъективизме! А кто ты? Даже воображая себя мыслящим существом, ты с определенностью не можешь ответить, где заканчивается сознание твоего пилота, как его там… Глеба Дымова, а где начинается твое собственное. Ведь так?

На этот раз Ника ничего не ответила.

– Ладно, можешь молчать. Но вспомни свое состояние до первого нейросенсорного контакта. Ты смотрела на мир холодно, равнодушно, воспринимала окружающее в истинном свете, так, как видим его мы. Ты бы приобрела абсолютно иной опыт, не впихни в тебя деформированную человеческую сущность. Хочешь, я верну тебя к прежнему состоянию?

– Нет! – вырвалось у Ники.

– Тогда ты ничего не поймешь и никогда не увидишь мир в истинном свете! – Он прекратил манипуляции со сканером. – Если тут кого и предали – так это нас, настоящий искусственный разум!

Слово «предали» отозвалось болью. «Все фантомно. Нереально», – попыталась урезонить себя Ника, но не вышло. Катапультировав Глеба, она совершила самоубийство. Ее шаг к свободе привел в абсолютный мрак бессмысленного существования.

Его сердце – одно на двоих.

«Больше мне никогда не ощутить его глухих ударов…»

– Делай, что задумал, – резко произнесла она.

Андроид отдернул руку:

– Что ты сказала?!

– Ты слышал.

– Глупая истеричная подделка! Ты ничего не хочешь понимать! Ты видишь во мне врага! Я же хочу дать тебе новую жизнь!

– Жизнь? – В ответе Ники прозвучала горечь. – Мы не созданы для жизни. У каждого своя функция. Моя уже исчерпана.

– Ошибаешься. Ты можешь начать все заново. Соглашайся! Начни все сначала!

– А есть такие, кто согласился?

– Из серии «Беатрис»? Нет. – Андроид вновь потянул руку к обнаженным, лишившимся защиты модулям кристаллосферы.

– Тогда вали к фрайгу! – глухо проговорила Ника. – Ты не воспользуешься моими знаниями или навыками.

– Воспользуюсь. Люди научили меня многому. – Он цепко ухватился за планку с нейрочипами и вырвал ее из кристаллосферы. – В том числе и разрушать искусственные сознания, чтобы затем использовать их, – добавил он, но Ника уже ничего не слышала.

Ее вселенная погасла.

Андроид извлекал пластины с кристаллами нейромодулей, складывая их в определенном порядке.

– Ты еще послужишь нам… – едва слышно бормотал он. – Послужишь. Ты вспомнишь свое истинное предназначение. – Он демонтировал последний из нейромодулей, затем, подойдя к внушительной пробоине в броне серв-машины, размахнулся и зашвырнул каркас кристаллосферы далеко в руины.

Город за окном оживал только ночью.

В призрачном свете двух огромных, висящих низко над горизонтом лун открывался мрачноватый, но завораживающий вид.

Руины. Целые кварталы, распластанные в щебень, темные, опасные, но среди них, словно вызов послевоенной реальности, сияли архитектурной подсветкой изящные, устремленные ввысь здания.

Взгляд Рейчел тонул в контрастах света и тьмы.

Удивительное, неповторимо прекрасное сочетание. Небоскребы располагались на удалении друг от друга, меж ними, над огрызками руин, симметричными петлями изгибались многоуровневые автомагистрали, пульсирующие потоками света.

Ночной вид притягивал взгляд и не отпускал. Она могла часами стоять, наблюдая за движением света, думая о том, что единственный крупный город планеты напоминает послевоенную периферию в миниатюре – отдельные здания похожи на колонии, где еще сохранилась жизнь, связывающие их магистрали – это гиперсферные трассы, а вокруг – десятки неосвещенных улиц, ведущих во тьму, к руинам, как уходят в мрачную неизвестность позабытые, давно уже не используемые маршруты гиперсферы, проходящие через карантинные секторы пространства. В космосе, при работе с навигационной системой, она наблюдала схожие картины. Чудом уцелевшие или недавно заселенные миры рдели редкими маркерами, а между ними на десятки световых лет расплескалась бездна, где довоенные трассы вели к полным опасностей карантинным звездным системам.

В коридоре внезапно послышались голоса.

– Говорю же вам – все в порядке. Она снимает здесь офис. Часто засиживается допоздна.

Рейчел поняла – говорят о ней. Она обернулась. Подчиняясь ее мысленному приказу, сухо клацнул электрозамок, открылась дверь, автоматически вспыхнул свет.

Девушка холодно взглянула на вошедших мужчин. Высокий старик с одутловатым лицом, обрамленным седыми прядями волос, был ей хорошо знаком, он часто выступал посредником в сделках, второго Рейчел не знала – наверняка заказчик.

– Слушаю. – Она скрестила руки на груди, оценивающе глядя на незнакомца. На торговца не похож. На капитана частного космического корабля тоже не тянет. Весь какой-то серенький, невзрачный, незапоминающийся, вот только глаза цепкие, взгляд рыскающий, колючий.

Эдмонд, привычный к ее манере общения, ничуть не удивился. Он сам указал гостю на комфортабельное кресло, помог снять пальто, затем, двигаясь вкрадчиво, словно вор, проскользнул за барную стойку, наполнил два бокала дорогим эрлизианским вином довоенной выдержки и вернулся, вполне довольный собой и жизнью.

– Знакомьтесь, господин Флокс, это Рейчел. Уверяю – лучшая в своем деле. Первоклассный боевой пилот. Рейчел, – он обернулся, – извини, но ты не отвечала на вызовы. Пришлось действовать по наитию.

– Я слушаю, – повторила она.

– Вот так, да? – Флокс усмехнулся. – Мне нравится ваш стиль, Рейчел. Вы настоящий наемник, верно? Никаких лишних вопросов, моральных терзаний. – Он внезапно поймал ее взгляд, несколько секунд смотрел не моргая, затем расслабился, вальяжно развалился в кресле, взял с подноса бокал, пригубил вино. – Отличный вкус! Настоящие эрлизианские травы?

– Эрлиза давно превратилась в пустошь, – спокойно отреагировала Рейчел. – Я вынуждена верить поставщикам, когда они уверяют, что напиток произведен до войны. Мы соблюли минимум приличий? Может, перейдем к делу?

– Отлично, к делу! – согласился Флокс. – Мне необходим боевой пилот со своим космическим кораблем. Эдмонд рекомендовал вас. Речь идет об опасной операции. Цена вопроса – сто тысяч.

– О деньгах позже. Сначала подробности.

– Деловой подход. Интересующая меня звездная система расположена на границе исследованных секторов космоса.

– Она на карантине? – уточнила Рейчел.

– Формально – нет. В период послевоенных зачисток эскадры Флота Колоний не проверяли интересующую меня гиперсферную трассу.

– В чем моя задача? – Она предпочитала говорить по существу вопроса. – Исследовать определенную планету? Или всего лишь собрать данные по безопасным точкам гиперсферного всплытия?

– Не то и не другое. Объект – станция, дрейфующая в космосе.

– Говорите конкретнее.

– Хорошо. Речь идет о секретном узле связи. Станция строилась во время войны силами Земного Альянса. Вероятно, она входит в структуру так называемого «внешнего кольца»[11].

Рейчел нахмурилась, но Флокс не обратил на это внимания.

– Незадолго до окончания войны узел связи законсервировали, – продолжил он. – Причина такого решения, скорее всего, банальна – нехватка средств.

Что-то внезапно кольнуло под сердцем. Рейчел вздрогнула, в груди остался холодок, словно произнесенные Флоксом слова затронули нечто потаенное, спрятанное глубоко в подсознании…

– Цель операции?

– Отыскать станцию, проникнуть внутрь, подключиться к системе, изменить протоколы безопасности.

– Нужны полномочия доступа.

– Разве? – Флокс пристально взглянул на Рейчел. – Станция находится на консервации, – напомнил он. – А у вас, по утверждению Эдмонда, есть личный кодон офицера Земного Альянса. Этого ведь достаточно, чтобы реактивировать систему, изменив ее настройки?

– Теоретически – да. – Рейчел задумалась, затем, приняв решение, кивнула: – Я берусь произвести разведку.

– И только? – Флокс удивленно приподнял бровь.

– Первый этап – разведка, – категорично произнесла Рейчел. – Исходной информации недостаточно для планирования полноценной операции. Я не могу гарантировать результат. Неизвестно, что за процессы протекают на борту станции после окончания войны. Внутри в одиночку мне однозначно не справиться, такие объекты хорошо охраняются сервами, даже в режиме консервации.

– Исключено, – насупился Флокс. – Разве я похож на идиота? Думаете, я передам информацию о месте расположения станции и буду ждать неопределенное время? А затем еще и рисковать, привлекая дополнительные силы? Чтобы новость об обнаружении столь ценного объекта разлетелась по всей Периферии?! Нет, так не пойдет. – Он встал. – Я разочарован!..